Сотворение мира Богом и естественнонаучная проблема происхождения жизни на Земле
3.5. Геологический «фундамент» теории эволюции.
Теперь рассмотрим доказательства существования эволюционного процесса в прошлом. Но как вообще можно исследовать прошлое жизни на Земле, опытно прикоснуться к тому, чего сейчас нет? Считается, что оно у нас «под ногами». Это, прежде всего, сохранившиеся до сих пор в геологических слоях останки древней жизни, материальные свидетельства тех событий, которые, как мы считаем, могли происходить в прошлом. И тут во весь рост встает проблема интерпретации. Действительно, в строгом смысле научными фактами являются лишь конкретные палеонтологические находки, которые представляют собой чаще всего только расплывчатые «тени» тех предполагаемых событий, которые мы «видим» в прошлом. Сами же «события» возникают уже в рамках объяснений гипотезы, которой мы связываем отдельные факты между собой. Приведем рассуждения из учебника по палеонтологии, которыми автор предваряет изложение эволюционного метода. «Непосредственно в прошлое заглянуть невозможно, машина времени – это несбыточная мечта человечества. Любые наши суждения о прошлом есть лишь более или менее вероятные предположения, основанные на интерпретации фактов и событий современности. Динозавры (столь полюбившиеся широкой публике после «Парка юрского периода») – это, вообще-то говоря, лишь куски песчаника, напоминающие своей формой кости современных рептилий; все остальное – чистые домыслы. Понятно, что цена домыслам режиссера Спилберга и академика от палеонтологии Татаринова несколько разная, однако экспериментально проверить нельзя ни первые, ни вторые ни сегодня, ни в будущем. Поэтому вначале нам следует решить для себя принципиальный вопрос: познаваемо ли прошлое вообще? При этом необходимо признать, что на логическом уровне проблема неразрешима, т.е. это вопрос не разума, а веры».[1] Подчеркнем еще раз, что автор не сомневается и верит в эволюционную гипотезу, приводимая цитата нужна была ему для демонстрации рационального метода, следствием применения которого и является с его точки зрения, упомянутая гипотеза. Хотя сам тут же и признается, что основание этого метода лежит все-таки в области веры. Поступим же и мы также: принимая рациональный метод «на веру», посмотрим на палеонтологические «факты» через призму господствующей эволюционной гипотезы.
При рассмотрении прошлого Земли надо прежде всего вспомнить ее геологическое строение. В настоящее время выделяют три оболочки в строении нашей планеты - кору, мантию и ядро. Меньше всего известно о центральном ядре, предполагаемом источнике геомагнитного поля. Средняя оболочка – мантия, благодаря сейсмическим волнам изучена лучше, а верхняя, - кора, доступна непосредственному изучению. Для нас, конечно, представляет интерес строение самой верхней оболочки, называемой также литосферой, которая по сравнению с радиусом всей Земли (6371 км), выглядит тонкой скорлупкой (не больше 80 км). В земной коре в свою очередь выделяют три слоя: нижний, граничащий с мантией базальтовый слой, средний - гранитный (отсутствует под дном Тихого океана) и верхний - осадочный, в котором встречаются свидетельства присутствия в прошлом живых организмов.
Базальтовый и гранитный слои сложены магматическими или изверженными породами, возникшие из магмы при участии внутренних процессов, зарождающихся в недрах Земли. Осадочный слой образуется на поверхности Земли в результате взаимодействия литосферы с атмосферой, гидросферой и биосферой. Он «обычно имеет небольшую мощность: от нескольких метров до нескольких десятков и сотен метров. Лишь в отдельных местах толща осадочного слоя достигает нескольких километров (максимально 10 –15 км.). В некоторых местах земной коры осадочный слой полностью отсутствует».[2] Породы, его формирующие, обычно рыхлые, иногда сцементированные и уплотненные, залегают в виде слоев и пластов, поэтому, осадочный слой еще называют стратисферой. Именно в этих слоях и пластах находят отпечатки различных представителей флоры и фауны или их окаменелости. Есть примеры, когда осадочные породы целиком обязаны своим появлением жизнедеятельности организмов в водной среде или на суше. Например, коралловый риф, сложенный из известковых скелетов прибрежных колониальных организмов, может достигать мощности, превышающей 1000 метров. К таким же, органогенным отложениям относятся угли, сформировавшиеся на месте древних болот.[3]
Слоистость осадочных пород вызвана изменением условий в процессе осадконакопления. По относительному расположению пластов, по породам, их формирующим, по видовому составу биовключений, остатков живых организмов, осадочные слои подчиняются определенным закономерностям. Исследованием этих закономерностей занимается стратиграфия - наука, изучающая последовательность напластования осадочных пород и устанавливающая их относительный возраст. В связи с тем, что эволюционная теория основывается в значительной степени на выводах этой науки, рассмотрим поподробнее методы, которыми она пользуется.
3.5.1. Методические инструменты исторической геологии.
Исходным физическим материалом для стратиграфических исследований являются конкретные разрезы, расчленяемые на отдельные подразделения (слои, пачки, горизонты и т.д.). Эти подразделения формируются по различию в составе горных пород и заключенных в них ископаемых органических остатков. И только после проведения этого описательного этапа исследований, делаются обобщения, сопоставляющие разрезы из разных мест с целью установления их геологической одновозрастности. «После обобщения ряда частных геологических разрезов составляется сводная стратиграфическая колонка, в которой все слои горных пород располагаются в строгой последовательности своего образования и залегания, т.е. в определенном хронологическом порядке».[4] При этом используется простейший логический принцип суперпозии, сформулированный еще Николасом Стено еще в 1699 году: «При ненарушенном залегании каждый нижележащий слой древнее покрывающего слоя». Этот принцип позволяет установить простые временные отношения типа «раньше – позже».
