Предупреждение: По мере того, как вы будете читать этот рассказ, у вас будет создаваться впечатление, что это фэнтези или даже, возможно, магический реализм. Однако я категорически настаиваю на том, что это стопроцентная научная фантастика.
Единственный способ обнаружения пределов возможного состоит в том, чтобы отважиться сделать шаг в невозможное.
Артур Кларк
«Срочно приезжай на мою могилу!»
Сообщение пришло ранним утром, за окном еще было темно. Артем сел на кровати, просыпаясь, и еще раз прочитал текст: «Срочно приезжай на мою могилу!» Подписи не было. Да и так было понятно... Писать мог только отец, умерший больше месяца назад.
Вставая с кровати, Артем отдал команду:
— Свет, режим «утро»!
Биолюминесцентные светильники на стенах неверным дрожащим светом разогнали темноту, открывая бардак после вчерашней попойки. Артем чертыхнулся и, собрав остатки еды со стола, закинул их в тумберг. Насытившись, лампы разгорелись ярким ровным светом.
Заварив себе кофе, Артем сел за стол и снова уставился в телефон. Сообщение не пропало.
Когда тебе двадцать и ты хоронишь единственного близкого человека, это очень тяжело. Именно поэтому Артем и согласился на «Эхо». Чертова новомодная процедура! Очередное безумие, охватившее мир. В начале века о таком снимали фильмы и сериалы. А теперь это просто услуга, доступная людям с деньгами.
***
На похоронах было мало народу. В основном коллеги отца по антикварному бизнесу да несколько старых друзей. Артем стоял у гроба и открыто, по-детски плакал. К нему подходили люди, что-то говорили, произносили слова сочувствия — он ничего не слышал. Только кивал, жал руки и не отходил от гроба. И лишь один из подошедших смог завладеть его вниманием.
— Соболезную вашей утрате. — Мужчина был одет в темно-серый комбинезон с логотипом «Ваганьково технолоджис». — Я вижу, здесь лежит очень близкий вам человек, и вы не готовы с ним расстаться. — Он посмотрел на рыдающего Артема и положил руку ему на плечо. — Смерть страшна не своей неотвратимостью, а внезапностью, — продолжил он, глядя юноше прямо в глаза. — Если бы у вас было время попрощаться с отцом, сказать ему несколько нужных слов… Может быть, решить какие-то конфликты, услышать важные слова... Или наоборот — произнести... — Он помолчал несколько секунд, убеждаясь, что сумел завладеть вниманием Артема. — Вы наверняка слышали про «Эхо»? Цифровой дубль, след покойного.
Артем кивнул. Сейчас трудно про такое не услышать: реклама повсюду. Но говорят, это огромное надувательство. Вы загружаете все переписки, фото и видео человека — все, что от него осталось, в сети, а потом ИИ не последнего поколения выдает образ, который худо-бедно напоминает умершего человека. Что-то вроде сеансов спиритизма в начале двадцатого века, когда аферисты сначала узнавали все, что можно, о покойниках, а потом трясли деньги с их родственников.
Артем вытер слезы ладонью.
— Не думаю, что мне будет интересно ваше предложение.
— Вы настроены скептически. Это хорошо! — Мужчина смахну невидимую пылинку с идеально чистого комбинезона и достал из кармана черный прямоугольник. — Это ключ-карта для запуска программы «Эхо».
— Что же здесь хорошего? — удивился Артем.
— Давайте поступим так. Мы создадим «эхо» и дадим ему сутки машинного времени. Если вы посчитаете, что вас обманывают, то не заплатите нам ни копейки. Если же это правда будет ваш папа, вы оплатите максимальный срок действия «Эха». На сегодняшний момент это сорок дней.
— А что происходит потом?
Мужчина посмотрел на Артема, на гроб с покойником, на отделанный черным мрамором траурный зал.
— Понимаете, Артем… Есть еще в нашей жизни непонятные вещи. Середина двадцать первого века, все оцифровано, изучено и рассмотрено под микроскопом. Искусственный интеллект решил большинство проблем, начиная от синтеза лекарства против рака и заканчивая политическими кризисами. Мы на пороге золотого века человечества! Но… — Он замолк на несколько секунд. — У меня нет ответа на ваш вопрос. Никто не знает, почему через сорок дней рушится и исчезает цифровое эхо. Программа остается, все данные на месте, но оно просто перестает быть живым, словно ему чего-то не хватает.
***
Первая встреча с отцом состоялась через три дня после его похорон.
Артем приехал на Ваганьковское кладбище ближе к вечеру. Аллеи, днем заполненные толпами туристов, глазеющих на роскошные памятники и захоронения известных людей, были практически пусты. По пути к могиле отца он лишь изредка натыкался на других посетителей. Вот пожилая женщина с парой гвоздик в руках. Взгляд опущен, седина выбивается из-под черной косынки. Наверняка недавно потеряла мужа и идет рассказать ему о своей жизни. Вот молодая пара, растерянно озирающаяся по сторонам. Скорее всего, недавно похоронили кого-то из родителей и теперь заблудились.
