Вечерний воздух пах розмарином и морской солью. Слышны были цикады. Алексей нёс её пляжную сумку, ненавязчиво и по-джентльменски. С ним так легко, подумала она с грустью. За эти дни он стал ей почти другом — выслушивал, подбадривал вне роли. Ей будет не хватать его мягкого юмора.
Около лифта в отеле Алексей неожиданно спросил:
— Ты готова к тому, что будет дома?
Она вздрогнула:
— Не знаю.
— Тебе же будет больно видеть его реакцию, — мягко произнёс он.
Наталья хмыкнула:
— Надеюсь, ему будет больнее.
— Месть — штука с двойным концом, — покачал головой Алексей. — Может, лучше просто уйти?
Она резко взглянула на него:
— Я не просила советов.
Он поднял руки:
— Прости, вырвалось. Я за тебя переживаю.
Наталья хотела ответить резкостью, но передумала. Всё же он был добр с ней, хоть и по договору.
— Спасибо, Лёша. Но я сама разберусь, — она постаралась улыбнуться.
Лифт отвёз их на нужный этаж. Они привычно пошли в её номер — Алексей уже три ночи подряд оставался с ней, чтобы засветиться перед камерами отеля и, если нужно, сыграть страсть на балконе с видом на бассейн. Наверняка кто-то из персонала доносил сплетни и фотографии отдыхающих випов. Наталья сама ненавязчиво «засветила» перед ними, как Алексей обнимал её.
В номере она прикрыла за ними дверь. Алексей нерешительно застыл посреди комнаты:
— Ну вот... Завтра утром я уезжаю первым рейсом, как договаривались.
— Да, — коротко сказала она, — всё прошло гладко, спасибо тебе.
Она подошла к чемодану, проверяя, всё ли уложено.
Алексей помялся:
— Может, отметим завершение операции? Шампанского закажем?
Наталья выпрямилась и устало потерла шею:
— Прости... не хочется. Лучше выспаться.
Он кивнул, наступило неловкое молчание. Он ждал чего-то, не уходил. Наталья подняла глаза:
— Что такое?
Алексей смотрел на неё с странным выражением, почти нежным:
— Наташа... а что если…
Он осёкся.
— Что? — спросила она чуть более мягко, чувствуя его волнение.
Он глубоко вдохнул:
— Что, если не всё было игрой?
Наталья не сразу поняла:
— В смысле?
Алексей сделал шаг ближе:
— Эти дни... они много значили для меня. Я знаю, ты наняла меня. Но я чувствую к тебе настоящее... влечение. — Он подбирал слова, видно, нервничал. — Может, дай нам шанс и после возвращения? Не как актёру и клиентке, а как… мужчине и женщине.
Наталья от изумления потеряла дар речи. Этого ещё не хватало. В голове мелькнуло: а вдруг он тоже играет сцену сейчас? Но зачем? Нет, похоже на правду — щёки порозовели, глаза блестят искренне.
— Лёша... прекрати, — она прикрыла глаза рукой. — У нас контракт. Ничего лишнего.
Он осторожно взял её за запястье, отводя руку от лица:
— Контракт заканчивается. А мы — живые люди. Мы хорошо ладим. Мне кажется, из нас могла бы получиться пара.
Его лицо приблизилось. Наталья почувствовала его тёплое дыхание. Сердце неожиданно стукнуло. Я сошла с ума?
Она отпрянула, освобождая руку:
— Нет. Извини. Я... я благодарна тебе, но нет.
Он опустил голову, слабо улыбнувшись:
— Понимаю. Прости.
Весь его вид выражал разочарование. Наталье стало жаль его. Но она не собиралась усложнять всё ещё и реальным романом. У неё пока одна цель — поставить мужа на место. А дальше о любви думать рано, сердце залито обидой.
— Давай просто закончим на хорошем, — примирительно сказала она. — Ты получил свои деньги, я — свой результат. А чувства... чувства тут лишние.
— Конечно, — он выдавил. — Тогда... спокойной ночи.
Алексей быстро развернулся и вышел из номера, притворив дверь.