Однако хронология – это далеко еще не история, а лишь механическое расположение событий во времени. Понимание истории станет возможным только после того, как будут «найдены внутренние связи между событиями и явлением прошлого и определением их пространственных взаимоотношений».[5] Важно здесь подчеркнуть, что идея внутренних связей привносится извне и, как мы видели выше, не является логическим следствием из конкретных фактических данных, а соотносится с ними в рамках интерпретации. Во всех цитируемых до сих пор источниках по геологии этой привносимой идеей является гипотеза биологической эволюции, утверждающей, что история жизни на Земле – это история саморазвития живых организмов, происшедших друг из друга в направлении «от простого к сложному». Значит, в нижних, древнейших геологических слоях будут размещаться более примитивные организмы, а в верхних, более поздних, должно просматриваться их постепенное, проходящее через множество промежуточных форм, усложнение и «усовершенствование».
Гипотеза эндогенной эволюции ископаемой жизни стала фундаментальным основанием для относительной геохронологии и стратиграфической корреляции. Примером последовательного применения таких взглядов может быть биостратиграфический метод. В этом методе используется принцип непрерывности и необратимости эволюционного процесса (который при этом считается доказанным!), вследствие чего каждому отрезку геологического времени отвечают характерные только для него растения и животные.[6] Согласно теории Дарвина, исчезнувший по тем или иным причинам вид организмов никогда не может появиться вновь. Исходя из этого, каждый комплекс ископаемых органических остатков отражает определенный этап развития органического мира и является неповторимым.[7] Это позволяет проводить корреляцию разрезов весьма удаленных друг от друга регионов.[8]
Часто такие корреляции устанавливаются не по всему органическому комплексу, а по так называемым руководящим ископаемым. Руководящими формами называются такие остатки вымерших организмов, которые существовали короткий отрезок времени, но успели за этот срок расселиться на большой территории, и встречаются в большом количестве. Например, обнаружение в ненарушенном геологическом слое трилобитов позволяет однозначно отнести этот слой к кембийскому периоду. Правда, иногда этот метод дает сбои, когда «руководящее ископаемое» неожиданно превращается в «живое ископаемое». Например (и это не единственный пример), девонская рыба латимерия после семидесяти миллионов лет полного отсутствия в геологических слоях была обнаружена здравствующей в глубоких водах близ Мадагаскара в 1938 году.
Кроме биостратиграфических методов в относительной геохронологии используются также различные геофизические методы, например, палеомагнитный метод. В настоящее время составлена точная шкала инверсий (обращений полюсов) магнитного поля Земли, которая позволяет по направлению остаточной намагниченности конкретных пород восстановить траекторию горизонтального перемещения целых материков. Данное обстоятельство позволило надежно доказать раскрытие Атлантики, Индийского океана и т.д.[9]
Целью всех вышеперечисленных методов является соотнесение во времени геологических пластов и слоев в порядке принципа «раньше – позже», и поэтому они являются методамиотносительной геохронологии. Для определения непосредственного, безотносительного возраста минералов и горных пород используют методы абсолютной геохронологии. Прежде всего, к ним относятся все радиоизотопные или радиометрические методы, о которых мы говорили выше. Эти методы играют подчиненную роль в исследовании периодов истории Земли, характеризующихся достаточным уровнем «ископаемой жизни». В периоды, когда биостратиграфический метод из-за отсутствия таких остатков часто не работает (в основном, в докембрии), значение методов абсолютной хронологии резко возрастает. Особый случай связан со значительной ролью радиоуглеродного метода, позволяющего оценить возраст органических остатков не старше 40 – 60 тысяч лет.[10]
Результатом всех геохронологических исследований является описание геологических событий, происшедших в прошлом. В зависимости от используемых методов итоги таких исследований суммируются в сводной стратиграфической колонке (шкале) и в геохронологической шкале. Отличия между ними заключаются в том, что стратиграфическая шкала опирается на первичный материал – стратиграфические единицы, реальные геологические тела, состоящие из комплекса горных пород, обладающих характерным вещественным составом. Это тот эмпирический материал, на основании которого делаются дальнейшие корреляции и обобщения. Геохронологическая шкала является уже конечным результатом обобщений. Это, собственно говоря, «история», она показывает длительность и последовательность основных этапов развития земной коры.[11] Важно отметить, что в стратиграфической шкале зафиксированы только сохранившиеся материальные свидетельства, поэтому в ней не представлено то геологическое время, когда осадконакопления могло не быть (перерывы в осадконакоплении) или оно было, но слои не сохранились. Есть свидетельства, что во многих осадочных толщах большая часть стратиграфического материала приходится на скрытые перерывы осадконакопления.[12] Такие данные привели к возрождению теории катастрофизма на новом уровне научного знания.[13]
Геохронологическая шкала, безусловно, опирается на стратиграфическую шкалу и с ней непосредственно связана. Но «пропуски» в ней заполнены, она фактически является восстановленным временем. Поэтому можно сказать, что стратиграфическая шкала больше соответствует нашим наблюдением, а геохронологическая шкала, в большей степени, нашим предположениям. Еще раз напомним, что доказательная «сила» всех биостратиграфических предположений целиком и полностью основывается на эволюционной теории Дарвина.