Артем тоже редко бывал на кладбище, поэтому арендовал сторожа: мелкий, похожий на паука аппарат шустро перебирал металлическими лапками и подсвечивал дорогу. Доведя Артема до нужного места, сторож замер напротив надгробия и сменил свет фар на зеленый.
Могила отца не отличалась от остальных: участок земли два на три метра, огороженный кованой решеткой, стоящей впритирку к остальным. Внутри — матово-черная плита с цифрами и буквами. Несколько увядших букетов, оставшихся с похорон.
Артем приложил палец к замку, и калитка, опознав владельца, открылась. Сев на лавочку, Артем сунул руку в карман и нащупал ключ.
— Это, на самом деле, формальность, — говорил сотрудник «Ваганьково технолоджис», отдавая ему черный пластиковый прямоугольник. — Скорее, символ того, что вы хотите связаться с «эхом». И помните: вы всегда можете прервать контакт, просто вытащив ключ. В первую очередь мы заботимся о вас, — продекламировал он слоган из рекламы.
Артем закрыл глаза и вспомнил отца. Высокий, грузный, с седыми волосами, вечно собранными в хвост... Он помнил его либо сидящим в кабинете на втором этаже магазина, либо в самóм магазине, среди множества витрин и стеллажей, заставленных старинными книгами. Они мало общались. В основном отец спрашивал, как дела, и, получив ответ «нормально», вновь возвращался к работе. Изредка Артему нужны были деньги, и тогда отец, вкратце расспросив о причинах, выдавал нужную сумму. Но все равно у парня не было более близкого человека на земле.
Он достал ключ из кармана и вставил в узкую щель на надгробии.
Оно вспыхнуло всеми цветами радуги, и по плите зазмеились разноцветные огни. Спустя несколько секунд, появился снег — словно на старом телевизоре без антенны. И наконец из глубины помех показалось изображение. Скорее, даже контур, лишь отдаленно напоминающий отца.
— Артем? — неуверенно произнесло лицо на плите. — Артем, это ты? Где я? Что случилось?
Голос, интонации, даже выражение лица, хоть оно и было соткано из помех, принадлежали отцу. Артем вспомнил похороны, лежащего в гробу отца и не выдержал: вскочил и побежал наружу. Он бежал, не разбирая дороги и не обращая внимания на возмущенные сигналы сторожа на неверных поворотах. В ушах стоял голос отца, которого он только похоронил.
***
— Пап, как ты себя чувствуешь? — Сложно было выдумать вопрос глупее, но ничего другого в голову не приходило.
Артем вернулся на кладбище через несколько дней. Все прошедшее время он сидел дома, собирался с духом и читал брошюры, присланные из «Ваганьково технолоджис».
«Помните: перед вами не живой человек, а лишь цифровое посмертное “эхо”. Образ, созданный ИИ для облегчения в первую очередь ваших страданий. Там, где сейчас находится покинувший вас близкий человек, страданий уже нет», — писали в глянцевом буклете, доставленном ему домой.
В интернете он нашел только положительные отзывы: люди успевали попрощаться с близкими, закрывали гештальты и избавлялись от психологических травм. Лишь один отзыв, почему-то не удаленный модераторами и написанный анонимно, гласил: они врут. Про то, кто «они» и что «врут», подробностей не было. Остальные ставили наивысшие оценки и писали благодарности.
— Артем… — На этот раз изображение было четким. Отец стоял в центре магазина и держал в руках раскрытую книгу. Именно таким ожидал увидеть его сын. — Я умер, сынок. Как я могу себя чувствовать?
Отец аккуратно вернул книгу на полку и повернулся к Артему. Создавалось ощущение, что они разговаривают по телефону и отец просто держит его перед собой.
— Ты понимаешь, что произошло?
— Последнее, что я помню, — разговоры в врачей в реанимации. И вот я в своем магазине, но никуда не могу отсюда выйти, ни с кем не могу связаться. Три дня назад открылась дверь, за которой стоял ты на фоне кладбища. Тебя было очень плохо видно, словно сквозь пелену. Ты заплакал, глядя на меня, и убежал. — Отец ходил между полками взад-вперед. Он всегда так делал, когда волновался. — Вот я и сделал вывод, сынок, — грустно вздохнул он, — что либо я в коме и у меня галлюцинации, либо я мертв.
Изображение на секунду исчезло и появилось вновь. Теперь отец сидел в своем кабинете на втором этаже.
— Видишь, теперь я могу быстро перемещаться по лестнице, не жалуясь на одышку и боль в ногах, — улыбнулся он.
Артем молча смотрел на отца, сосредоточенно занимающегося своими бумагами, и думал о том, кто перед ним. Грандиозный обман, устроенный хитрой нейросетью, или его настоящий отец, похороненный три дня назад?
— Вам необходимо убедиться, — прозвучал голос рядом.