Наталья выдохнула. Вот так финал... Ей и в голову не приходило, что нанятый любовник сам втюрится. Может, разыгрывает? Нет, скорее правда — на солнце ударило или польстился на её статус. Жаль, парень хороший. Но сейчас ей не до этого.
Она легла в постель и закрыла глаза. Завтра она вернётся в Москву и встретится с Сергеем. Интересно, он уже знает? Возможно, ещё нет. Но даже если слышал звон, скорее не поверил бы. Тогда ей придётся преподнести сюрприз.
Самолёт коснулся шасси полосы в Шереметьево, Наталья почувствовала толчок — словно возвращение в реальность. Сердце забилось чаще. Игра началась.
Она собрала вещи и вышла через телетрап. В зоне контроля её ждал водитель мужа. Обычно Сергей сам не утруждался встречать, но присылал машину.
Шофёр галантно поклонился:
— Здравствуйте, Наталья Петровна. Как долетели?
— Спасибо, хорошо, — отозвалась она с дежурной улыбкой.
Пока катили тележку с чемоданом к выходу, она исподволь пыталась понять, знает ли водитель что-то (обычно шофёры всё слышат). Его лицо, правда, ничего не выражало. Наверное, ещё нет новостей для него.
«Мерседес» мягко тронулся, вливаясь в поток машин. Пока они ехали, Наталья проверила телефон — его она держала отключённым всю неделю (для мужа она якобы «на ретрите» отдыхала от телефонов). Теперь включила — посыпались сообщения, в том числе от коллег, удивлённые: «Ната, что там пишут? Это правда?!», «Позвони срочно». Она не стала отвечать. Главное — ни одного от Сергея. Наверняка кипит, но напрямую не пишет.
Через час машина подъехала к их загородному дому. Роскошный двухэтажный особняк с колоннами, предмет её прежней гордости и нынешней ненависти — ведь в этих стенах муж обманывал её.
Наталья глубоко вдохнула и вошла. В холле на ступенях стоял Сергей. Вид у него был хмурый. Он не бросился целовать жену, как могло бы быть после разлуки. Лишь холодно произнёс:
— Вернулась?
Она кивнула, отдавая пальто горничной:
— Как видишь.
Он медленно спустился по мраморной лестнице. Красивое породистое лицо, чуть тронутые сединой виски, модный casual-костюм. Когда-то у неё замирало сердце от одного его вида. Теперь же оно оттаяло разве что немного при виде того, как непривычно взволнован муж.
— Отдохнула? — спросил он с ледяной ноткой.
— Да, отлично, — отрезала она. Больше они ничего не сказали друг другу. Он отвернулся и пошёл в свой кабинет, хлопнув дверью.
Наталья поднялась наверх, чувствуя колотящееся сердце. Похоже, он всё знает, судя по встрече. Но молчит пока — выжидает или переваривает.
Она решила ему не навязываться. Всё равно разговор придётся вести, но пусть сперва сам начнёт.
Наталья распаковала чемодан, приняла душ, переоделась в домашнее. Попыталась почитать ленту новостей. Конечно же, в топе висела статья: «Известная телеведущая нежится на Кипре с молодым любовником. Муж в неведении?» Выложены фотографии: она и Алексей обнимаются у бассейна, держатся за руки в ресторане, целуются на пляже на фоне заката. Хорошо сработано, оценила она. В тексте — пересуды, упоминание её брака с предпринимателем Сергеем В., комментарии анонимных источников, мол, у мужа роман на стороне, вот и жена отомстила.
Боже, как же противно всё это читать, но это была её инициатива. Ради цели.
За дверью послышались шаги. Наталья отложила планшет. Да, Сергей не выдержал долго. Раздался стук, и, не дожидаясь ответа, он вошёл в спальню.
— Что это такое? — без предисловий бросил он, срывающимся голосом.
Наталья посмотрела на него спокойно:
— О чём ты?
Он держал в руке распечатанные листы — вероятно, ту самую статью с фотографиями. Лицо перекошено гневом, но под гневом читается и боль.