Таким образом, если кратко суммировать методическую основу исследований геологического прошлого жизни на Земле, то ее можно свести к следующей логической схеме. В каждом конкретном разрезе вся толща осадочных пород разбивается в зависимости от состава на пласты и слои. Каждый из них исследуется на предмет наличия остатков флоры и фауны и делается его смысловое описание. Это, можно сказать, статичные фотографии данного времени, «атомарные» мгновения палеонтологической летописи. Далее, следуя некоторым предположениям, реконструируется по вертикальным связям тот отрезок геологической летописи, который охватывается данным разрезом. Образно говоря, полученные статичные фотографии «прокручиваются» снизу вверх в рамках определенного смыслового сценария, накладывается некоторый комментарий, и геологическое прошлое этой местности «оживает». Например, можно представить следующий результат такой реконструкции: «В этой местности 100 миллионов лет назад было море, в котором обитали характерные для мелового периода головоногие моллюски - аммониты и белемниты, среди позвоночных выделялись гигантские плезиозавры. В конце верхнего мела последовала регрессия моря, образовавшаяся суша была заселена флорой и фауной раннего палеогена». Такая реконструкция выглядит вполне законной, если она основана на обнаружении последовательных слоев с остатками морской фауны мела и наземной фауны и флоры палеогена. Конечно, в связи с возможностью наличия пропусков - перерывов в осадконакоплении, может быть утерян для реконструкции некоторый отрезок прошлого. Например, могла быть потеряна такая вставка: «регрессия моря произошла раньше начала палеогена, еще в меловом периоде, но осадконакопления слоев с остатками наземной флоры и фауны этого периода не было». Такая потеря, конечно, выглядит существенной, но она считается не принципиальной. Общий ход геологической истории для данного региона отражен правдоподобно.
Но реконструкция прошлого одного региона - это только фрагмент геологической истории. Общая картина восстанавливается на основании поиска корреляций и согласований между всеми разрезами с учетом единства всех процессов, протекающих в биосфере. Другими словами, отдельные региональные исторические сюжеты необходимо непротиворечиво соединить в глобальную картину развития жизни на Земле. Естественно, что такое согласование происходит в рамках некоторого сценария. Поэтому в общей исторической картине наш предполагаемый сюжет, который мы приводили выше в качестве иллюстрации, будет выгладить несколько по-другому. Приведем отрывки из пособия по исторической геологии[14], посвященные этому же историческому периоду жизни на Земле: «Органический мир мезозойской эры весьма разнообразен. В морях огромное распространение получили аммоноидеи совершенно иного облика, чем в палеозое, возникли белемноидеи. … Коренное изменение претерпели позвоночные. Широкое распространение получили пресмыкающиеся, и поэтому нередко мезозойскую эру называют эрой пресмыкающихся. Не менее своеобразным был органический мир суши. В его составе доминировали пресмыкающиеся, особенно динозавры. Появившиеся в конце триаса млекопитающие до конца мезозоя оставались мелкими и малочисленными и существенной роли не играли».[15] «В юрском периоде обособляется последний по времени своего появления класс позвоночных животных – птиц, предками которых, возможно, были мелкие ящероподобные пресмыкающиеся. В поздней юре известны единичные находки первопицы Archaeopteryx».[16] «Млекопитающие, появившиеся еще в начале мезозоя, все еще были мелкими и встречались довольно редко, но за меловой период они прошли сложный эволюционный путь, дав начало многим формам после исчезновения динозавров».[17]
В приведенных отрывках сквозь смысловой эволюционный сценарий все-таки еще довольно четко просматривается фактический материал геологических исследований. Но вот в другом, «продвинутом» современном учебнике по палеонтологии,[18] его уже почти не видно: «Начиная с триаса, водные рептилии оккупировали верхние трофические этажи морских экосистем, полностью вытеснив оттуда и рыб, и головоногих, – эти предыдущие «владыки морей» служили им основной пищей. Ситуация изменилась лишь в начале мела, когда появились акулы современного типа; возможно, именно они конкурентно вытеснили самых «рыбообразных» из рептилий – ихтиозавров». «Основой стремительной среднемеловой экспансии цветковых стало то, что им удалось закрепиться в качестве нормальной пионерской растительности… Покрытосеменные не пытались потеснить всю мезофитную (характерную для мезозоя) растительность, что было абсолютно нереально; они всего-навсего конкурентно вытеснили прежних пионеров и тем самым блокировали все последующие стадии мезофитной экогенетической сукцессии».4 И, в заключение, еще один отрывок из этого же учебника, объясняющий причину исчезновения динозавров: «Основой 120-миллионолетнего мирного сосуществования динозавров и млекопитающих было полное разделение их экологических ниш в соответствии с различиями в размерных классах. … Ситуация поменялась в мелу, когда на эволюционную арену вышли териевые (высшие) млекопитающие, имевшие заметно более высокий уровень метаболизма, нежели триасовые и юрские прототерии (низшие млекопитающие). На этой метаболической основе истинно гомойотермным (теплокровным) териям впервые удалось создать истинного фитофага (растительноядного) малом размерном классе – условно говоря, «крысу». …Теперь в нем с неуклонностью должен появиться и управляющий блок из специализированных хищников - «хорек». И вот тут-то начинаются крупные неприятности у динозавров…Детеныш динозавра - это просто большая ящерица, лакомая добыча для такого круглосуточно активного «хорька».[19]
Вот такая картина. И все это строится на основании находок в геологических слоях окаменевших фрагментарных костей и отпечатков, которые сам автор называет[20] «кусками песчаника, напоминающими по форме кости некоторых животных»! В приведенном отрывке уже не только «куски песчаника» облекаются в плоть доисторических животных, но детально прописана вся их экология. Наверное, автор хорошо знает, как непросто изучаются и, главное, познаются экологические взаимосвязи хотя бы в ныне существующей биосфере, имея возможность наблюдать живых животных в живой природе.