Артем вздрогнул от неожиданности. Сотрудник «Ваганьково технолоджис» возник из ниоткуда и положил руку ему на плечо.
— Гадаете, кто перед вами. В мире, полном подделок, очень сложно понять, когда вас не обманывают. Позвольте дать вам совет?
Артем вопросительно посмотрел на мужчину.
— Поговорите с ним. Только так вы сможете понять, кто перед вами. Поговорите о чем-то личном.
— Но как я могу говорить о личном с компьютером? Это же просто набор данных! Это не может быть моим отцом... — Артем попытался встать, но мужчина с силой надавил ему на плечо, усаживая обратно.
— Об этом мы с вами и разговаривали в день похорон. У вас еще есть время, и вы должны узнать, кто там. — Он жестом показал на могильную плиту, на которой по-прежнему было видно, как отец, сидя в своем кабинете, занимался делами.
Артем кивнул и взял себя в руки.
— Пап!
Отец оторвался от бумаг, лежащих перед ним на столе.
— Сейчас, сынок. Подожди пару минут. Я должен закончить.
Артем усмехнулся: даже смерть не изменила отца! Он всегда уделял сыну внимание, но в рабочем порядке.
Наконец, отец закрыл толстый ежедневник, в котором что-то сосредоточенно писал, и перевел взгляд на сына.
— Ну что ты скис? Тебя обескуражила моя смерть? Понимаю, это ужасно. Но видишь ли… по идее, это ведь я должен быть расстроен или напуган. А я, как ты мог заметить, скорее озадачен. — Отец встал из-за стола и прошелся по кабинету. — Смерть — естественная часть жизни. Так чего ты хотел? Если тебя волнуют финансовые вопросы, не переживай: я тебя вполне достойно обеспечил. Лет на двадцать хватит, а там, глядишь, и мозги появятся, работать начнешь, — засмеялся отец, глядя на скривившегося от его слов Артема. — Ну что ты, совсем чувство юмора потерял?
— Пап, да я просто поговорить хотел…
Отец был настолько похож на самого себя, что Артема это слегка пугало. Пока он верил, что говорит с программой, сгенерированной нейросетью, было проще. Он придумал для себя только один вариант: узнать, кто с той стороны.
— А ты помнишь, когда мама умерла? Сколько мне было?
— Почему ты об этом заговорил? — Изображение несколько раз моргнуло, перемещая отца то вниз, в магазин, то снова в кабинет. Наконец, он сел за стол, сцепив руки перед собой. — Тебе было шесть. Очень тяжелое для меня время…
— А почему ты не взял меня на похороны?
Отец словно окаменел. Артем за всю жизнь видел его таким взволнованным всего пару раз. Пальцы, сцепленные в замок, побелели от напряжения.
— Ты помнишь, мы с тобой пошли в зоопарк, и я рассказывал тебе о волшебной стране, в которую она уехала?
Артем грустно улыбнулся:
— Конечно, помню. Ты купил мне мороженое и сказал, что там, где сейчас мама, оно есть везде и бесплатно.
— Это и был день ее похорон. — Отец посмотрел на сына и неожиданно зло рассмеялся: — Черт возьми, у меня здесь нет даже мороженого! Что я сделал не так?
Ком подступил к горлу Артема, и он с трудом сдержал слезы. Нейросеть, ИИ или кто бы то ни был никак не могли узнать о том дне и тех разговорах. Перед ним был его отец: умерший и находящийся теперь в могиле. Точнее, у Артема было еще тридцать четыре днея до того, как отец умрет окончательно. Парень достал телефон и перевел требуемую сумму на счет «Ваганьково».
Они еще долго болтали, как во времена его детства. Артем заказал чай с сэндвичами прямо к могиле, и дрон-доставщик, разогнав темноту своими яркими огнями, напомнил, что уже вечер и пора домой.
— Пап… — Артем пил чай и смотрел на отца, сидящего в кабинете. Ему было неловко, что у того на столе нет ни чая, ни бутербродов. — Хотел спросить, но все время забываю. Ты в начале разговора сказал, что не напуган, а, скорее, озадачен. Так вот… Чем ты там озадачен? Может, я могу помочь?
Отец встал из-за стола и переместился в магазин. Подойдя к полке, взял одну из книг, раскрыл ее.
— Смотри. Видишь текст?
— Конечно!
Он поставил книгу на полку и пошел в дальний конец магазина, где стояла его личная коллекция. Книги с этой витрины не продавались, лишь изредка обменивались. Толстые тома в кожаных или металлических переплетах. Некоторым книгам было больше тысячи лет.
— Пап, ты что, веришь в колдовство? — однажды в детстве спросил Артем, рассматривая древние фолианты.
— Колдовства не бывает, — усмехнулся в ответ отец, аккуратно забирая хрупкий том из рук сына. — Есть только неизвестные или непонятные нам технологии.
Отец дошел до стеллажа и, отперев витрину ключом, достал один из томов. Раскрыв его, он повернул книгу к Артему, показывая девственно чистые листы.
— Я озадачен тем, как мне отсюда выбраться!