— Не прикидывайся, — прошипел он. — Ты позоришь меня на всю страну!
Наталья медленно поднялась.
— Я позорю? А ты, значит, не позорил, тайком изменяя?
Сергей захлопал глазами:
— Что? Какие ещё выдумки?
Она усмехнулась:
— Всё ведь уже известно, милый. Думаешь, я не видела твоей переписки с Вероникой? Не знала про ваши поездки?
Он побледнел чуть, но всё ещё держался:
— Ах вот как... Значит, это назло? Специально, да?
— Ну хоть в этом ты догадлив, — отрезала она. — Да, Сергей. Ты изменял, и я не собиралась быть жертвой. Я тоже нашла себе человека.
Он ошалело покачал головой, словно не веря:
— Какая же ты... Вот стерва...
— Называй как хочешь, — пожала плечами Наталья, хотя слово резануло ей сердце. — Ты думал, я буду плакать в подушку, пока ты с девицами молодыми развлекаешься? Нет. Я тоже хочу счастья.
— Счастья?! — выкрикнул он, размахивая бумажкой. — Так ты называешь срам на публике? Я за тебя журналистам должен отвечать?!
— Я же отвечала за тебя, когда обо мне шептались, что муж спит неизвестно с кем, — парировала она.
Сергей застыл, прищурив глаза:
— Кто он? Этот... самец, с которым ты шлялась?
Наталья усмехнулась:
— Ревнуешь? Приятно?
Лицо мужа дёрнулось. Он сжал кулаки:
— Отвечай, чёрт возьми!
— Ты его не знаешь, — хладнокровно сказала она. — И не важно. Главное — мне было хорошо.
Сергей побагровел:
— Значит, было хорошо? Ну ты и... — он шагнул к ней, в глазах опасные огоньки. — Сколько это длилось?
— Недолго, — сказала она, не двигаясь, хоть было страшновато.
Он схватил её за плечи, сильно сжав — будет синяк, наверное:
— Ты спала с ним?!
Наталье хотелось крикнуть, что не его дело, но роль требовала подтвердить:
— Да. И не раз.
Его пальцы больно впились, она невольно скривилась, но продолжала:
— Зато я наконец почувствовала себя желанной женщиной, а не мебелью!
Сергей оттолкнул её так, что она ударилась о спинку кровати и села прямо на постель. Он заходил по комнате, как разъярённый тигр.
— Сука... — бросил он, выплёвывая. — Значит, пока я работал, деньги зарабатывал, она по курортам с мальчиками!
— Ага, деньги... — фыркнула Наталья, потирая ушибленное плечо. — И не говори мне про работу. Знаю, чем ты занимался в своё «рабочее время»!
— Замолчи! — рявкнул он, останавливаясь напротив. — Ты мне отвратительна.
Наталья подняла голову и ледяным тоном произнесла:
— Взаимно.
Несколько секунд они сверлили друг друга взглядами, тяжело дыша. Затем Сергей бросил распечатки ей под ноги:
— Развод. Завтра же подаю на развод.
Внутри Натальи всё похолодело. Да, она представляла, что так может быть. Но думала, он попытается бороться за неё. А он сразу развод...
На глаза невольно навернулись слёзы — злые и обидные. Она опустила голову, чтобы он не видел:
— Хорошо. Давай развод.
— Отлично, — бросил он через силу. Было видно: решение даётся ему непросто. — Я требую, чтобы ты убралась из моего дома немедленно.
Она гордо встала:
— Сам убирайся. Дом на моё имя, не забыл?
Это был поистине удар: Сергей дёрнулся как от пощёчины. Дом действительно формально принадлежал ей — подарок мужа на годовщину, с хитрыми целями ухода от налогов. Но юридически — её собственность.
Он побелел:
— Не смей. Я построил этот дом!
— А я в нём хозяйка, — отрезала она. — И после развода останусь здесь жить. А ты... переезжай к любовнице, раз она тебе дорога.
Сергей смотрел на жену, словно впервые. Столько холодной ярости, но и растерянности в его глазах она не видела никогда. Он словно осознал, что теряет контроль над ситуацией.
