— Надюша, но ты же не поедешь, правда? — голос свекрови в трубке звучал с явной надеждой.
Надя закрыла глаза и досчитала до пяти. Внутри закипало раздражение, но она постаралась говорить ровно:
— Мария Семёновна, я давно договорилась с подругой. Билеты куплены, отпуск одобрен. Я на море сто лет не была, а тут такой шанс.
— Ну что ты за человек… — тут же всплеснула руками свекровь, будто Надя могла это видеть. — Я юбилей праздную раз в десять лет! Разве это не важнее какой-то поездки?
Надя прижала телефон плечом и села на край кровати. Хотелось вспылить, но не стоило.
— Вы ведь знаете, что я собиралась поехать ещё с весны.
— Весной мне было не семьдесят! — парировала Мария Семёновна.
— Но это не отменяет того, что я хочу провести время с подругой, — Надя вздохнула. — Мы не виделись три года.
— И что? Она тебя подождёт! А мой юбилей когда ещё будет? — обиженно протянула свекровь.
— Через десять лет, — спокойно ответила Надя.
На другом конце провода повисло молчание.
— Ты что, а вдруг я не доживу? — грустно выдохнула Мария Семёновна.
«Началось…» — подумала Надя.
— Вы так говорите, будто я вас вычёркиваю из жизни. Я куплю подарок, поздравлю вас заранее.
— Ой, да кому эти подарки нужны?! Я же не ради вещей! Я ради семьи!
— Ага… — пробормотала Надя.
Семья. Как же удобно этим словом прикрываться. Только вот когда Надя просила свекровь посидеть с внуком, потому что ей нужно было выйти на работу — времени у той не находилось. Когда она просила не вмешиваться в их с мужем бытовые вопросы — это тоже не учитывалось.
— Если бы ты меня уважала… — заговорила свекровь с нажимом, — ты бы осталась.
— Я сейчас не хочу ни под кого подстраиваться, — спокойно ответила Надя.
— Ах вот как? То есть, я для тебя не авторитет?
Надя устала. Она просто хотела отдохнуть. Просто уехать на неделю, понежиться под солнцем, поболтать с подругой, ни о чём не думать. Это же нормально?
— Мария Семёновна, — она смягчила голос, понимая, что иначе это не закончится. — Это не из-за вас. Это из-за меня. Мне нужен отдых.
— Ой, все вы сейчас такие… Себя любите, а про стариков забыли.
— Ну почему же? Я не забываю, просто ставлю границы.
— Что? Какие ещё границы? — свекровь ахнула.
— Границы, в которых мои желания тоже учитываются, — пояснила Надя.
— Да куда катится мир… — драматично вздохнула свекровь.
— Мария Семёновна, я пойду собирать чемодан.
— Ну и катись на своё море! — взорвалась наконец свекровь. — Только учти: после такого я на тебя обижусь.
— Ваше право, — пожала плечами Надя.
— Вот и посмотрим, как ты потом запоёшь!
Свекровь отключилась, громко фыркнув.
Надя посмотрела на телефон и только покачала головой.
«Ну и ладно. Обида обидой, а море по расписанию».
Когда Надя вышла из гостиной, муж сидел на кухне с телефоном у уха. Выражение лица у него было напряжённое, брови сведены к переносице.
— Мам, да что ты начинаешь… — раздражённо выдохнул он. — Она давно всё запланировала.
Надя сразу поняла, о чём разговор. Подошла к холодильнику, открыла дверцу, но вслушивалась в каждое слово.
— Одна она там будет! — возмущался голос свекрови. — Мало ли что случится! Там же мужики вокруг, а ты спокойно сидишь?!
Надя прикусила язык, чтобы не засмеяться. Ну конечно. Как же без этой темы?
— Мам, хватит. Кого она там найдёт за неделю? — Михаил устало произнёс. — Или бросит меня из-за коктейля с зонтиком?
— Да мне плевать, — тут же закричала свекровь. — Мне помощь нужна! Ты представляешь, сколько гостей?
— Ты же банкет заказала, в чём помощь-то?
— Гостей встречать, помогать! Ведущего проверять, музыку! И вообще, если твоя жена считает, что юбилей можно пропустить, то ты хоть будь нормальным сыном!
Надя молча села напротив мужа и сложила руки на груди. Интересно, как он выкрутится.
— Мам, если тебе важен этот юбилей, то ты могла бы сделать так, чтобы всем было удобно, — тихо сказал Михаил.
— Это как?
— Ну… Перенести на неделю позже.
В трубке повисла пауза.
— Ох ты ж… Михаил, ты совсем подкаблучником стал?
— Если подкаблучник — это муж, который не бросается на жену в угоду маминым обидам, то да, я подкаблучник.
— Ах, вот ты как заговорил! — в голосе свекрови зазвенели слёзы. — Всё, сынок, я тебя больше не знаю. Позор мне! Позор!