Приведенный пример красноречиво иллюстрирует эволюционный метод реконструкции прошедшего времени, пользуясь которым авторы в местах, где отсутствует фактический материал, легко дорисовывают возникающие «белые пятна» геологической истории, заполняя их в соответствии с теорией эволюции и собственной фантазией (или имеющейся у них машины времени). Известны случаи, когда фанатично верующие в эволюцию исследователи, считали себя вправе заполнять белые пятна эволюционной истории не совсем добротным научным материалом, а то и прямыми подделками. Особенно не повезло в этом плане промежуточным формам между человеком и его обезьяньим предком. Чего стоит, например, известный скандал с «пилтдаунским» черепом: сорок лет (до 1953 года) экспонировалась в Британском музее в качестве связующего звена эта откровенная фальшивка. И это не единственный случай![21] Что бы было, например, с какой-либо гипотезой в области физических наук, если бы ее авторы пытались фальсифицировать фактические данные, доказывающие их теорию? Очевидно, научный мир не воспринял бы это в качестве фальсификации научной теории по К.Попперу, и от авторов и их гипотезы мало бы что осталось в истории науки. Но гипотеза эндогенной эволюции здравствует вот уже второе столетие. Все это указывает на то, что она объективной научной теорией не является, а феномен ее «непотопляемости» объясняется идеологическими причинами.
3.5.2. Фактические данные исторической геологии Земли.
Так что же останется у нас от «общепризнанной» геологической летописи Земли, если на время удалить из нее все, что так или иначе связано с эволюционной интерпретацией? Останутся только голые факты: конкретные геологические разрезы, стратиграфические тела, или как мы их назвали выше, атомарные мгновения геологической истории. Присмотримся еще раз к ним внимательно и без всякого внешнего сценария.[22]
В земной коре, поверх магматических изверженных базальтовых и гранитных пород, залегает осадочный слой (десятки, сотни, а иногда и тысячи метров мощности). Осадочный слой часто представлен в свою очередь более мелкими слоями, разделенными четкими границами. В каждом слое обнаруживаются характерные только для него следы жизни - отпечатки животных и растений, их окаменелости, раковины и пр. К настоящему времени собран громадный материал из таких находок, позволивший подробно описать тысячи видов растений и животных[23], которые в большинстве случаев выглядят как экзотические варианты видов, представленных в современной биосфере. Восстановленные на основании тщательного изучения многочисленных ископаемых фрагментов, виды поддаются систематизации и по аналогии с современными видами объединяются в «древо ископаемой жизни», у которого просматриваются связи с «древом» существующим. В дальнейшем для упрощения изложения мы будем употреблять условные понятия «вид», «животное» или «растение», имея в виду тот вид, животное или растение, останки которых в геологических слоях (по мнению палеонтологов) им соответствуют. В то же время, будем помнить, что вся эта «ископаемая жизнь», в своей сущности, есть только реальность умопостигаемая, а фактически, в материальном плане, это всего лишь «куски песчаника».
Каждый стратиграфический слой представлен своим набором животных и растений - биологическим комплексом, характерным только для него. В соседних слоях отдельные виды могут сохраняться, но состав комплекса меняется. В самых верхних осадочных слоях встречаются виды, близкие или тождественные современным. В нижних слоях состав комплексов все более отличается вплоть до совершенно фантастических видов.[24] Но, в тоже время, это без сомнения земная жизнь, причем как-то внутренне связанная с современной: у всех ископаемых видов (за редким исключением из самых глубоких слоев) есть более или менее прямые «родственники» в современности. Кроме того, просматривается идейное единство в планах построения организмов, в физиологии, в биохимии и в клеточной биологии. Можно сказать, что все организационные идеи, существующие в современной биосфере присутствуют в различных вариантах и сочетаниях и в ископаемых и наоборот.[25] Фактически, налицо онтологическое единство, единство по бытию. Это одна и та же жизнь, но в разных своих вариантах.
Если оценивать по современным систематическим критериям уровень организации видов из разных стратиграфических слоев, то четко просматривается последовательное его снижение в направлении сверху вниз. В нижних слоях, как правило, перестают встречаться животные и растения, принадлежащие к высшим таксономическим группам. Эта тенденция соблюдается до самых низших слоев, в которых, в конце концов, остаются только следы сине-зеленых водорослей. И наоборот, если рассматривать слои в направлении снизу вверх, то в более высоких слоях появляются более сложно организованные виды из высших таксономических групп. Смена биологических комплексов чаще всего происходит довольно резко, подчеркиваемая не только четкой границей между стратиграфическими слоями, но и глубокой перестройкой видового состава самих комплексов.
Таковы фактические данные исследования геологической истории Земли. Остальное – это все интерпретации.
