ВО ВРЕМЯ моей службы на спасательном судне был у нас один очень уникальный офицер, о котором я хочу здесь вам рассказать. Но я просто обязан сохранить его имя в тайне в силу тех причин, о которых буду писать ниже. Для удобства восприятия пусть он будет для нас просто Вася.
Какой-то очень нестандартный был этот наш Вася. Вот смотрите: на нашем судне у каждого персональная каюта, все удобства, телефоны, короче, жить можно. Бывало, вернусь я с города утром или вечером - в сумке обычно бутылка вина, батон колбасы и прочие городские вкусности. Если прихожу вечером - сразу звоню Васе, поднимайся ко мне наверх, посидим спокойно и культурно.
Приходит. Открываю бутылку. Вася всегда сразу в глухой отказ - не предлагай даже, пить не буду. "Ну хоть понюхай это вино!" "Не буду!" И всё, ни в какую, не уговорить никак! А вот колбасу давай, это он с превеликим удовольствием.
Я уже привык к этой его странности, поэтому не удивлялся. Вино приходилось пить мне одному. Но как-то вдруг взял и спросил:
- Говорили, раньше ты был не прочь в ресторанах крепко пошуметь. Бывало, и столы переворачивал в угаре, не так ли? Как же ты смог побороть свою дурную привычку и стал великим трезвенником? Когда к тебе пришла святость?
За добрым угощением Вася тоже становился добрее. И тут, наевшись колбасы, он начал рассказывать. Обычно немногословный, здесь его как прорвало. И вот что он рассказал... Подробно я опишу всё это своими словами.
... В 1979 году находился он в командировке в республике Вьетнам в составе экипажа спасательного буксира ВМФ СБ-43. Выпить наш лейтенант Вася тогда очень любил, вот это ключевой момент. Был не в меру простой, как лопата. Общительный, неразборчивый в друзьях, Вася там обзавелся дружескими связями с местными ребятками, большей частью эти связи были сомнительные. Это были не только вьетнамские коллеги по работе и службе, но и завсегдатаи местных увеселительных заведений. А там народ всякий бывает, ну точно не первый сорт.
Один из этих местных ребят проявлял к Васе (а скорее, к Васиной службе) неподдельный повышенный интерес, и временами он был просто чрезмерно назойлив. Его полное имя Вася не знал, запомнил только его погоняло, что он называл себя "Фама". Этот Фама, как считал Вася, очень уж смахивал на китайца, а китайцев от вьетнамцев он научился отличать на раз. По линии этнической части Вася себя экспертом считал.
Встречались они обычно в одной из портовых забегаловок Вунгтау, именно в этом пригороде Хошимина (бывший Сайгон) базировался наш СБ-43. Хорошо зная Васину слабость к выпивке, Фама всегда заказывал пальмовое вино, дешёвое и забористое. Он щедро поил этим продуктом своего "лучшего русского друга". И под это дело хитрый китаец вёл задушевные разговоры с упором на служебные Васины дела и обязанности. Добрый Фама не жалел вина для своего друга, а Вася любил не только вино, но и халяву.
Тогда по неопытности наш герой не мог понимать, что же конкретно нужно от него назойливому китайцу. Вася думал, что просто клёвый кент этот сайгонский парняга Фама. И что Фама хочет демонстрировать ему этакий образец крутого южновьетнамского гостеприимства. Это уже потом, после всех событий, изрядно поумневши и анализируя задаваемые ему Фамой вопросы, Вася заехал в другую крайность: он твердо и уверенно предположил, что этот Фама имеет прямое отношение к недобитому южно-вьетнамскому подполью.
Да, именно так он и говорил мне, что Фама по-азиатски коварен, что все нити ведут к самому Нгуен Ван Тхиеу или того хуже, к генералу Нгуен Кхань. От них, говорил, вся цепочка вниз шла, а Фама просто рядовой исполнитель. А может, вот такой вариант, его прежняя версия - это работа разведслужб КНР, что более актуально в той тогдашней обстановке. Но это были только его предположения, а истина, понятное дело, была где-то посередине.
Этот Фама мягко и настойчиво делал свою работу. А потом, видимо, просёк, что советский морской лейтенант Вася не был каким-то эксклюзивным носителем особых военных секретов. И профессиональный интерес Фамы к Васе угас. Всё, неинтересным стал русский военный моряк, любитель выпить на халяву. Пора хвосты обрубать. Избавился хитрый китаец от своего ставшего бесполезным русского друга на удивление просто: после очередного ихнего застолья в забегаловке Вася вдруг почувствовал, что ноги не слушаются его. Думал, как всегда, от выпитого пальмового вина, но нет, это было что-то другое и ужасное!
