Найти в Дзене

Эрмитаж: Дверь в 1917-й

Петербургский ноябрь сжимал город в ледяные объятия, превращая туман над Невой в молочную пелену. Алина Сорокина, поправляя шерстяной шарф, в последний раз провела кистью по трещине на колене каменного атланта. Статуя, державшая небо на плечах у входа в Эрмитаж, казалась сегодня особенно беспокойной — гипсовая замазка снова осыпалась, будто исполин сопротивлялся лечению.  — Хватит на сегодня, — пробормотала она, собирая инструменты, когда из трещины выпал медный ключ. На потёртой поверхности угадывалась гравировка: «НЭ. 1917».  — Интересная находка.  Алина вздрогнула. За её спиной стоял Дмитрий Волков, ночной охранник. Его зелёные глаза светились в темноте, как у кошки.  — Сувенир из сувенирной лавки, — соврала она, пряча ключ в карман.  — Лавки закрылись три часа назад, — он шагнул ближе, и фонарь выхватил из темноты его руку с шрамом в виде двуглавого орла. — Будьте осторожны. Камни здесь… помнят слишком многое.  *** На следующее утро, пока туман ещё цеплялся за шпили, Алина спустил

Шёпот Атлантов

Петербургский ноябрь сжимал город в ледяные объятия, превращая туман над Невой в молочную пелену. Алина Сорокина, поправляя шерстяной шарф, в последний раз провела кистью по трещине на колене каменного атланта. Статуя, державшая небо на плечах у входа в Эрмитаж, казалась сегодня особенно беспокойной — гипсовая замазка снова осыпалась, будто исполин сопротивлялся лечению. 

— Хватит на сегодня, — пробормотала она, собирая инструменты, когда из трещины выпал медный ключ. На потёртой поверхности угадывалась гравировка: «НЭ. 1917». 

— Интересная находка. 

Алина вздрогнула. За её спиной стоял Дмитрий Волков, ночной охранник. Его зелёные глаза светились в темноте, как у кошки. 

— Сувенир из сувенирной лавки, — соврала она, пряча ключ в карман. 

— Лавки закрылись три часа назад, — он шагнул ближе, и фонарь выхватил из темноты его руку с шрамом в виде двуглавого орла. — Будьте осторожны. Камни здесь… помнят слишком многое. 

***

На следующее утро, пока туман ещё цеплялся за шпили, Алина спустилась в подземный архив. Среди папок с инвентарными списками её пальцы наткнулись на кожаную тетрадь. «В.Петров. 1849» — потрескавшиеся буквы на обложке дышали тайной. 

«20 октября. Господин Кленце в ярости — лицо левого атланта упорно становится похожим на покойного императора. Приказал переделать, но долото ломается, будто режем железо…»

«5 ноября. Ночью слышал голоса. Один исполин сказал: „Они вернутся, когда последний Романов коснётся ключа“. Утром нашли подмастерья мёртвым. На груди — ожог в виде орла…»

На последней странице дрожали координаты: *59°56'26"N 30°18'49"E*. Сердце Алины учащённо забилось — это был центр Рыцарского зала. 

***

Зал дышал холодом. Доспехи крестоносцев поблёскивали в свете её фонарика, когда Алина приложила ключ к незаметной щели в стене. Скрежет железа, и каменная плита отъехала, открыв проход в комнату, где время потеряло смысл. 

каменная плита отъехала, открыв проход в комнату, где время потеряло смысл
каменная плита отъехала, открыв проход в комнату, где время потеряло смысл

На стене висел портрет Николая II, написанный в стиле Пикассо — абстрактные линии складывались в лицо только при взгляде искоса. В центре качался маятник, но вместо шара на цепи висел синий кристалл, пульсирующий как живой. 

— Вы не должны были это найти. 

Дмитрий стоял в дверях, его пальцы сжимали старый револьвер. 

— В 1991-м я нашёл дневник прадеда, — его голос дрожал. — Он служил в охране Романовых. Здесь, — он ткнул стволом в кристалл, — их последняя надежда. 

Кристалл вспыхнул, и комната наполнилась тенями. 

***

1917 год. Екатеринбург. Николай II вручает ключ офицеру с лицом Дмитрия. «Спрячь в атланте. Они спасут нас». 

1991 год. Эрмитаж. Молодой Дмитрий входит в портал и выходит седым. На руке — шрам-орёл. 

2024 год. Алина поднимает ключ у ног исполина. 

— Это петля, — прошептал Дмитрий. — Каждый раз, пытаясь их спасти, я теряю годы. Но теперь вы здесь… 

Он схватил её руку, и кристалл взорвался светом. 

***

-2

Они стояли в Зимнем дворце, но не своём. Хрустальные люстры бросали блики на мундиры гостей, кружащихся под вальс. Николай II вёл Александру Фёдоровну через зал, цесаревич Алексей смеялся, ловя конфетти. 

— Мы можем их предупредить! — Дмитрий рванулся вперёд, но Алина увидела механизм за портьерой — шестерни из голубого кварца, соединённые с кристаллом. Надпись: «Хроносфера. Жизнь за время».

— Нет! — она схватила его за руку. — Это питается их кровью. Николай знал… 

Император обернулся. Его глаза встретились с глазами Алины . 

— Спасибо, — тихо сказал он, и дворец рассыпался на миллионы искр. 

***

Алина очнулась на холодном полу Рыцарского зала. В руке сжимала фотографию 1913 года: она танцует с Николаем II, а Дмитрий в форме жандарма стоит у двери. 

она танцует с Николаем II, а Дмитрий в форме жандарма стоит у двери.
она танцует с Николаем II, а Дмитрий в форме жандарма стоит у двери.

В архиве лежала записка: «12.11.1991. Охранник Д. Волков уволен за кражу ключа НЭ-1917». На фото из личного дела Дмитрий выглядел на семьдесят, хотя в 1991-м ему было двадцать. 

Ночью Алина вернулась к атлантам. Трещина на колене статуи зажила, оставив гладкий след. Но когда она прикоснулась к камню, под пальцами возникли новые буквы: 

«Следующий страж — А.Сорокина. 2024–2124». 

Туман над Невой сгустился, приняв очертания женской фигуры в старинном платье. Анастасия махнула рукой, растворяясь в дымке, а сфинксы на Университетской набережной впервые за век приоткрыли глаза. 

***

#Фантастика #Проза #Пассказы #ТениЭрмитажа #ХранительВремени #КодексРомановых  

Подписывайтесь — следующая история: «Почему молчат сфинксы?»