3.5.3. Постановка проблемы
Совместное использование методов относительной геохронологии и методов абсолютной геохронологии (в основном радиоизотопные методы) позволили составить суммарную геохронологическую шкалу, охватывающую отрезок времени в миллиарды лет. Современной наукой с середины XIX века эта шкала интерпретируется как свидетельство эволюции жизни на Земле, начиная от неорганического «ничто» и вплоть до человека. Мы уже разбирали возражения против такой интерпретации. Прежде всего, это абсолютно малая вероятность молекулярного механизма эндогенной эволюции, понимаемой как самопроизвольный процесс повышения сложности. Во-вторых, это отсутствие видообразования сейчас, в том числе при селекции и в лабораторных экспериментах с микроорганизмами. В-третьих, это полное отсутствие переходных форм, причем для теории эволюции эта проблема обострилась еще в большей степени, чем было во времена Дарвина. Попытки Пригожина и Эйгена справиться с «невероятностями», несмотря на полученные за это Нобелевские премии, серьезной поддержкой теории эволюции быть не могут. Модификации теории Дарвина, вплоть до возвращения к идее Ламарка, тоже ничего ни меняет. Космический источник жизни на Земле не решает вопрос о её дальнейшем развитии.[26] Тем не менее, общепринятая, в полном смысле этого слова, точка зрения на происхождение жизни вообще во вселенной и на Земле в частности, заключается в идее эндогенной эволюции материи, которая только за счет внутренних её свойств способна к потенциально бесконечному совершенствованию.
Такая точка зрения не допускает даже малейшего привлечение Божественного участия. Конечно, такая идея полностью противостоит представлениям о творении мира. Деистический взгляд на мир, предполагающий его творение, после которого Творец никоим образом не вмешивается в дела мира, и возникший исторически в борьбе с религией, является, по сути, скрытой формой атеизма.[27] Тем не менее богословские попытки, полностью соглашающиеся с идеей эволюционирующей материи, но с добавлением: «Все это сотворил Бог», предпринимаются до сих пор.
Одной из главных причин появления таких высказываний со стороны богословов,[28] наверное, является проблема интерпретации данных геологии. Мы уже говорили, что геохронологическая шкала охватывает периоды общей протяженностью в миллиарды лет. С другой стороны, от нас до Адама, согласно изложенной в Евангелии родословной Иисуса Христа, около 7500 лет. Если обобщить, то эту проблему можно проиллюстрировать следующим примером из библейской археологии.
Одним из древнейших городов мира считается Иерихон в Палестине. Археологические раскопки там ведут довольно давно, и вскрыты культурные слои до глубины 40 метров. Путем археологического анализа по материальным находкам в слоях был оценен возраст самого древнего поселения на этом месте в 10-12 тыс. лет. С тех пор люди там практически постоянно селились.[29] Если соотнесем библейскую историю с иерихонским археологическим разрезом, то после слоев, соответствующих времени жизни праотца Авраама, времени потопа и допотопных патриархов, можно указать слой, соответствующий времени творения мира – 7500 лет назад. Но и после этого ниже (то есть раньше), культурные слои не прерываются, и продолжаются с несомненными следами человеческого присутствия вплоть до отметки 10-12 тыс. лет.[30] Но это еще не все. Если теперь все это сопоставить с геологическим разрезом этой же местности, то, пользуясь сводной стратиграфической колонкой, можно указать осадочные слои, лежащие на сотни метров глубже от самого раннего 12-тысячелетнего поселения в Иерихоне. И в них можно встретить отпечатки, окаменелости и другие останки животных и растений, т.е. свидетельства о существующей в прошлом жизни! Кроме этого примера можно указать на многие другие, так же демонстрирующие несовпадение библейской истории с археологическими и геологическими данными. Собственного говоря, эта «геологическая» богословская проблема и стала тем плацдармом, с которого атеистический дарвинизм завоевал полное господство в общественном сознании в XIXвеке. Хотя позже выяснилось, что дарвиновская эволюционная интерпретация стратиграфической колонки не имеет обоснования и несостоятельна, но возвращаться к идее творения уже никто не хотел.[31]
Было предпринято много попыток со стороны богословия объяснить несоответствие между геологическими фактами и библейской историей. С одной стороны, подвергались сомнению непосредственные научные данные. С другой стороны, пытались ввести новое толкование Священного писания, в-третьих, пытались найти иное решение.
В первом случае подвергался сомнению сам миллионолетний возраст осадочных слоев. Но несмотря на то, что в некоторых случаях есть достоверные свидетельства о формировании значительных толщ отложений в результате очень быстрого катастрофического явления,[32] такие случаи скорей исключение, чем правило.[33] Четкая приуроченность ископаемых видов организмов к определенным слоям геологической колонки, повсеместное отсутствие их перемешивания и ясно прослеживающаяся тенденция снижения сложности биологической организации этих видов при движении в слоях «сверху вниз», не позволяют интерпретировать осадочные слои как результат Великого Потопа.[34] Тем более что радиоизотопный анализ, несмотря на часто встречающийся разброс во временных оценках, все же, в принципе, подтверждает большой возраст слоев вплоть до миллиардов лет.[35]
Попытки изменить богословский подход к оценке библейской истории были разные, но большинство из них сосредотачиваются вокруг аллегорического толкования Шести Дней творения в смысле длительных периодов, так или иначе соответствующих периодам геологической истории. При таком подходе, конечно, снимаются хронологические противоречия[36], но остается та же проблема интерпретации стратиграфической колонки, которую наука воспринимает как свидетельство эндогенной эволюции. В этом отношении существует целый спектр богословских мнений : от почти полного принятия идеи эволюции материи, т.е. её способности к самоусложнению (фактическое возвращение к воззрениям деизма), и до представлений о так называемой теистической (экзогенной) эволюции.
Теистическая эволюция обычно понимается как прогрессивное развитие живой природы от простейших форм к высшим животным и растениям под влиянием внешней причины – божественной силы. Внешне такой компромиссный подход выглядит привлекательным для обеих сторон. Для науки он решает главные проблемы теории эволюции: божественное повеление справится с любыми «невероятностями»,[37] становится понятным отсутствие промежуточных форм и т.д. Для богословия появляется возможность выхода из длительной изоляции в атеистическом обществе и реабилитации в познавательном процессе и т.д.