Громкий писк в трубке обозначил конец разговора.
Михаил откинулся на спинку стула и устало посмотрел на Надю.
— Ну что, тебя снова записали в предатели?
— Угу, — он потер шею. — А тебя — в гулящие жены.
Надя хмыкнула.
— Ну что ж… Тогда уж точно надо ехать. Раз уж меня всё равно объявили непонятно кем, пусть будет хотя бы за дело.
Михаил усмехнулся и взял её за руку.
— Отдыхай, Надь. Я всё разрулю.
Она кивнула. Конечно, он разрулит. Потому что это его мама, он справится.
***
Когда Надя добралась до своей подруги, телефон уже разрывался от сообщений. Первое было от Михаила:
«Всё норм. Не переживай, отдыхай».
Следующее – от свекрови:
«Ты сама себя показала. Позор!»
Надя бросила телефон на кресло, сняла босоножки и вышла на балкон. Море простиралось перед ней, лениво перекатывая волны. Ветер тёплый, солёный, с лёгким ароматом хвои и нагретого солнцем песка.
— Надя, ну ты чего? — позвала из комнаты Лена. — Давай уже, отметим твой побег!
Надя рассмеялась, вернулась в комнату. Лена держала в руках бокалы, протянула один.
— За свободу, подруга!
— За неё! — Надя чокнулась с Леной, сделала глоток. Напиток оказался прохладным, терпким, с едва уловимым оттенком персика.
— Давай сразу решим: никакой свекрови, никакого Михаила. Просто солнце, море и полный дзен!
— Полностью согласна! — Надя улыбнулась.
Лена жила в небольшом домике прямо у пляжа. Когда-то она сбежала сюда от суеты, и теперь у неё был свой маленький гостевой бизнес. Несколько уютных бунгало, терасса с видом на закаты, цветущий сад. Надя мечтала об этом месте с тех пор, как Лена сюда переехала, но всё откладывала, потому что «семья, заботы, обязательства».
Теперь же она лежала в гамаке, потягивала коктейль и чувствовала, как с каждым днём расслабляется всё больше.
— Пойдём вечером на пляж? — предложила Лена. — Там фестиваль, огненное шоу.
— Пойдём.
Они гуляли босиком по тёплому песку, смеялись, купались ночью в тёплой воде. На следующий день катались на яхте, ели свежие морепродукты и пили кофе с видом на лазурную гладь.
— Ты так похорошела, — заметила Лена. — Лицо прямо светится.
— Оно светится, потому что тут никто не пилит меня за семейные ценности.
Они засмеялись.
— И что, когда вернёшься, снова будешь терпеть?
Надя замолчала. Вернуться-то придётся. Но терпеть?
***
Свекровь Нади даже на юбилее не смогла удержаться.
Надя уселась на кухне, открыла мессенджер и нашла голосовое сообщение от Юли, двоюродной сестры мужа.
— Надя, ты не представляешь, что она выдала! — начала Юля. — Ведущий подаёт ей микрофон, она встаёт, вся такая величественная, пафосная. Ну, думаю, сейчас благодарить будет, красивый тост скажет. А она как начала!
Надя прикрыла глаза.
— «Говорят, семья — это когда люди поддерживают друг друга! Но есть такие, которые только притворяются частью семьи. Вот ты им добро, заботу, любовь, а они — раз! — и на море. Да, кто-то отдыхает, пока другие пашут! И не известно к кому она поехала! Не повезло мне со снохой!»
Надя усмехнулась.
— Юля, серьёзно? Она прямо так и сказала?
— Ещё как! — Юля аж задохнулась от эмоций. — Потом добавила: «Но пусть этот человек знает — вся семья видит её истинное лицо!»
— И что гости?
— Одни переглядывались, другие хихикали. Михаил с таким лицом сидел… будто его привязали к стулу.
— И чем всё закончилось?
— А тем, что тётя Зина, её двоюродная сестра, вдруг встала и говорит: «А кто ж тебе, Валюша, когда не помогал-то? Ты ж только требовать умеешь. А сама? Вспомни, хоть раз кого-то поддержала? Нет? Ну вот!»
Надя прыснула.
— Тётя Зина – королева!
— Ага, после её слов несколько человек аж зааплодировали! — Юля фыркнула. — Так что не переживай. Люди всё видят.
Надя смотрела в окно на солнце, море и пальмы.
— Да я и не переживаю, Юль. Я отдыхаю.
***
Вернулась Надя отдохнувшая, загорелая. Миша и сын встретили её в аэропорту и всю дорогу рассказывали, как свекровь пыталась опозорить её на своём юбилее, но ничего не вышло. Надя делала удивлённое лицо и поддакивала. А сама думала, что сведёт общение с Марией Семёновной к минимуму. Да и захочет ли свекровь после случившегося сама общаться?