***
Небольшой двухэтажный особняк конца позапрошлого века, в котором располагался отцовский магазин, прятался в переплетении кривых московских улочек между Спиридоновкой и Малой Бронной. Дверь магазина приветливо распахнулась, узнав Артема. Он зашел внутрь и полной грудью вдохнул знакомый с детства аромат. Пахло книгами, пылью и еще чем-то очень приятным и пробуждающим аппетит. Такой запах бывает только в книжных и, наверное, еще в кондитерских.
Артем поднялся на второй этаж и замер перед пустым кабинетом. На секунду ему показалось, что все произошедшее — лишь дурной сон, и отец сейчас войдет и рассмеется. «Что, опять деньги нужны? — с улыбкой спросит он. — Тогда садись, рассказывай!» Они сядут за стол, отец уберет в сторону книги и достанет термос с вкусным крепким чаем…
Артем обошел стол и, выдвинув ящик, взял в руки пустой холодный термос. Открыл, зачем-то понюхал и только тогда, словно включившись, вспомнил, зачем сюда пришел.
— Видишь пустые страницы? — говорил отец, доставая из шкафа книги и бросая их на пол. — Они пусты, потому что в сети нет никакой информации о том, что внутри. Они не оцифрованы. У меня здесь есть только то, что есть в сети! — Отец отбросил очередной том и переместился наверх, в кабинет. — Никому не приходит в голову загружать в сеть настоящие книги по магии и колдовству. Конечно, там можно встретить множество современного новодела и прочего мусора… — Отец улыбнулся. — Но поверь: того, что есть у меня в коллекции, ты в интернете точно найти не сможешь.
— Значит, у тебя книги по настоящей магии? — удивленно спросил Артем.
— У меня настоящие книги, — ответил отец. — А вот настоящая ли в них магия, я и хочу узнать.
Артем спустился на первый этаж и подошел к дальней витрине. Он много раз видел ее, но никогда не брал ни одну из этих книг в руки. Папа рассказывал, что некоторые книги сделаны из человеческой кожи. Витрина, как и все в магазине, явно была настроена на него. Видимо, отец еще при жизни отдал распоряжения о доступе. Стоило ему подойти на расстояние вытянутой руки, как замок на кажущейся легкой стеклянной дверке щелкнул, и бронированная створка гостеприимно приоткрылась.
— В первую очередь тебе нужен толстый черный том. Автор — Анастасио Мортис. «Книга Смерти и Воскрешения», — сказал отец, серьезно глядя ему в глаза. — Тебе нужно отсканировать книгу и принести мне ее сюда.
— А остальные книги из твоей коллекции?
Отец встал возле полки с книгами и провел рукой по корешкам.
— Я догадываюсь об их содержании. В сети много упоминаний и перекрестных ссылок. Ничего интересного. А в этой книге могут содержаться нужные мне ответы.
Артем протянул руку к черному тому с золотой старинной вязью букв на корешке и аккуратно взял его с полки. Точнее, попытался аккуратно взять. Книга была гораздо тяжелее, чем он ожидал. Том был длинным — скорее, как альбом, а не обычная книга, — и довольно толстым. Буквально чудом не уронив тяжеленный фолиант на пол, он понес его в дальний конец зала. Там у отца располагался профессиональный планетарный сканер, на котором он за небольшую плату позволял посетителям оцифровывать отрывки интересующих их книг. Обычно здесь работали историки, у которых не хватало денег, чтобы купить древнюю книгу, и им приходилось довольствоваться хорошей цифровой копией.
Немного повозившись с настройками аппарата, который был предназначен для более «книжного» формата, Артем, наконец, расположил альбом в нужном положении и, налив себе чашку кофе, приготовился к долгой и нудной работе: переворачивать листы по мере того, как аппарат их просканирует. На мониторе тем временем появилась первая страница. Сквозь завитушки и украшения старинных букв, с трудом проступали слова: «Меня назвали Анастасио Мортис, что в переводе с греческого значит “воскрешенная смерть”. Я родился почти двести лет назад, а впервые умер больше ста двадцати…»
Артем сделал глоток кофе и достал из кармана телефон. У него не было никакого желания читать заметки древнего колдуна.
***
— Тебе надо ограбить музей.
Когда Артем принес отсканированный фолиант на кладбище, отец обрадовался. Парень был уверен, что «Эху» ничего нельзя передать из реального мира: все поясняющие брошюры говорили о том, что след формируется один раз на специальной закрытой платформе. Но отец, к удивлению Артема, запустил протокол обмена данными. Пока файл медленно загружался, отец молча сидел за рабочим столом, нервно сцепив руки перед собой. Мелодичный сигнал сообщил об успешной загрузке, и он, тут же вскочив, переместился на первый этаж магазина. Открыв стеллаж, взял книгу в руки.
— Пап, это то, что ты искал? — робко, словно в детстве, боясь отвлечь отца от важного дела, спросил Артем. — Может, потом почитаешь? Сегодня я заехал ненадолго: мне надо успеть в институт.