— Ты об этом пожалеешь, — выговорил он, дыша тяжело. — Я тебя сотру в порошок.
Наталья криво усмехнулась, хотя сердце ёкнуло:
— Попробуй.
Он развернулся и вылетел из комнаты, громко хлопнув дверью так, что со стены чуть не упала картина.
Оставшись одна, Наталья села обратно на кровать и закрыла лицо руками. Она вся дрожала. Вот и всё... Муж ушёл в ярости, грозится уничтожить. Она добилась своего? Ему было больно, да. Но ей тоже.
Слёзы бежали по щекам. Она пыталась унять их, повторяя: так надо, так справедливо. Но на смену торжеству почему-то пришла горечь. Неужели она всё разрушила? Но разве было что спасать?
Несколько часов они провели порознь. Наталья не выходила из спальни, Сергей сидел у себя. Вечером пришёл её черёд не выдержать: она решила проверить, жив ли он там.
Спустившись вниз, она постучалась в его кабинет. Тишина. Тогда приоткрыла дверь. Сергей сидел за столом, перед ним — откупоренная бутылка виски и наполовину пустой стакан. Он поднял глаза, красные. Видно, выпил немало.
— Чего тебе? — спросил сипло.
Она набралась смелости, прошла внутрь:
— Нам надо обсудить детали мирно. Чтобы без войны потом.
Он хмыкнул:
— Мирно уже не выйдет, дорогая.
— Сергей... — она подошла ближе. От него пахло алкоголем. — Давай хотя бы без скандала. Поживём отдельно какое-то время, может, остынем...
Ей и самой неожиданно не хотелось уже рубить с плеча. Несмотря на всё, десять лет брака не шутка. Эмоции схлынут — что тогда? Нужен ли ей развод вообще?
Но его гордость уже взяла верх. Он ударил ладонью по столу:
— Отдельно? Ха! Чтобы ты и дальше блудила?
Наталья вспыхнула:
— Считай, как хочешь. Я пыталась как лучше.
Он поднялся, покачнувшись:
— Как лучше? Да ты уничтожила всё!
В глазах его стояли слёзы, или ей показалось? От этого её гнев внезапно отступил. Она видела перед собой не самоуверенного бабника, а разъярённого, но сломленного мужчину, который не ожидал такого отпора.
В душе поднялась буря противоречий. Она-то мечтала увидеть его на коленях, умоляющим о прощении. А вместо этого... вот они на грани разрыва, обе стороны искалечены.
И вдруг Наталью осенило: вот он, момент истины. Ещё шаг — и возврата не будет. А готова ли она уничтожить всё?
Сергей отвёл взгляд, осушил стакан виски одним глотком и прохрипел:
— К чёрту... делай что хочешь.
Он обошёл её и направился к двери, явно намереваясь уехать. Безотчётный страх потери вспыхнул в ней. Она бросилась за ним:
— Стой!
Он замер, не оборачиваясь. Наталья понимала: сейчас или никогда. Либо правда до конца, либо пропасть. И она решилась.
— Сергей, — тихо произнесла она. — Я должна тебе кое-что сказать.
— Нечего мне с тобой говорить, — буркнул он, стоя спиной.
— Ты должен это знать, прежде чем уйдёшь! — повысила голос Наталья. — Это касается моего... любовника.
Он напряжённо слушал, но молчал.
Наталья сглотнула:
— Я сама его наняла.
Эти три слова повисли в тишине. Она впервые их произнесла вслух. Сердце ухало где-то в горле.
Муж медленно повернулся. Лицо непонимающее:
— Чего...? Что значит — наняла?
Она от отчаяния горько усмехнулась:
— В прямом смысле. Заплатила человеку, чтобы он сыграл роль моего любовника.
Он смотрел, будто она говорила на китайском. Она продолжила, торопясь выговорить:
— Не было никакого романа. Ни чувств, ни измены. Это всё спектакль. Для тебя.
Сергей побледнел, как полотно:
— Объясни...
