Кивнув, я с благодарностью принял напиток. Внутри все еще был лед, и холодная вода была шоком для моей системы — который был очень нужен мне сейчас. Именно тогда я также понял, что Олли поднял и направил вентиляционные решетки так, чтобы воздух дул прямо на меня. Не только это, но и то, что он завез нас на пустую парковку достаточно далеко, чтобы авария больше не была видна.
— Черт, — сказал я, вытирая рот. — Прости.
— Не стоит. Просто выпей еще немного.
Я сделал еще пару глотков, прежде чем вернуть ему чашку. Мое сердце больше не колотилось, и с воздухом, дующим мне в лицо, я снова мог дышать.
Откинувшись на подголовник, я спросил:
— Откуда ты знаешь?
— Знаю что?
— Ты просил меня закрыть глаза. Как ты узнал, что у меня была авария?
Глаза Олли впились в мои.
— Ты хочешь знать правду?
— Да.
— Потому что я был там.
— Где ты был?
Он опустил руку с руля, чтобы погладить щетину на его челюсти.
— Я парамедик. Я был там в день аварии. На самом деле, это я вытащил тебя из машины.
Его слова высосали воздух из маленького пространства, и я почувствовал, как мой рот открылся.
— Что ты только что сказал?
— Ты слышал меня.
— Ты… — слова застряли у меня в горле. Олли был тем, кто спас меня? Олли?
— Я понимаю, что это, вероятно, удивительно. Это был адский шок, когда мы получили сигнал тем утром, а потом увидели, что это был ты.
— Был я?
— Да. Я видел тебя у Джо, мы пили кофе минут за десять до аварии. Я думаю, это было не совсем то, как мы представляли себе наше утро.
— Поразительно, — это было все, что я мог сказать, когда позволил этой информации впитаться. — Не знаю, что и сказать.
— Тебе не нужно ничего говорить. Я просто подумал, что ты должен это знать.
Оцепенение. Вот что чувствовал мой мозг.
— Это было так же... ужасно... как там?
— Мы вытащили тебя оттуда. Это все, что имеет значение.
— Я слышал, что водитель, который меня сбил, легко отделался.
— Да, небольшая травма шеи.
— Да, — я скрестил руки на груди, в миллионный раз сокрушаясь по этому поводу.
— Ты можешь это сказать.
— Что?
— О чем ты думаешь. Что это несправедливо, что авария произошла по его вине, а страдаешь ты.
— Откуда ты знаешь, что я об этом подумал?
— Потому что так должно было быть. И это не делает тебя плохим человеком, если у тебя такие мысли.
Как будто он мог читать мои мысли. Несмотря на то, что я старался не думать об этом, зная, что чья-то спешка, чтобы добраться до работы перевернула всю мою жизнь к худшему... было трудно не быть озлобленным. Но да, именно таким я и был. Озлобленным.
— Ты прав, — сказал я. — Я чувствую себя …
— Да?
— Жесть каким злым.
Рот Олли дернулся с одной стороны.
— Я бы очень удивился, если бы это было не так.
— В самом деле?
— Да.
— Полагаю, ты часто видишь подобные вещи.
— Больше, чем хотелось бы.
— Так как же ты с этим справляешься? Ты видишь все это дерьмо каждый день и не выглядишь опустошенным.
— Поверь, у меня тоже бывают такие дня. В последнее время особенно часто, — ответил он, сосредоточившись на окне. — Но в конце концов, мне хотелось бы думать, что я немного помог. Что из всего плохого есть и что-то хорошее.
Это было как ушат холодной воды, и все мои подозрительные мысли об Олли исчезли. Этими несколькими словами он только что заглянул мне в душу, и тогда я без тени сомнения понял, что в нем не было ни одного злого и ожесточенного дюйма. «Он один из редких хороших парней, не так ли? И он спас мне жизнь. Черт возьми, он спас меня. Как я смогу отплатить ему за это? Это вообще возможно?»
У меня в глазах и груди жгло.
— Спасибо. За то, что помог мне сейчас и... ну ты понимаешь, — «Спас мою жизнь».
Взгляд Олли переместился на меня.
— Не стоит благодарности.
Тогда мне пришла в голову странная мысль.
— Неудивительно, что ты пришел ко мне в больницу. Те цветы, что ты принес... они были от тебя, не так ли?
Его лицо покраснело и стало темнее, чем его волосы.
— Ну…, я знал, что тебе сделали еще одну операцию, так что…
— Но потом я проснулся и понятия не имел, что это ты спас меня. Вот дерьмо. Прости, — я схватился за затылок и откинул голову на подголовник. — Я чувствую, что очень много потерял.
— Что заставляет тебя так думать?
— Еще несколько минут назад я не мог вспомнить, что произошло, и думаю, что именно это я сейчас и видел. Мне казалось, что там я. И потом, между этим днем и днем после моей операции не хватает времени. И я не могу объяснить это, я не знаю, что это, но что-то в моем чутье подсказывает мне, что я должен продолжать копать.
— Копать что? — Олли сел прямее.
— Не знаю, что бы это ни было. Я знаю, что это может показаться бессмысленным. Но у тебя когда-нибудь было такое чувство, что ты что-то забываешь, и все вокруг думают, что ты сумасшедший?
Он долго смотрел на меня, потом кивнул.
Вздохнув, я помассировал виски большими пальцами.
— Я даже не знаю, зачем рассказываю тебе все это, — было странно, как легко я нашел его, чтобы поговорить, особенно учитывая, что я уже очень давно не говорил со многими из моих близких друзей. Но я не мог заставить себя замолчать, а он был хорошим слушателем. «Может быть, мама права. Мне помимо моего психотерапевта нужен друг». — Ты святой, Олли. Бьюсь об заклад, ты понятия не имел, на что подписался, когда предложил меня подвезти.
— Похоже, тебе нужно было все это вытащить.
— Это ты виноват, что с тобой так легко разговаривать.
Улыбка тронула его губы.
— Приму это за комплимент. Ты можешь поговорить со мной в любое время.
Вот опять. Странное покалывание в животе. Черт, может, я проголодался. Взглянув на время на магнитоле, я понял, что прошло уже полчаса.
— Мне кажется, для одного дня достаточно моего позора. Наверное, мне лучше пойти домой, — сказал я.
— Хм, об этом. Довезти тебя домой может быть проблемой.
— Почему?
— Есть ли дополнительный въезд в ваш комплекс?
— Нет, только основной.
— Мммм… авария произошла прямо перед твоей улицей, так что прямо сейчас она заблокирована. Пройдет немного времени, прежде чем они смогут расчистить дорогу, так что до тех пор я не смогу доставить тебя домой. Ты голоден? Не хочешь сходить перекусить, пока мы ждем?
Я осмотрелся, где мы были, и молча выругался. Дождь стучал по машине так сильно, что дворники Олли работали без остановки, и едва можно было что-то разглядеть впереди. «Ух, здорово». Я не стал долго раздумывать, что мне делать дальше.
— Как насчет того, чтобы подвезти меня как можно ближе, а остаток пути я пройду пешком?
— Ох, Рид? — Олли указал на потолок машины, и мы прислушались. — Я почти уверен, что прямо сейчас, это бьет град в мою машину. Так что, если ты не хочешь сотрясение мозга, я бы не советовал идти пешком. Не говоря уже о том, что тебе придется пройти мимо места аварии, и после приступа, полагаю, ты не захочешь этого делать.
Черт, он был прав. Ладно, план Б.
— Мои родители живут в Бриджвуд на Ли-стрит. Ты можешь отвезти меня туда.
— Как скажешь.
Он завел машину и выехал на главную дорогу.
— Дело не в том, что я не могу водить, — сказал я, чтобы разорвать тишину, внезапно почувствовав себя подростком, который был вынужден попросить своих родителей забрать и довезти его. — Я просто не могу себя заставить сделать это еще раз.
— Все хорошо, — никаких комментариев, никаких вопросов. Просто «хорошо». Тем не менее, я чувствовал необходимость объясниться, чтобы этот парень по какой-либо причине не думал плохо обо мне.
Но прежде чем я успел это сделать, Олли сказал:
— Ты сделаешь это, когда будешь готов, — он взглянул на меня. — Ты через многое прошел, Рид. Дай себе передышку.
Дать себе передышку? Я не был уверен, что смогу это сделать.
Между нами снова воцарилось молчание, только на этот раз оно не казалось неловким. Я рассказал, как добраться до дома родителей, и через несколько минут он въехал на подъездную дорожку.
— Знаешь, — сказал он, снова потирая подбородок, — на самом деле я живу недалеко
отсюда.
— Прям тут?
— Нет. Я живу на другой стороне озера, рядом с Уилер-стрит.
— Ты не шутил. Это действительно близко.
— Мммм… Так что, если ты когда-нибудь будешь в этом районе, можешь заглянуть. Так как ты любишь гулять, — он пожал плечами, — я бегаю вокруг озера почти каждый день, можешь присоединиться ко мне, если хочешь. Мы можем поговорить. Не говорить. Да что угодно.
— Ты делаешь мне такое предложение, хотя прекрасно понимаешь, в каком я раздрае?
Олли усмехнулся.
— Да, ты определенно в каком-то беспорядке.
— Эй, ты не должен был соглашаться.
Со смехом, он поднял руку.
— Я хотел сказать, что мы оба немного облажались. Но это не должно стать камнем преткновения между друзьями.
«Друзья... черт, может, мне правда нужен друг?» И было бы неплохо иметь того, кто держит бумажные пакеты при себе.
— Дай мне свой номер, может быть, я позвоню тебе в следующий раз, когда соберусь приехать сюда, — сказал я.
Он открыл бардачок, достал ручку и салфетку, и я не мог не заметить, как дрожали его руки, когда он записывал свой номер. Опять же, в машине был прохладный воздух, и на нем была мокрая одежда. Я протянул руку и выключил кондиционер, чтобы он не замерз до смерти.
Когда Олли протянул мне салфетку с номером, я сунул ее в бумажник, чтобы она не промокла.
— Еще раз спасибо, что подвез, Олли. И для... ну, всего этого. Ты хороший человек, и я рад, что ты был рядом.
— Никаких проблем. Береги себя, Рид.
«Береги себя, Рид»… эти слова вызвали чувство дежавю, когда я вышел из машины и побежал к крыльцу. Я повернулся и помахал рукой, прежде чем войти внутрь, и Олли на прощание мигнул фарами.
В этом парне было что-то такое, что внутренне успокаивало меня, и это было странным, учитывая его доминирующий размер. Может быть, мне и нужен был подобный человек в моей жизни?
Продолжение следует…
Контент взят из интернета
Автор книги Блейн Брук