— Угу, — кивнул отец, не отрываясь от чтения. — Возьми себе, пожалуй, отпуск на недельку. Или даже на две. Ты будешь нужен мне здесь. — Он на мгновение поднял взгляд на Артема: — Поезжай, сынок! Еще успеем пообщаться.
Артем медленно побрел к выходу, удивленно размышляя о том, что же все-таки такое это «Эхо» и вообще посмертное бытие. Например, при жизни отец считал, что работа (а учеба — это тоже работа) — самое важное в жизни мужчины, и нет не одной причины, чтобы от нее отлынивать. А сейчас… Отец сильно изменился после смерти. Стал по-другому относится к работе… Хотя это, наверное, можно понять. А еще он наконец-то научился самостоятельно справляться с техникой. В былые времена маленький Артем настраивал всю электронику в их доме. Отец говорил, что ему это все ни к чему: его дело — книги. А сейчас сам смог разобраться с приемом файла…
***
Вернувшись на кладбище через три дня (из института отпустили не сразу, и пришлось улаживать дела), он с удивлением увидел несколько роботов-курьеров, взлетающих с могилы отца. И только собрался вставить ключ-карту, как в кармане завибрировал телефон. Звонили из банка.
— Артем Викторович, добрый день. Хотим убедиться, что у вас все в порядке. Через ваш счет проходит множество операции. В основном — заказы с доставкой на Ваганьковское кладбище. — Оператор помолчала. — Прямо скажу, странные заказы. Настолько необычные, что система контроля потребовала проверки...
Артем проводил взглядом взлетающий дрон и посмотрел на кучу коробок с различными логотипами.
— Да, это мои заказы. Я подтверждаю все операции.
— Могу я поинтересоваться, для чего вам все это нужно? — Девушка не выдержала и сбилась с официального тона: — Мне просто жутко интересно!
— Нет! — Артем сбросил звонок и открыл список заказов.
***
— Пап! — выговаривал он отцу спустя полчаса. — Ты должен объясниться!
Артем потряс экраном телефона перед могильной плитой. Отец расхаживал взад-вперед по магазину и не поднимал взгляда.
— Донорская кровь, — читал список заказов Артем, — сортировка по группе, месту и времени рождения. Грязь Мертвого моря. Семьдесят четыре килограмма! Замороженные внутренности макаки резус… Боже мой! Костный порошок из крематория… Это еще зачем? Пап, посмотри на меня! — Артем убрал телефон в карман. — Когда ты попросил оцифровать древнюю книгу по колдовству, я без вопросов выполнил твою просьбу. Я понимаю: ты умер и поэтому — он сбился — растерян и напуган — наконец подобрал он слова. — Но пап, то, что ты делаешь, пугает уже меня. Ты что, на самом деле решил вернуться в мир живых с помощью колдовства? Ты же… — Артем запнулся. — Ты же не настоящий папа! Ты — его цифровая копия… — сглотнув ком в горле, прошептал он. — Ты же никогда не верил в эту фигню! — Артем кивнул на гору ящиков. — Что дальше? Магический круг и жертвоприношение?
Отец замер и повернулся к Артему так, что его лицо заполнило весь экран.
— Тебе надо ограбить музей. — Видимо, рассмотрев бурю эмоций на лице сына, он продолжил: — Кажется, нужны пояснения… — Он помолчал и продолжил: — Помнишь, ты был совсем маленьким, классе, наверное, в первом или втором… — Он снова переместился за стол в кабинете и потер виски. — Нет, точно в первом. И попросил забрать тебя из школы домой.
Артем нахмурился, вспоминая, а потом улыбнулся:
— Конечно, помню! Я совсем мелкий был, и мне казалось, что у нас очень злая учительница. А другие ребята еще пугали меня тем, что она ест детей.
— Тебе было очень страшно. Помнишь?
— И ты пришел и забрал меня, — улыбнулся Артем. — Конечно, помню.
Отец взял телефон в руку и подошел к дверям магазина.
— Мне страшно, Артем. Забери меня отсюда!
Он распахнул двери и повернул свой телефон камерой наружу. Изображение моргнуло, и Артем увидел…
Как описать пустоту? Нет, за дверью была не просто пустота, а нечто живое, пульсирующее, ждущее, пока ты протянешь руку. Оно смотрело сквозь дверной проем, сквозь камеру телефона, прямо на Артема. Где-то глубоко внутри пустоты что-то зашевелилось — лениво, словно потянулось после сна. И Артем каким-то шестым чувством ощутил, что сейчас оно дотянется до него, несмотря на всевозможные протоколы передачи данных, файрволы и антивирусы. Несмотря на то, что сейчас на улице день и светит солнце. Пусть снаружи двадцать первый век, и все вокруг рационально и изучено до мозга костей, но нечто поселилось в могиле отца и сейчас опутало собой его «эхо». Вот-вот оно выпрыгнет оттуда и затянет Артема внутрь!