По некоторым дополнительным признакам он ощутил, что полностью отказала вообще вся нижняя часть его тела. Услужливый Фама зафиксировал результат своего "гостеприимства" и тут же незаметно и профессионально слинял. А Вася, пьяный и совершенно разбитый, остался один на один в забегаловке со своим экзотическим недугом в столь же экзотической стране.
Я опущу несущественные бытовые рутинные подробности, кто и как забрал нашего пострадавшего из той забегаловки, но важный момент обозначу: на этом Васин повышенный интерес к пальмовому вину и вообще к выпивке раз и навсегда завершился. Наш герой оказался в госпитале Чо Рай (Cho Ray) в Хошимине, что на улице Нгуен Чи Тхань. Это очень надолго, лежал он в этой знаменитой больнице более чем полгода. И всё это время его пытались поднять на ноги. И надо сказать, успеха вьетнамские медики добились. Результат лечения получился более чем отличным.
В процессе лечения эта детективная история плавно перетекла в другую, приятную историю личных отношений.
В госпитале к Васе проявила интерес одна медсестра, ее точное имя Фам Тьи Кук, я фиксирую это вьетнамское имя с энциклопедической точностью. Отношения двоих молодых людей день ото дня не только укреплялись, но и углублялись. Причем углублялись во всех смыслах. Это "безобразие" не могло пройти незамеченным мимо военного-политического руководства советской военной базы.
А когда наш простодушный Вася громко и всерьез заговорил о будущей интернациональной свадьбе, это уже было воспринято как явный перегиб. Помнится, только у Маркса и Ленина призывы к соединению пролетариев всех стран в единое целое исправно работали. А наш политотдел думает иначе, что интернационализм - он такой хороший только в пустых призывах для дураков, и ещё на бумаге. А ты, воин, будь бдителен, потому что великий пролетарский интернационализм и любая связь с иностранцами - это совсем разные вещи.
Короче, их политическое терпение там наверху лопнуло. Было принято решение пресечь "вредные и опасные" контакты нашего Дон-Жуана очень просто: отправить любвеобильного лейтенанта в Союз с первой оказией, что и было сделано. Короче, наш лейтенант Вася получил пенделя под зад. После этого заграница для него была закрыта раз и навсегда на всю его оставшуюся жизнь.
Я слушал Васю со странным чувством. Его история чертовски напоминала мне мою ЛИЧНУЮ вьетнамскую драму. Мне временами казалось, что Вася пытается через чрезмерную демонстрацию своих подробностей вывести меня на откровенность. Я понимал, что он не мог знать мою тщательно скрываемую вьетнамскую историю, в некоторых чертах похожую.
Это я о том, что со мной случилось там же, во Вьетнаме. Примерно в то же время, но в другом пункте базирования. Те, кому положено об этом знать, уже достаточно и сполна переполоскали мои мозги и поменяли мою судьбу. Но как известно, "пуганая ворона куста боится". А вдруг у Васи особое задание, и наши спецслужбы хотят через него узнать обо мне то, чего ещё не знали?
Дикая мысль, я не верил в совпадения. Только молча слушал и кивал головой.
Конечно же, нет... В конце Васиного рассказа я отбросил эту мысль. Вася был прост, и он не потянул бы столь замысловатую оперативную игру.
Какое же продолжение у этой истории? Закончилась она очень неожиданно. Поехал он в отпуск в свой родной город, и там вышел на вьетнамцев, которые работали на местной швейной фабрике. Одна у него пламенная страсть, связаться с их помощью со своей девушкой-вьетнамкой Фам Тьи Кук (его письма не доходили к ней, и мы понимаем, почему). В местном фабричном общежитии он познакомился с другой девушкой, Нгуен Тхи Кимчи (имя подлинное). И как бывает в таких случаях, старая любовь начала ржаветь, а новая любовь начала расцветать.
Об этом Вася радостно поведал мне, когда вернулся из отпуска. И сказал, что в следующем отпуске будет свадьба в Питере.
Я был искренне рад, что ему больше не придется колотиться головой в железный занавес, и что в нашей стране он нашел качественную замену своей азиатской мечте. Но наши пути неожиданно разошлись. Я получил назначение в часть центрального подчинения и навсегда покинул Камчатку. Дальнейшая судьба нашего героя Васи неизвестна.
Дорогой читатель, если вам интересно - подпишитесь, чтобы получать уведомление о следующих выпусках. И пожалуйста, поддержите, поставьте лайк. Вам будет нетрудно, а мне приятно.