Но это только иллюзия. Для богословия такой компромисс ведет к полному разрушению образа благого всемогущего и всеведущего Бога, который может одним повелением «из ничего»(!) в один миг создать все мироздание во всем его совершенстве. «Бог» теистической эволюции больше похож на неудачного ремесленника, который вынужден в течение миллиардов(!) лет методом проб и ошибок «изобретать» нечто, прежде чем он увидит, «что это хорошо». Слои стратиграфической колонки, полные свидетельств неудач такого «творения», говорят о том, что «мир сотворен изначально достаточно жестоким: ведь основным его принципом является … непрестанная борьба за выживание и выживание сильнейшего. Но можно ли признать Творца такого мира благим? Как мы можем повторять вслед за Иоанном Богословом, что Бог есть Любовь, если Он предоставил сотворенному Им миру непрестанно страдать в пресловутой борьбе за жизнь и размножение».[38]
Тем более такая жертва от богословия никому не нужна: наука не нуждается в привлечении никаких «высших сил», и любая попытка сделать это обрекает её быть «ненаучной». Выше мы уже говорили на примере интерпретации сингулярной точки в эволюции вселенной, что малейшие аналогии с божественным творением вызывают отторжение в высшей научной среде и стимулируют поиск альтернативных решений.[39] Такое отторжение не связано с идеологическими причинами или какой-то личной неприязнью ко всему религиозному (хотя и это бывает),[40] а связано с самим характером новоевропейского научного мышления и выкристаллизованной в течение последних столетий материалистической парадигмой. Эта парадигма основывается на убеждении вобъективности вечно движущейся материи, существующей в виде набора элементарных мельчайших частиц - атомов, способных к самоорганизации, - к эволюции, дающей все многообразие окружающего нас мира, включая и разум живых существ. В своё время именно из-за несоответствия этой парадигме был отвергнут механизм эволюции по Ламарку, материалистический по своему духу, но содержащий остатки некоего целеполагания. Теория Дарвина предложила в полном смысле автоматический механизм эволюции, заключающийся в чередовании циклов изменчивости и отбора и не нуждающийся в привлечении никаких внешних сил. Именно поэтому гипотеза быстро и естественно вошла в мировоззренческую картину естествознания и прочно там удерживается, несмотря на выяснившуюся свою полную неработоспособность.
Видимо, понимая отсутствие «примиренческой» перспективы у идеи теистической эволюции, многие богословы пошли еще дальше, некритично принимая теорию эволюции со всеми её противоречиями, и в то же время, легко жертвуя «в миссионерских целях» богословским наследием, изменяя некоторые его положения вплоть до деистических воззрений. Вот пример подобных рассуждений: «… мир и материя изначально были созданы такими, что они способны слушать Творца, способны к некой самоорганизации (выд. нами) и возрастанию…материальная вселенная в первое мгновение своего бытия была наделена огромным количеством потенции… Изначально материя творится такой, что может преложиться в нечто другое».[41] Способность материи к самоорганизации[42] автор пытается обосновать на вырванной из текста цитате из «Шестоднева» Василия Великого: «Земля сама собой должна произвести прозябение, не имея нужды ни в каком постороннем воздействии».[43] Но такая интерпретация слов святителя совершенно не соответствует его мысли. Комментируя этими словами 11 стих 1 главы Бытия «И сказал Бог: да произрастит земля зелень, траву, сеющую семя по роду…» он, конечно, имел в виду под «посторонним воздействием» не воздействие творческой Божественной силы, а действие чего-то со стороны тварного мира. Василий Великий и говорил эти слова как раз в противовес существующему тогда место языческому поклонению солнцу как творцу растений. Это следует из слов святителя, сказанных непосредственно вслед за цитируемыми: «Поелику некоторые думают, что причина произрастающего из земли в солнце, которое притяжением теплоты извлекает на поверхность земли таящуюся в глубине силу, то земля украшается прежде солнца, чтобы заблуждающиеся перестали поклоняться солнцу и признавать, будто оно дает причину жизни». И то, что святитель эту причину видел только в Боге, а не в сотрудничающей с ним материи, говорят его слова, находящиеся в тексте немного раннее, в начале толкования этого стиха Бытия: «Ибо тогдашний глагол и первое оное повеление сделалось как бы естественным некоторым законом[44] и осталось в земле и на последующие времена, сообщая ей силу рождать и приносить плоды».
В принципе, любые попытки соединить в единое учение материалистические представления и божественное творение неизбежно приводят к одушевлению самой материи и наделению её некой творческой активностью. Цитируемый автор не избежал этой ловушки и наделил такой способностью землю и другие стихии. Рассуждая о православном учении о синергии – сотрудничестве Бога и человека в делечеловеческого спасения, - он внезапно стал трактовать это понятие шире: в смысле соработничества Бога и стихий в деле творения. Толкуя Божественные повеления стихиям произвести из себя творение как их диалог, как призыв и отклик, автор делает вывод: «Земля Божиим словом призывается к творчеству, самодеятельности. … Мир, призванный к движению и росту, оказывается соработником Бога».[45]
Святые отцы считали способность к творчеству, способность творить что-то, чего не было раньше, величайшим даром Божиим человеку, носящему Его образ: ««Одному только человеку дано было то, что естественным образом соединено с разумным (началом души) и что открывает разнообразнейшее множество искусств, наук и познаний: земледелие, зодчество и создание (вещей) из ничего, хотя и не из абсолютного небытия, (что свойственно только Богу)».[46] Для святых отцов было немыслимо переносить такое свойство на бездушную материю, они боролись с язычеством, которое такой творческой активностью наделяло солнце, землю и другие стихии. Цитируемый автор, видимо чувствуя близость к язычеству своих воззрений, заранее от него открещивается: «Значит, материя активна, и в её активности нет никакого богоборческого заряда».[47] Конечно, у неодушевленной материи, сотворенной Богом без всяких соработников, не может быть богоборческого заряда, правда, также как и творческого. А вот у богословов иногда встречается и то, и другое. Особенно когда они хотят любой ценой протащить откровенно богоборческую идею эволюции в богословие.
Наука тем более не нуждается в идее соработничества материи и Бога. И не только по тем причинам, о которых мы говорили выше. Еще в эпоху Возрождения были широко распространены убеждения в том, что неживое может «породить» живое. И действительно, из кучи грязного белья в некоторых случаях появлялись мыши и т.д. Но это были ошибки «молодости» науки. Со временем она овладела методическим аппаратом исследований и постепенно изжила из себя такие взгляды, и, заодно отвергнув витализм и гипотезу о биологическом поле, пришла к единственно возможному для материалистической парадигмы выводу, что упорядочивание и сама жизнь в мироздании возникает случайным, нецеленаправленным образом в результате бездушных физико-химическими процессов. Правда оказалось, что законы, по которым эти процессы проходят, запрещают самоупорядочивание. Тогда возникла идея «порядка из хаоса». Но это уже болезнь парадигмальной старости.
Таким образом, проблема возникновения жизни является трудным орешком и для науки, и для богословия. Наука не может преодолеть «невероятности» на пути от неживого к совершенному живому. Богословие не может сопоставить библейскую историю и стратиграфическую колонку. Но для богословия легче, у него все-таки есть надежное основание - Священное Писание, сверхъестественное по своему происхождению и сохраняемое Духом Святым. Это Откровение самого Творца творению и сомнению не подлежит. И поэтому повторим вслед за святителем Филаретом Дроздовым, что даже если в Священном писании будет сказано, что не кит проглотил пророка Иону, а Иона кита, то мы и в это поверим. Поэтому возьмем за основу толкования геологической истории евангельскую родословную Спасителя Иисуса Христа и примем возраст Божьего творения в 7500 лет (по Септуагинте).
С другой стороны, у науки тоже есть свое писание – естественное откровение - сотворенная Богом природа, и она, конечно, не может противоречить своему Творцу. Из этого следует, что согласование двух путей познания творения – одного, идущего сверху, от Творца, другого, идущего снизу, от творения, - рано или поздно будет и эти пути обязательно встретятся.
Но чтобы хоть как-то представить себе образ такой возможной встречи, присмотримся к той материи, о которой мы так много говорили выше. Посмотрим на нее со стороны квантовой механики, сравнительно нового раздела физики, своим появлением потрясшей всю мировоззренческую основу науки.
[1] Еськов К.Ю. Удивительная палеонтология. – М., ЭНАС, 2008. С.19.
[2] Бондарев В.П. Геология. – М., 2004. С.34.
[3] Общая геология. Под ред. Соколовского А. К. Том 1. – М., 2006. С.355, 375.
[4] Короновский Н. В., Хаин В. Е., Ясаманов Н. А.Историческая геология. – М., Академия, 2008. С.17.
[5] Короновский Н. В., Хаин В. Е., Ясаманов Н. А. Историческая геология. – М., Академия, 2008. С.17.
[6] Заметим, что здесь налицо порочный круг в логике доказательства: эволюция как факт используется для интерпретации геологических данных, которые после эволюционной интерпретации, в свою очередь, преподносятся уже как доказательства эволюции. Из этого следует, что в результатах, которые нам преподносятся как фактические геологические данные, уже скрыто содержится факт эволюционного процесса (по Дарвину). Получается, если перефразировать Канта, что факты это не то, что они есть на самом деле, но то, что мы о них думаем.
[7] Короновский Н. В., Хаин В. Е., Ясаманов Н. А.Историческая геология. – М., Академия, 2008. С.22.
[8] Чтобы проиллюстрировать влияние интерпретации на результат геологических исследований, можно использовать для такой корреляции не теорию Дарвина, а хотя бы близкую к ней теорию Ламарка, которая как раз и допускает параллельное и повторное возникновение вида. В этом случае, результирующая стратиграфическая колонка может получиться сильно отличающейся.
[9] Короновский Н. В., Хаин В. Е., Ясаманов Н. А. Историческая геология. – М., Академия, 2008. С.40.
[10] Общая геология. Под ред. Соколовского А. К. Том 1. – М., 2006. С.102.
[11] Короновский Н. В., Хаин В. Е., Ясаманов Н. А. Историческая геология. – М., Академия, 2008. С.20.
[12] Мейен С.Е. Введение в стратиграфию. – М., Наука, 1989. С.24.
Романовский С.И. Физическая седиментология. – Л., Недра, 1988. С.23.
[13] Лаломов А.В. Еще раз о скоростях геологических процессов на примере месторождений полезных ископаемых. В сб.: Православное осмысление творения мира. – М., 2006. С.220.
[14] Короновский Н. В., Хаин В. Е., Ясаманов Н. А.Историческая геология. – М., Академия, 2008.
[15] Короновский Н. В., Хаин В. Е., Ясаманов Н. А.Историческая геология. – М., Академия, 2008. С.297.
[16] Там же: С.320.