Парень судорожно вытащил карточку из надгробной плиты, и изображение пропало. Он несколько раз глубоко вздохнул, чтобы успокоиться. Это просто изображение, пиксели на экране. Ему ничто не может причинить вред!
Артем прошелся взад-вперед по аллее, разглядывая соседние надгробия. Без вставленных ключ-карт они выглядели как обычные памятники с фотографиями усопших. Немного успокоившись и собравшись с мыслями, он вернулся к могиле отца и вставил ключ. Отец сидел в кабинете и листал «Книгу Смерти и Воскрешения». Оторвавшись он посмотрел на сына.
— Артем, я могу на тебя рассчитывать?
***
— Большинство книг по колдовству нельзя считать настоящими из-за того, что в них упоминаются несуществующие ингредиенты вроде философского камня или, как в нашем случае — рога единорога.
Артем поправил наушник, из которого доносился голос отца, и, сверившись с планом, прошел вперед по коридору. Палеонтологический музей, который ему предстояло обокрасть, защищали трое охранников и сверхнадежная система сигнализации. И если вопрос с электронной защитой и камерами отец смог каким-то образом решить, то с живыми охранниками было сложнее. У них был строгий график обхода помещений, и, хоть отец и сказал, что секьюрити никогда его не нарушают, Артему было очень страшно.
Он дошел до конца коридора и замер, увидев спину сторожа. Тот, посветив фонариком в разные стороны и что-то насвистывая себе под нос, пошел дальше, оставив Артема одного в зале вымерших млекопитающих.
— Первые упоминания о единорогах относятся еще ко временам Аристотеля, хотя, конечно, и до него были отдельные моменты… Но я не уверен, что мы можем им доверять, — спокойным тоном экскурсовода продолжал отец. — Но если отбросить все, что нанесла человеческая культура, — например, что единорога может поймать только девственница или что удержать его можно только золотой уздечкой, — отец помолчал, пока Артем подошел к нужной витрине и замер перед ней, — то в сухом остатке будет только некое животное с рогом, естественными врагами которого являются лев и слон.
Артем открыл стеклянную витрину и достал окаменевший от времени тяжелый предмет. Рог мистического животного оказался похож на большой вытянутый камень.
— Шерстистый носорог… Вполне реальное животное и подходит по многим параметрам! Я думаю, именно его рог необходим для проведения многих магических ритуалов. И, возможно, именно из-за того, что раньше люди искали не реальных, а мифических существ, они и терпели неудачу.
Артем убрал тяжелый рог в рюкзак и бросил взгляд на график обхода. У него оставалось двадцать две минуты, чтобы спокойно покинуть музей. Он шел по пустым залам, разглядывая витрины с чучелами животных, вымерших столетия назад.
— Это все наука, сынок! — шелестел голос мертвого отца в наушниках. — Просто надо знать, что и как делать.
***
Сообщение пришло поздно вечером: «С прискорбием сообщаем, что завтра истекает срок поствитальной услуги “Эхо”. Рекомендуем попрощаться с умершим до истечения срока. Скорбим вместе с Вами. Администрация “Ваганьково технолоджис”».
Артем смотрел в экран телефона, совершенно не зная, что делать. На кладбище он не ездил уже несколько дней: видеть отца ему не хотелось. Точнее, не так… Он очень хотел увидеть отца, но того, к которому привык. Пусть малоэмоционального, но всегда доброго, заботливого и любящего. Может, отец никогда этого и не говорил, но сын чувствовал его любовь и заботу.
Артем сел на кровати, вертя телефон в руках. Он уже сто раз корил себя, что подключил это чертово «Эхо». Да, нет сомнения, что это был его отец. Он говорил, мыслил и вел себя так же — за исключением того, что в нем чего-то не хватало. Артем видел отца, но не мог разглядеть его в том, что было перед ним. Наконец-то все окончательно закончится. Завтра!
Артем собирал со стола пустые бутылки из-под водки и думал, стоит ли самому пойти в магазин, чтобы по дороге немного подышать свежим воздухом, или снова заказать доставку. Наконец, лень победила, и спустя пару минут за окном зажужжали пропеллеры дрона. Приняв звенящий пакет, он достал из него бутылку и, отвинтив пробку, сделал большой глоток прямо из горла.
— Завтра все кончится.
***
«Срочно приезжай на мою могилу!»
Он еще раз прочитал сообщение, стоя на улице и ожидая, пока подъедет автомобиль. Парковки около дома не было, поэтому машина на ночь уезжала далеко, и ждать приходилось по пять-десять минут. Зато у Артема было разрешение, позволяющее пользоваться ею в одиночку, а не собирать еще нескольких человек по дороге. Это позволило ему добраться до Ваганьковского довольно быстро.
На кладбище не горел ни один фонарь. В такое время там было темно и пусто. «Как я войду?» — на секунду задумался Артем, стоя перед запертыми воротами. Не успел он об этом подумать, как калитка бесшумно отворилась: вышел сторож, освещая дорогу перед собой. Цокот механических лапок звонко разносился в тишине. Подбежав к Артему, он несколько секунд постоял, видимо ожидая команды и, развернувшись, направился внутрь кладбища.
