Часть 3.
Дождь бил в окна, словно пытаясь вымыть тайны из стен. Виктория разбирала вещи Ольги Сергеевны на чердаке, когда нашла старую шкатулку с инициалами «А.Г.» — Александр Громов, умерший муж свекрови. Внутри лежали письма, обугленные по краям, и фотография: молодой Александр стоял у ворот усадьбы с женщиной, лицо которой было зачеркнуто крестом. На обороте надпись: «Прости, но род должен продолжиться».
Артем, игравший рядом, вдруг замер:
— Мама, тут дядя грустный стоит.
Он указал на пустой угол. Воздух запахло мокрой землей.
Вечером Михаил признался:
— Отец покончил с собой, когда мне было пять. Мать говорила, что он сошел с ума... все время бормотал про «долг крови».
Но гадалка Мария, изучив письма, выдохнула:
— Не самоубийство. Его принесли в жертву. Твой род, Михаил, проклят. Мужчины здесь умирают, чтобы продлить жизнь другим.
Усадьба Громовых давно заброшена, но Виктория поехала туда, ведомая инстинктом. Артем умолял не брать его, но в последний момент вцепился в мать:
— Там дедушка зовет! Он говорит... «Найди ее».
Развалины дома скрывали подвал. На полу — выложенная камнем спираль, в центре — пятно, похожее на ржавчину. Но когда Виктория коснулась его, камень впитал каплю ее крови и засветился.
— Женщины Громовых были ведьмами, — сказала Мария, рассматривая фотографию. — Та, что зачеркнута — твоя прабабка, Лидия. Она сбежала от ритуалов, но Александр вернул ее. А потом... стал жертвой вместо сына.
Михаил побледнел:
— Мать всегда повторяла: «Ты должен жить ради отца».
Ночью Викторию разбудил холод. В спальне стоял Александр — прозрачный, с петлей на шее. Он указывал на спящего Артема:
— Он следующий. Чтобы разорвать круг, найдите могилу Лидии.
Поиски привели их на заброшенное кладбище. На надгробии с именем Лидии была свежая земля. Когда Михаил копнул лопатой, гроб оказался пуст. Но внутри лежала кукла — точная копия тех, что делала Лена. В ее руке — записка:
«Прости, Саша. Я не могла убить нашего сына».
— Лидия сбежала, чтобы спасти ребенка, — прошептала Виктория. — Но проклятие требует смерти...
Артем внезапно закричал, схватившись за голову:
— Баба Оля и тетя Лена держат дедушку! Они говорят... «Мальчик заменит тебя».
Духи Лены и Ольги явились в полночь. Тени сплелись в мерзкую пародию на семью: свекровь держала Артема, а Лена водила ножом по горлу Михаила.
— Род продолжится через смерть, — голос Ольги звучал из всех углов. — Ты умрешь, Михаил, а твой сын станет новым стражем проклятия.
Но Виктория бросила в круг куклу Лидии. Земля затряслась, и из тьмы вышла женщина в платье начала века — прабабка. Ее руки обвили Артема:
— Довольно. Мы платили кровью веками.
Лена и Ольга взвыли, рассыпаясь в прах. Александр кивнул жене и исчез.
На могиле Лидии посадили сирень. Михаил больше не просыпался в холодном поту, а Артем перестал рисовать тени.
Но когда Виктория убирала шкатулку, она заметила — фотография Лидии теперь стоит лицом к свету. А в углу, едва заметно, появилась новая надпись: «Проклятие спит, но не мертво».
Однажды утром Артем спросил:
— Мама, а если я очень захочу, смогу позвать прабабушку?
Ветер захлопнул окно, словно предупреждая.