«Ах, обмануть меня не трудно! Я сам обманываться рад!» Эти строки Пушкина вполне могли бы стать эпиграфом к рассказу о грандиозной этнографической афере XX века, которая начиналась как научная сенсация, а закончилась стыдливым забвением. Еще бы тут не стыдиться, ведь ученых на протяжении более десятка лет мастерски дурила забавная пара: человек с восемью классами образования и первобытное племя тасадай-манубе, которое случайно обнаружили в филиппинских джунглях в 1972 году.
И не просто дурили, и не только ученых. Зачем? Деньги — вот главный двигатель всех авантюр, включая научные. И то, как это стало возможным, достойно подробного рассказа.
Дикари из джунглей
«Люди, которые не знают, что такое вражда и ненависть». «Племя, которое всегда улыбается». «Каменный век в центре Филиппин». Так или примерно так писали популяризаторы науки в 1972 году о племени тасадай-манубе, обитавшем в дебрях филиппинского острова Минданао. Его открытие стало подлинной научной сенсацией.
Первобытные люди, которых назвали по первому услышанному от них слову «тасадай» (Манубе — название реки, протекавшей в тех местах), жили настолько изолировано от окружающего мира, что умудрились не попасться на глаза человеческой цивилизации. «Рассекретил» их филиппинский охотник из соседнего племени, случайно обнаружив соседей-аборигенов во время своей охоты в джунглях. Он рассказал об этом соплеменникам, те по цепочке передали дальше. И вот спустя некоторое время слух о туземцах, живущих в каменном веке, достиг ушей Мануэля Элисальде, советника президента Филиппин Фердинанда Маркоса.
Весьма заинтригованный Элисальде немедленно снарядил на остров Минданао экспедицию и действительно обнаружил в неприметных пещерах среди джунглей необычное и очень немногочисленное племя туземцев, которые смотрели на белого человека как на бога и ничего не понимали из его речи. Они ходили голышом, прикрываясь только листьями пальмы, не знали металла и жили в пещере. Увидев незнакомого человека в диковинной «шкуре», они чуть не грохнулись в обморок от страха, а не убежали только потому, что их приободрил тот самый охотник, ставший за короткое время другом тасадай и их проводником в диковинный большой мир.
В гармонии с природой
Вскоре о племени тасадай стало известно всему миру. На Минданао устремились гурьбой антропологи, генетики, этнографы и просто неравнодушные люди, включая известных знаменитостей — Джину Лоллобриджиду и Чарльза Линдберга. Вскоре стали выясняться все более интересные подробности о первобытных туземцах.
Оказывается, в общине существовал самый настоящий коммунизм — тасадай жили одной большой семьей, где всё у них было общее — от еды до женщин. Они не знали, что такое сельское хозяйство, не умели ловить рыбу и даже охотиться. Жили исключительно на подножном корме, ловили насекомых, выкапывали червей, а самым большим животным, которое они могли убить, была лягушка.
И дело заключалось вовсе не в отсутствии орудий для охоты — копий, луков, каменных топоров. Тасадай оказались крайне миролюбивым племенем и всех животных и рыб считали своими друзьями. Они и людей восприняли как друзей, а точнее детей божества Диваты. Через охотника-переводчика, который сам с трудом понимал язык дикарей, удалось выяснить, что тасадай поклоняются душам предков, которые живут на верхушках деревьев. До встречи с людьми они полагали, что этими верхушками и ограничивается мир, за которым больше нет ничего.
Племя под запретом
В общем, что ни факт, то маленькая сенсация. Не удивительно, что племя тасадай всколыхнуло научный мир. СМИ наперебой писали о людях каменного века, а журнал «National Geographic» посвятил необычному племени целый выпуск. К слову, в СССР тоже не прошли мимо этого события — журнал «Вокруг Света» опубликовал о тасадай большую статью в номере за апрель 1972 года.
Стали появляться мнения авторитетных антропологов. Профессор Теодоро Льямсон заявил, что язык тасадай по меньшей мере тысячу лет развивался изолированно. А американский антрополог Роберт Фокс, исследовав примитивные бамбуковые колья тасадай, высказал предположение, что изоляция племени наступила от полутора до двух тысяч лет назад, в период позднего неолита.