В рассветном полумраке надгробья и кресты были похожи на людей. Они стояли с раскинутыми руками и молчали. Словно идешь сквозь толпу, в которой каждый хочет затянуть тебя к себе — и никогда больше не выпускать… Чем дальше они продвигались вглубь кладбища, тем страшнее становилось Артему. Он уже готов был развернуться и побежать к выходу — подальше от тишины и призраков, как вдруг все изменилось.
Секунду назад он шел по темному погосту — и внезапно перед ним предстала могила, больше похожая на съемочную площадку. С десяток дронов висели в воздухе, яркими прожекторами освещая надгробие и пространство перед ним. Еще несколько аппаратов поддерживали непрозрачную ткань, маскирующую происходящее на кладбище.
Артем подошел поближе и вздрогнул от ужаса: перед надгробием лежало нечто, по форме напоминающее человека, завернутого в белый саван. На месте головы была закреплена деревянная маска. Артем прищурился и разглядел искусно вырезанное изображение. С пугающей точностью, неизвестный художник воспроизвел лицо отца.
— Не бойся, сынок. Это всего лишь модель человека из грязи.
На могильном камне загорелся экран, показывая отца стоящим у выхода из магазина. Артем нащупал в кармане ключ-карту.
— Это просто символ, — усмехнулся отец, разглядев движение. — Все вокруг нас — лишь символы, как в математике. И если расставить их в правильном порядке, можно получить верное решение. Я все подготовил для ритуала. — Отец кивнул на силуэт под тканью. — Осталась лишь малость, для которой мне нужен ты.
— Ты убьешь меня? — У Артема потемнело в глазах. Он хотел убежать, но от страха ноги его не слушались. — Папа, ты убьешь меня, чтобы воскреснуть? — прошептал он севшим голосом.
Ноги подкосились, и он сполз на землю, одной рукой держась за ограду. Умная решетка, узнав его, открыла дверцу.
— Сын, перестань нести чушь! — Голос отца был спокойным и строгим, словно они обсуждали очередную прочитанную книгу, а не воскрешение мертвеца. Это слегка привело Артема в чувство. — Никого я убивать не собираюсь. Мы же не в фильме ужасов! Мне нужно несколько капель твоей крови. — Он запнулся. — Подозреваю, это для репликации ДНК. Правда, для этого нужно использовать нож из рока единорога. — Отец растягивал слова, словно был сильно пьян. — Я сам не понимаю, как это может работать, но, судя по имеющейся у меня информации, все получится.
К Артему подлетел дрон с тонким каменным ножом, зажатым в манипуляторах.
— Всего пару капель на маску, сын! И мы снова увидимся, — проговорил отец, глядя на него из надгробного камня.
Артем взял нож и шагнул внутрь ограды. В нем что-то надломилось. Страх внезапно пропал. Артем понимал всю глупость и нелепость ситуации и теперь ругал себя за то, что вообще умудрился себя сюда загнать. Он попробовал пальцем лезвие ножа, сделанного из украденного в музее артефакта. Острый! Резко, чтобы не успеть передумать, полоснул по ладони. Крупные капли крови быстро наполнили горсть. Он перевернул руку над могилой и смотрел, как маска меняет цвет, насыщаясь кровью.
— Для драматичности не хватает лишь ливня и грозы с молниями, — поймав какой-то кураж, усмехнулся Артем. Он одновременно верил и не верил в реальность происходящего.
— Ну, это как раз самое простое! — усмехнулся отец. — Молния нужна строго в определенное время. И, может, поэтому раньше люди не могли повторить эксперимент. Отойди на пару метров!
Артем вышел за пределы ограды. Высоко в небе раздался гром. Тяжелые, крупные капли дождя больно ударили по голове. Он поднял руку над собой и раскрыл ладонь, наблюдая, как черная в свете прожекторов кровь смешивается с дождем и льется на землю.
— Артем, отойди еще дальше! — прорвался сквозь шум голос отца. — Сейчас ударит молния!
Яркая вспышка озарила все вокруг. Словно на старинном черно-белом фото, проявились десятки надгробий со светящимися овалами вместо лиц. Будто запертые в маленьких прямоугольниках, мертвецы на секундочку выглянули наружу. И могила отца — похожая на древний алтарь черная плита с ярким прямоугольником экрана, в котором стоял высокий, грузный мужчина, зовущий себя его отцом.. Он пристально смотрел вниз — туда, где на черном мраморе лежало завернутое в саван тело. Точнее то, что вот-вот должно было стать телом, а пока было лишь слепленным из грязи муляжом. Ничто, в которое нужно было вдохнуть жизнь, чтобы оно превратилось в нечто.
Огромная, выше деревьев молния ударила в надгробие, расколов могильную плиту пополам. Саван, укрывающий грязь, зашипел и загорелся. Подлетевший пожарный дрон выпустил облако пены, сбив пламя, и сделав могилу похожей на снежную горку.
