— И что ты мне тут показываешь? — Маргарита Павловна прищурилась на банковскую выписку, которую протянула ей дочь. — Семнадцать тысяч? Это что, деньги?
— Мам, это алименты от Лёши, — устало сказала Вера, убирая телефон. — Они на Сашку.
— На Сашку, значит… — протянула бабушка, качая головой. — А я, значит, в стороне?
Вера глубоко вдохнула. Этот разговор повторялся каждый месяц, как смена сезонов. Получала она деньги от бывшего мужа — и тут же начиналось: «Мы — семья», «Ты тут не одна живёшь», «Я тебя вырастила». Маме всегда было мало денег.
— Мам, я ведь тебе объясняла, — взяла она терпеливо. — Эти деньги не на наши нужды, не на продукты, не на коммуналку. Это для Сашки: одежда, секции, игрушки, в конце концов.
— А что, электроэнергия ему не нужна? — с вызовом подалась вперёд бабушка. — Вода, тепло, еда — оно само появляется? Или я, старая добродетельница, опять за всё плачу?
Вера нахмурилась. Сашке было четыре года, и, конечно, он ел с общего стола. Но и она сама вкладывала деньги, работала, крутилась. А алименты… Нет, она не собиралась отдавать их в общий бюджет.
— Мам, я работаю. Я зарабатываю. Платёжку за квартиру я закрываю. Садик оплачиваю тоже я. Давай уже честно: ты хочешь, чтобы я отдавала тебе часть алиментов?
— А почему нет?! — воскликнула Маргарита Павловна. — Это же твоя обязанность — заботиться о матери!
— Алименты — не зарплата, мам.
Женщина на секунду притихла, но только чтобы набрать воздуха:
— Ну, знаешь! Я тебе всю жизнь отдала, а теперь, значит, ты мне копейки жалеешь? Да мне вообще эти деньги положены! Ты здесь живёшь? Живёшь. Я тебя приютила, так что делись! Аренду плати.
— Приютила? — Вере стало холодно. — Мам, это и моя квартира тоже.
— Если бы не я, где бы ты была? Я тебя пять лет одна растила, пока ты не начала сама зарабатывать. Разве не справедливо, что мы живём вместе и друг другу помогаем?
Вера закрыла глаза. Ей хотелось кричать, но она знала: кричи — не кричи, Маргарита Павловна всё равно повернёт разговор в свою пользу.
— Мы не друг другу помогаем, мам, — тихо сказала она. — Ты просто хочешь получать часть этих денег.
— Да ты огрызаться ещё будешь? Да неблагодарная же ты! Да ты ж за мать свою вообще не думаешь!
Сашка, который до этого играл в уголке, встрепенулся и захныкал. Вера тут же кинулась к нему, взяла на руки, прижала.
— Всё, мам, хватит.
— Что хватит?! — не унималась бабушка. — Завтра деньги чтобы в общий бюджет отдала!
— Нет, — спокойно ответила Вера.
Маргарита Павловна насупилась.
— Ах, вот как? Ну тогда и не жди от меня ничего! Ни ужина, ни помощи с ребёнком, ничего!
Вера только грустно кивнула. Она знала: через день-два мама остынет, сама начнёт разговор с чего-то бытового. Но через месяц всё повторится снова.
Она посмотрела на Сашку.
«Главное, чтобы он этого не запомнил», — подумала Вера.
На следующий день, Вера рассказала о своей проблеме на работе. Она не могла больше молчать и терпеть, ей нужен бвл совет и поддержка. А коллектив, в котором она работала, был неплохой.
— Девочки, ну это вообще ненормально! — всплеснула руками Лена, бухгалтер. — Алименты на ребёнка, а мама считает, что это общие деньги? Да она просто привыкла жить за твой счёт!
— Сто процентов, — кивнула Света из отдела кадров. — Если ты ей уступишь, она каждый месяц будет требовать. У вас так и останется: ты пашешь, алименты получаешь, а мама деньги отбирает.
— Вот только что делать? — вздохнула Вера. — Она же не отстанет.
— Съезжать, — твёрдо сказала Лена. — Просто съезжать.
Вера растерянно посмотрела на неё:
— Но это же моя квартира.
— Да хоть трижды твоя! — махнула рукой Лена. — Пока ты там живёшь, мама считает себя хозяйкой положения. Разговор короткий: снимай что-нибудь, пусть она останется одна. Она же у тебя собралась увольняться работы? Вот и посмотрим как запоёт.
— Да она меня порвёт!
— Пусть порвёт, — пожала плечами Света. — Зато поймёт, что ты не дойная корова… А ты с ней не общайся.
Вера задумалась. Мысль о переезде была пугающей — но в то же время манящей. Представить, что она живёт одна с сыном, без этих бесконечных упрёков… без того, что каждый её рубль подлежит проверке…
— А ведь это идея, — пробормотала она.
***
В тот же вечер Вера открыла сайты с объявлениями о съёме. Она рассчитывала на что-то небольшое, однушку на окраине, но с нормальным ремонтом. Через пару часов нашла подходящий вариант.
«Сначала посмотрю, потом решу», — сказала она себе.
Но уже через три дня подписала договор.
***
— ЧТО?! — Бабушка Маргарита Павловна побагровела, когда Вера объявила о переезде. — Да ты с ума сошла!