Казалось бы, на Филиппины должны зачастить этнографические экспедиции, а в профильных журналах появиться фотографии и статьи. Но нет — доступ к тасадай оказался ограниченным. Контакты с племенем взял в свои руки советник президента Мануэль Элисальде, и без его визы в район обитания туземцев не мог попасть ни один человек. А визы он выдавал крайне избирательно, блокируя доступ ученым и вовсю разрешая любоваться на быт и жизнь аборигенов политикам, звездам кино и прочим селебрити. В ответ на возмущения научной общественности президент Филиппин Маркос вообще издал указ «Охрана тасадай и других неисследованных культурных общин от несанкционированного въезда». После этого доступ к племени оказался закрыт уже на правительственном уровне.
Территорию в 182 кв. км объявили особо охраняемой природной зоной, и любой человек, посягнувший на границу ареала, подлежал немедленному аресту. При этом визиты известных людей на остров на личном вертолете Элисальде продолжались с прежней частотой. В конце концов ученые оставили попытки изучения племени, и оно вскоре исчезло с научных радаров.
При часах и при трусах
Так продолжалось добрый десяток лет, пока в 1986 году правительство Маркоса не было свергнуто, а его советник Мануэль Элисальде не бежал заграницу. Швейцарский журналист Освальд Итен и филиппинский репортер Джои Лозано воспользовались царящей в стране неразберихой и решили без всяких виз и разрешений посетить знаменитое в прошлом первобытное племя.
Прибыв в знакомую по ранним визитам пещеру, они никого там не обнаружили — все тасадай куда-то подевались. Потом они появились, но в джинсах, майках с сигаретами в зубах и часами на руках. Оказалось, что племя тасадай-манубе живет в соседней деревушке в обычных домах. Более того, оно всегда так жило, ничем не отличаясь от других филиппинских племен. Играть роль «первобытных людей» их уговорил Мануэль Элисальде. Он же и платил деревенским символические деньги.
Перед прилетом очередной делегации помощники Элисальде связывались со старейшиной, тот шел на склад и раздавал членам племени бамбуковые колья и засушенные лягушачьи лапки. Народ раздевался донага, обматывался набедренными повязками, снимал часы и украшения, надевал на шею ожерелья из засушенных жуков, брал колья и камни и топал в пещеру. К появлению этнографов все было готово: кто-то напряженно тер деревяшки в попытке разжечь костер, кто-то копал кольями землю в поисках червяков, кто-то изображал любовь к насекомым, а остальные либо тряслись от страха, либо дебильно улыбались, часто хлопая глазами.
Уязвленные ученые не могли поверить в то, что их обманули. Но факты говорили сами за себя. Непонятно почему на это не обратили внимание еще в 1972 году, ведь всего в нескольких километрах от пещеры «первобытного племени» находились местные относительно цивилизованные деревушки, и никому из ученых не пришло в голову, что такое странное соседство не может способствовать полной изоляции племени.
Конфуз вышел большим, и главное, он ставил под удар всю этнографию: что это за ученые такие, которые не могут отличить человека XX века от первобытного дикаря? Чтобы хоть как-то реабилитироваться в глазах научной общественности, Институт эволюционной антропологии из Германии послал на Минданао экспедицию, которая год прожила среди племени обманщиков. По окончанию исследования ученые поспешили заверить мир, что тасадай все же существуют и являются полуизолированным племенем, «регрессировавшим в особо тяжелых условиях, и имевшим спорадические контакты с соседними, более технологически развитыми, группами людей».
Но бог с ней, с паутиной научной беллетристики, интересным остался вопрос: зачем эта мистерия нужна была самому Мануэлю Элисальде? А тут все просто. Как только о племени тасадай заговорил весь мир, предприимчивый Элисальде организовал благотворительный фонд по защите коренных народов Филиппин. За все время пока длилась эта афера, он сумел привлечь в него около 35 миллионов долларов (главным образом от богатых знаменитостей), с которыми благополучно и скрылся в Коста-Рике, когда в стране вспыхнула революция.
Ученые, особенно археологи — люди доверчивые, обмануть их несложно. Но проходит время, правда всплывает на поверхность, и беспристрастная история фиксирует в своих анналах очередной научный фейк 👇: