Часть 1.
Виктория стояла у зеркала, примеряя свадебное платье. Белый шелк обвивал ее стан, как обещание новой жизни. За окном шумел дождь, но внутри все было наполнено теплом: Артем, ее пятилетний сын, строил замок из кубиков на полу, а Михаил... Михаил снова задержался.
— Мама, а когда Миша придет? — спросил Артем, поднимая голову.
— Скоро, солнышко. У него дела.
Ложь обжигала губы. Бабушка. Свекровь, которая даже после двух лет отношений встречала ее холодным «Здравствуйте, Виктория». Михаил все чаще исчезал по вечерам, и каждый раз мать покрывала его: «Помогал мне с документами», «Ремонтировал розетку». Виктория верила. Хотела верить. Но вчера, когда он вернулся в полночь, на его рукаве застрял длинный рыжий волос. Не ее.
Ночью ей приснились кандалы. Железные, ржавые, сцепившие лодыжки Михаила. Он шел через темное поле, а сзади, из тумана, звучал женский смех.
Утром Виктория нашла визитку в ящике комода — выцветшая бумажка с надписью «Гадалка Мария». Кто-то подсунул ее давно, может, соседка, жалевшая «мать-одиночку».
— Ты же не суеверная, — сказала бы сестра Лена, если б узнала. Но Лена с детства умела хранить чужие секреты... и создавать свои.
Избушка гадалки пахла полынью и воском. Старуха с лицом, изрезанным морщинами, разложила карты, не задавая вопросов.
— Он уже не свой, — прошипела она, тыча пальцем в карту Повешенного. — Ноги его в цепях. Тянет его не сердце, а чужая воля.
Виктория сжала кулаки:
— Снимите порчу! Я заплачу!
— Не порча это, а приворот. Сильный. — Гадалка прищурилась. — Ищешь врага — смотри, кто рядом.
Дома Виктория нашла Лену на кухне. Сестра помешивала чай, словно ждала.
— Миша все так же занят? — спросила она невинно, но в глазах мелькнул зеленый отсвет. Как в детстве, когда она тайком ломала куклы Вики.
Следующей ночью Виктория проследила за Михаилом. Он шел, как лунатик, к старому дому на окраине. В окне мелькнул силуэт в красном халате — Лена. А на столе, между свечей и зеркалом, лежала кукла, обмотанная его волосами.
— Ты разрушишь его душу! — ворвалась Виктория, выбивая дверь.
Сестра повернулась. В руках — ножницы.
— Ты всегда брала лучшее. Теперь моя очередь.
Камин взорвался искрами, и Виктория увидела их — призрачные цепи, впивающиеся в Михаила. Лена прошептала заклинание, и кандалы потянули его к пропасти в полу, зияющую тьмой.
Битва была короткой. Виктория схватила куклу и швырнула в огонь. Лена вскрикнула, цепь рассыпалась в пепел. Михаил рухнул на пол, дрожа.
— Прости... — прошептала Лена, исчезая в дыму.
Утром Михаил не помнил ничего. Свадьба состоялась, но когда Виктория целовала жениха, она заметила на его шее тонкий шрам — след сгоревшей цепи.
А в городке шептались: в ту ночь видели, как женщина в красном садилась в поезд без билета. В руках она сжимала старую куклу с глазами, полными пепла.
Артем так и не спросил о тете Лене. Но иногда, играя, он строил башни из двух кукол — рыжей и темноволосой. А потом ломал их и начинал заново.
Продолжение следует...