— Мам, я хочу жить отдельно.
— Я тебя вырастила, а ты теперь меня бросаешь?!
— Мам, ты сама довела ситуацию, — устало сказала Вера. — И знаешь, что самое интересное? Я счастлива, что не буду больше слушать твоих упрёков.
Бабушка гневно смотрела на неё, но Вера в этот раз не отвела взгляда.
— Я не обязана тебя содержать, мам. И алименты — не твои деньги.
Маргарита Павловна отвернулась.
— Ну и катись!
Вера молча ушла собирать вещи.
Сашка сидел на кровати и смотрел на неё большими глазами.
— Мама, мы теперь будем жить в новом доме?
Вера улыбнулась:
— Да, сынок. В новом доме.
Они быстро обжились на новом месте. Сашку перевели в другой садик, Вере ближе было добираться на работу. Всё складывалось хорошо.
Через неделю, поздним вечером, Вера услышала в ванной подозрительное капанье. Она устало выдохнула, подошла и заглянула внутрь — кран над раковиной подкапывал, оставляя на поверхности мокрые следы.
— Вот только этого мне не хватало… — пробормотала она, закручивая вентиль потуже.
Но вода продолжала просачиваться. Не струёй, конечно, но достаточно, чтобы её начало раздражать.
Вера взяла тряпку, обмотала кран, но понимала: это не выход. Нужно чинить, а значит, решать вопрос — за чей счёт?
Она вернулась в комнату, где Сашка уже спал, села на диван и достала телефон.
«Риэлтор», — нашла в контактах знакомый номер и нажала вызов.
— Алло, Елена Викторовна? Добрый вечер, это Вера, я квартиру снимаю… У меня тут кран в ванной потёк. К кому по таким вопросам обращаться — к вам или напрямую к хозяину?
— Ой, Вера, хозяин у вас замечательный, но он на вахте, — заторопилась риэлтор. — Давайте я вам его номер скину, а вы ему напишите, он завтра должен вернуться.
— Хорошо, спасибо, — кивнула Вера, хотя собеседница её не видела.
Через минуту пришло сообщение с контактом: «Игорь. Хозяин вашей квартиры».
Вера какое-то время смотрела на экран, будто раздумывая, стоит ли писать сразу. Потом решила отложить до утра — всё равно поздно.
Но перед сном, когда она уже лежала в кровати, пальцы сами собой набрали сообщение:
«Здравствуйте, Игорь. Я снимаю у вас квартиру, риэлтор дала ваш номер. В ванной потёк кран, не знаю, что делать. За чей счёт ремонт? Как это обычно решается?»
Она перечитала текст, потом отправила и выключила экран.
Ответ пришёл неожиданно быстро.
«Здравствуйте, Вера. Разберёмся. Я сам починю. Завтра свяжусь».
Вера посмотрела на короткое сообщение, почувствовала странное облегчение и уснула с мыслью, что, может быть, всё не так уж сложно.
На следующий день Вера вернулась с работы пораньше.
Когда в дверь позвонили, Вера поспешила открыть.
На пороге стоял высокий мужчина лет сорока, с лёгкой небритостью и внимательными серыми глазами. Он улыбнулся:
— Вера? Я Игорь, хозяин квартиры.
— Да, заходите, — Вера отступила в сторону, пропуская его внутрь.
Пока Игорь осматривал кран, она изучала его из-за двери. Мужчина выглядел… довольно привлекательным. Таким, которому можно доверить не только квартиру, но и, возможно, что-то большее.
— Тут ничего страшного, — сказал он, выпрямляясь. — Старая прокладка. Сейчас поменяю.
— Спасибо. А… что я должна?
Игорь махнул рукой:
— Это же мой кран. Я всё сделаю.
Вера кивнула, но чувствовала себя неловко.
— Чаю хотите?
Игорь посмотрел на неё с лёгким удивлением, но кивнул:
— Не откажусь.
Они сидели на кухне, пили чай, говорили о мелочах. Потом разговор зашёл о жизни, о работе. Оказалось, что Игорь работает вахтовым методом, уезжает на два месяца, потом возвращается.
— А вы почему квартиру сдаёте? — спросила Вера.
— Да так… — Игорь помешал чай. — Жена ушла три года назад, детей не было, причина во мне, а она очень хотела. Сначала больно было здесь находиться, а теперь всё прошло. Время лучший лекарь.
Вере стало его немного жаль. Он казался человеком, который привык справляться сам, но которому не хватало обычного тепла.
— А вы давно одна? — спросил он.
Она чуть улыбнулась:
— Ну, не совсем. У меня сын.
— Это я понял, — усмехнулся Игорь. — Я про личную жизнь.
Вера пожала плечами:
— С тех пор, как развелась.
Он посмотрел на неё долго, задумчиво.
— Тяжело одной?
Вера не хотела признаваться, но слова вырвались сами:
— Иногда очень.
Игорь молча кивнул, будто понимая больше, чем она сказала.
С тех пор он заходил всё чаще — то полку прикрутить, то просто спросить, как дела. А через два месяца, перед новой вахтой, вдруг сказал:
— Я вернусь. К тебе.
И Вера поняла, что не против. Даже очень.