— Это была моя месть, — тихо сказала Наталья, опуская глаза. — Я инсценировала курортный роман. Хотела, чтобы ты испытал ревность и боль. Чтобы понял, как мне было больно от твоих измен. Алексей... тот парень... он актёр. Ему заплатили за неделю игры.
Сергей опёрся рукой о косяк двери. Было видно, как ходят желваки.
— Ты шутишь... Нет, не может быть...
— Это правда, — она вытащила из кармана подготовленную флешку, протянула ему. — Здесь все доказательства: договор с ним, переписка с организатором, оригиналы постановочных фото. Можешь убедиться.
Он машинально взял флешку, не сводя с неё глаз:
— Значит... ничего не было?
— Ничего, — прошептала она. — Кроме поцелуев на камеру... и то ненастоящих.
У Сергея задрожали губы — то ли от злости, то ли от смеха. Он отвёл взгляд, тёмно-русые волосы упали на лоб. Затем вдруг тихо рассмеялся — сухо, нервно:
— Господи... чёртова актриса.
Наталья не смела вымолвить слово. Её план рухнул — она раскрыла карты. Теперь уже неизвестно, что он сделает.
Он резко поднял голову, в глазах сверкнуло:
— Значит, всё это время ты водила меня за нос? Чтобы проучить?
— Да, — выдохнула она. — Хотела, чтобы ты почувствовал то же, что и я.
Сергей молчал, прожигая её взглядом. Потом процедил:
— И ты добилась. Я почувствовал.
— Прости... — сорвалось у неё.
Он фыркнул:
— Что, простить? Ложь или то, что чуть инфаркт не хватил?
Наталья в отчаянии всплеснула руками:
— А как же мне было, думаешь?! Я ночами не спала, выла от боли, когда узнала про тебя с этой дрянью! И ты даже не признался, не извинился!
Сергей опустил плечи, агрессия схлынула:
— Я... не думал, что тебе известно.
— Ещё бы, ты старался скрыть, — горько отозвалась она. — А когда я намекала, делал из меня сумасшедшую.
Он отвернулся на секунду, провёл рукой по лицу:
— Да, виноват...
Голос его вдруг осип, надломился. Наталья замерла: впервые он признал вину?
Сергей тяжело сел на диван у стены, уронил голову:
— Ну и пара мы... Оба друг друга мучаем.
Наталья осторожно приблизилась:
— Я... не хотела так далеко заходить. Но я была в таком отчаянии...
Он поднял глаза, в них стеклянный блеск:
— Это ад какой-то. Лучше бы ты мне сразу сказала, что знаешь.
— А толку? — вздохнула она. — Ты бы всё отрицал до последнего.
Сергей потёр виски:
— Возможно...
Долгое молчание. Наталья присела на край дивана, на приличном расстоянии. Спросила тихо:
— Что теперь? Ты всё равно хочешь развода?
Он долго не отвечал. Затем пожал плечами:
— Не знаю... Голова кругом.
— Мне жаль, что так получилось, — честно сказала она. — Но по-другому я не умела до тебя достучаться.
Он горько усмехнулся:
— Достучалась, что уж.
Он всматривался в неё внимательно — наверное, ища, осталась ли любовь. Взгляд его смягчился:
— Я, когда эти фото увидел... будто землю из-под ног выбило. Никогда не думал, что ты способна изменить.
— И я не думала, что ты способен, — парировала Наталья с грустной улыбкой. — Мы оба друг друга недооценили, выходит.
Сергей протянул руку нерешительно, коснулся её пальцев:
— Наташа... И что нам теперь делать с этим цирком?
Его ладонь накрыла её руку. Родное тепло — сколько месяцев она мечтала о простом ласковом движении от него, но получала холод. А сейчас, пройдя через бурю, ощутила вдруг: он всё ещё ей дорог.
Она накрыла его руку своей:
— Если... если ты готов попробовать сначала...
Он внимательно смотрел.
— После всего?
— Может, именно после всего, — еле слышно сказала она. — Мы же наконец честно поговорили.
Сергей чуть сжал её пальцы:
— Я, конечно, редкий мерзавец. Прости меня...
Наталья почувствовала комок в горле:
— Ты тоже... меня прости.
Он кивнул, морщась:
— Ты хитрая... я такого не ожидал вообще. До конца думал — изменяла по-настоящему.
— И что чувствовал? — не удержалась она спросить.
Он вздохнул:
— Сначала не верил. Потом взбесился. Потом... — он опустил глаза. — Потом понял, что схожу с ума при мысли, что потерял тебя. И что сам виноват.
Наталье стало вдруг легко-легко на душе, словно тучи разошлись:
— Вот видишь... значит, не зря всё.
Он покачал головой с улыбкой:
— Ну ты даёшь... Лучше б просто стрельнула мне в колено, честное слово.
Она хохотнула сквозь слёзы:
— Идея не приходила, кстати.
Сергей коснулся её лица, вытер сбежавшую слезинку:
— Родная моя... что же мы творили друг с другом?
Наталья, не сдержавшись, обвила руками его шею и приникла к нему. Он замер, потом крепко прижал её к себе. Она разрыдалась у него на груди — но это были слёзы облегчения.
— Всё, всё, тише... — шептал он, целуя её волосы. — Хватит воевать. Мне так жаль...
— Мне тоже... — всхлипнула она.
В тот вечер они проговорили до глубокой ночи. Выпили вместе тот самый виски, чередуя горькие признания с нервным смехом. Рассказывали друг другу о своих чувствах, как будто заново знакомились.
Впервые за долгое время Наталья легла спать в объятиях мужа, а не отвёрнувшись к стене. Утром их ждал непростой разговор о будущем, о том, как восстановить доверие. Возможно, их брак так никогда и не будет прежним, но они решили попробовать.
Наталья проснулась под мерное дыхание Сергея рядом. Из окна пробивался солнечный луч. Она лежала, глядя на его лицо — наконец-то спокойное, без маски высокомерия. Мой... — подумала она, сжимая его руку под одеялом.
Может быть, она поиграла с огнём, затеяв эту опасную игру. Но именно шок, встряска помогли им снять маски и выплеснуть накопленную боль. Странный путь к примирению, но кто сказал, что судьба идёт лёгкой дорогой?
Сергей сонно приоткрыл глаза, улыбнулся уголками губ, увидев, что она наблюдает за ним. Наталья улыбнулась в ответ — тепло, по-настоящему. Сердце её наполнилось тихой радостью: он рядом.
Позже она сожжёт ту самую флешку с компроматом, а вместе с ней — и последние остатки своей обиды. Сергей навсегда порвёт с той женщиной, дав слово никогда больше не лгать. Возможно, они будут ещё долго вспоминать эту историю с горечью, но она станет для них уроком. Уроком о том, что от боли до боли — короткая дорога, и месть может ударить бумерангом по всем участникам.
Накануне годовщины их примирения Наталья листала старую книгу и нашла строки, которые точно отражали её тогдашнее состояние. Она выписала их в блокнот, чтобы никогда не забыть, какой ценой достаётся счастье.
Уважаемые читатели!
Сердечно благодарю вас за то, что находите время для моих рассказов. Ваше внимание и отзывы — это бесценный дар, который вдохновляет меня снова и обращаться к бумаге, чтобы делиться историями, рожденными сердцем.
Очень прошу вас поддержать мой канал подпиской.
Это не просто формальность — каждая подписка становится для меня маяком, который освещает путь в творчестве. Зная, что мои строки находят отклик в ваших душах, я смогу писать чаще, глубже, искреннее. А для вас это — возможность первыми погружаться в новые сюжеты, участвовать в обсуждениях и становиться частью нашего теплого литературного круга.
Ваша поддержка — это не только мотивация.
Это диалог, в котором рождаются смыслы. Это истории, которые, быть может, однажды изменят чью-то жизнь. Давайте пройдем этот путь вместе!
Нажмите «Подписаться» — и пусть каждая новая глава станет нашим общим открытием.
С благодарностью и верой в силу слова,
Таисия Строк