[17] Там же: С.348.
[18] Еськов К.Ю. Удивительная палеонтология. – М., ЭНАС, 2008, С.182, 204.
[19] Еськов К.Ю. Удивительная палеонтология. – М., ЭНАС, 2008. С.194.
[20] Там же: С.44.
[21] См., например, обзор по этой проблеме: С.Вертьянов. Происхождение жизни. - Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 2003. С.13 –29.
[22] Принзнаемся честно, что такой сценарий мы все равно в уме держим, - сценарий Божия творения. Но постараемся быть объективными.
[23] «После более чем 120 лет широчайших и усердных геологических исследований каждого континента и океанического дна…были открыты формации, содержащие сотни миллиардов окаменелостей, в музеях хранится более 100 млн. окаменелостей 250 000 различных видов». Цит. по С.Вертьянов.Происхождение жизни. - Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 2003. С.56.
[24] См. напр. «Парк Юрского Периода».
[25] Мы уже упоминали выше о практическом единстве генетического кода во всей ископаемой и ныне существующей жизни
[26] См. обзор современного состояния дарвинизма, и всех недарвиновских и космических гипотез: В.И.Назаров. Эволюция не по Дарвину. – М., 2007.
[27] К.Маркс: «Деизм – по крайней мере, для материалиста – есть не более, как удобный и легкий способ отделаться от религии». Краткий словарь по философии. М.,1970. С.65.
[28] Если не считать постоянное идеологическое давление на богословскую среду, выражающуюся в тотальном господстве научной точки зрения при формировании мировоззренческих положений в глобальном сообществе.
[29] Протоиерей Ростислав Снигирев. Библейская археология: Учебное пособие для духовных школ. – М., 2007. С.152-153
[30] Вот мнение из учебника по библейской археологии, одобренного МДА: «Проблемным местом всех этих датировок для библейской археологии является то, что даваемые ими даты никак не вписываются в библейскую хронологию периода Праотцев. Так как для разрешения этого вопроса на сей день существует лишь гипотеза о том, что библейские персонажи той эпохи – только важнейшие представители целых периодов в истории человечества тех времен, то ограничимся некомментируемыми общепринятыми датами». Там же, С.16.
[31] Напомним приводимое выше высказывание великого ученого–биолога Д. Уотсона: «Теория Дарвина принимается не потому, что ее можно наблюдать или доказать с помощью логически непротиворечивых данных, а потому, что ее единственная альтернатива (творение) является очевидно неправдоподобной!». Протоиерей Георгий Нейфах. Гармония человеческого разума. – М., 2005. С.272
[32] Лаломов А. В. Конгломераты Крыма - свидетельство глобальной водной катастрофы. В сб.: Православное осмысление творения мира. - М., 2007. С.270.
[33] Лаломов А.В. Проблемные вопросы научного креационизма. В сб.: Православное осмысление творения мира.- М., 2008. С.186.
[34] Протоиерей Георгий Нейфах. Гармония человеческого разума. – М., 2005. С.338.
[35] Общая геология. Под ред. Соколовского А. К. Том 1. – М., 2006. С.102
[36] Но какой ценой! В принципе, пользуясь аллегорическим толкованием Священного Писания можно «согласовать» его с любой, самой немыслимой теорией.
[37] Но не понятно, почему бог теистической эволюции не мог сразу собрать эти молекулы в организмы высших животных и растений? Зачем промежуточные формы? Видимо такой бог не очень всемогущий.
[38] Н.И. Никонов. Тайна шестого дня. Дни творения или миллионы лет? – СПб., Ладан, 2008. С. 67.
[39] С. Хокинг. Краткая история времени. – СПб., Амфора, 2007. С.65. 142.
[40] Гинзбург и др.
[41] Андрей Кураев. Человек приходит в мир. В сб.: Той повеле, и создашася. Современные ученые о сотворении мира. Клин. Фонд «Христианская жизнь». 1999. С.68.
[42] То, что автор не оговорился и представление о способности материи к самоорганизации является его убеждением, говорит цитата из другой его работы этого же сборника: «Впрочем, не означает ли отсутствие слова «бара» при переходе из неорганического мира к растительному, что эта грань может быть преодолена самой природой?» Диакон Андрей Кураев. Может ли православный быть эволюционистом? В сб.: Той повеле, и создашася. Современные ученые о сотворении мира. Клин. Фонд «Христианская жизнь». 1999. С. 107.
[43] Св. Василий Великий. Беседы на Шестоднев. - М., 2001. С.142.
[44] Комментирую выше концепцию rationales seminales– семенных причин Блаженного Августина, мы говорили, что она тоже ведет к понятию «естественного закона». Семенные причины он видел в качестве отпечатков в тварях идей и мыслей, задуманных Богом, самих по себе внутренне не присущих тем вещам, что сотворены по их образцу. В этой связи мы говорили, что комментаторы учения святого категорически отвергают возможность толкования этого положения шире, предполагая у тварей возможность саморазвития или эволюции, т.к. семенные причины позволяют раскрываться только тому, что в них «запрограммировано», они представляют скорей всего принцип стабильности, а не перемен. А.Нестерук. Логос и космос. - М., 2006. С.34.
[45] Диакон Андрей Кураев. Может ли православный быть эволюционистом? В сб.: Той повеле, и создашася. Современные ученые о сотворении мира. Клин. Фонд «Христианская жизнь». 1999. С. 85.
[46] Св. Григорий Палама. Сто пятьдесят глав. – Краснодар. Текст, 2006. С.121.
[47] Диакон Андрей Кураев. Цит. соч. С.107.