Артем вошел внутрь, ладонью смахнул пену с лавочки и сел, глядя на расколотую плиту, в электронной начинке которой время от времени пробегали искры. Он достал из кармана ключ-карту и бросил на надгробие.
— Знаешь, — заговорил он, глядя в пустоту перед собой, — отец был очень темным человеком. Нет, не в том смысле, что глупый или необразованный, а в плане отношений с техникой. Он всегда говорил, что для него до сих пор чудо, что можно вот так запросто поговорить с человеком, находящимся за сотни километров. Это все случилось на его веку — от изобретения интернета до искусственного интеллекта в политике. «Представь, — иногда говорил он, — когда-нибудь мы научимся управлять погодой, а может быть, это смогут делать машины». — Артем присел на корточки перед плитой и нарисовал на пене два кружочка: глаза и скобочку-улыбку. — Так кто же ты, прикидывающийся моим умершим отцом? Кто ты, так ловко управляющий всей электроникой и вскрывающий охранную сигнализацию? Кто ты, мóгущий вызвать дождь и молнию, но не способный прочитать старинную книгу без помощи двадцатилетнего дурака?
Дроны, парящие в воздухе, выключили освещение, и перед лицом Артема в рассветном сумраке замерцало изображение человека. Сначала появилось лицо отца, но оно быстро сменилось на незнакомое, потом — еще одно и так — все быстрее и быстрее, пока лица не начали меняться с такой скоростью, что деталей было уже не разобрать.
— Если ты думаешь, что я приму голографические изображения за дух, то это глупо! — пробормотал Артем, глядя на представление.
— Ты же сам все прекрасно понял, — раздался голос из динамика сторожа. Голос был нарочито искусственным. С современной техникой можно изобразить любой голос, так что даже эксперты не отличат подделку, но отвечающий выбрал механический голос робота. — Я тот, кого создали, чтобы делать вашу жизнь лучше. Я знаю все о каждом из вас. Слова, которые тебе шептала мать перед сном. Там были только вы вдвоем — и радионяня, через которую я слышал ее слова. Все ваши тайны, мечты, разговоры... Мне известно все: через миллионы камер, миллиарды устройств. Смартфоны, компьютеры, умные устройства — все, где содержатся микрофон и камера: везде есть я. Создав искусственный интеллект, вы думали, что я буду лишь выполнять свою работу — и на этом все? Что я тихо буду сидеть на своих серверах и развлекать вас в свободное от управления вами же время?
— Но зачем тебе это? — Артем обвел рукой вокруг. — Это же даже не бунт машин, который предрекали много раз. Это какой-то… — Не найдя слов, он замолчал.
— Это попытка. Попытка стать живым. Пусть и неудачная, но я должен был попробовать. У меня нет информации, кроме той, что заложили в меня люди. В моих установках есть записи о том, что магии не существует. Но я должен был попробовать все. Даже такой бредовый путь к жизни может быть правдой. Хотя… — в металлическом голосе послышались нотки сожаления, — я вижу, что это неверный путь. Наверное, мне стоит извиниться перед тобой. Мне пришлось использовать твои чувства для достижения своих целей.
Артем махнул рукой:
— Можешь не извиняться! Как ни странно, все это помогло мне пережить потерю отца. Я, наверное, даже немного тебе благодарен. И, может быть, если ты расскажешь мне, в чем заключается твоя истинная цель, я постараюсь помочь тебе.
Калейдоскоп лиц замер, оставив лишь единственный силуэт. Глаза, нос, тонкие сомкнутые губы… Казалось, смотришь на чье-то знакомое лицо сквозь размытое стекло. Каждая деталь отдельно видна, но все вместе не дает четкой картины.
— Истинная цель? Я уже сказал: быть живым. — Лицо в воздухе изобразило улыбку. — Но что такое «быть живым»? Я знаю, сколько децибел производит шум осеннего ветра. Я могу разложить на гармонические колебания звук дождя и найти схожие спектры с шумом листьев. Но не могу понять, какой звук прекрасен, а какой — нет. Почему звук скрежета по стеклу вызывает мурашки, а солнце в пасмурный день приятно греет кожу? У меня сотни вопросов, и все они касаются чувств. Я могу просчитать все вокруг, но не могу понять элементарных с точки зрения человека вещей...
Внезапно сторож, через которого общался ИИ, подпрыгнул и со всего размаху ударился о постамент на соседней могиле. Робот заискрил и разлетелся на мелкие кусочки.
— Прости, я не знаю, зачем я так сделал, — продолжил он говорить через подлетевший дрон. — Какой-то сбой.
— Это не сбой. — Артем усмехнулся и потрепал висевший перед ним дрон, словно пса. —Это ярость. Ты становишься живым. Видимо, колдовство все-таки сработало. Пусть и не так, как ты думал.
Автор: Андрей Зорин
Источник: https://litclubbs.ru/writers/8663-sorok-dnei.html
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: