Александр Сауков I. А люди жили собственною жизнью,
Любили, расставались, как всегда.
Семья, заботы, хлеб насущный, бизнес,
Так проходили месяцы, года.
Впитать хотели кожей лучик солнца,
Душою счастья, скоротечный луч.
И замирали, выпив жизнь до донца,
Среди невзгод и в небе чёрных туч.
Там в парке на обшарпанной скамейке,
Сидел старик, любил который птиц.
Бросал им хлеб, был в старой телогрейке,
В общении не ведая границ.
Ему тихонько, что-то ворковали,
И преданно сидели возле ног.
Он улыбался, не было печали,
И понимал, что он пред ними Бог.
В глазах у них всегда сияло счастье,
Себя там видел, парк и солнца луч.
Он приходил и в бурю, и в ненастье,
Здесь становился молод и могуч.
Владел он этим, большего не надо,
Любил скамейку, неуклюжих птиц.
Ему всё это было, как награда,
Так одинок и нет родимых лиц. II.
Любить так может, на излёте жизни,
Смирившийся с судьбою человек.
Нет ничего, отдал: другим, отчизне.
Он доживал свой человечий век.
Давным-давно любил восход и море,
И шор