5 мая 2019 года в московском аэропорту Шереметьево произошла трагедия: самолет Sukhoi Superjet 100, выполнявший рейс SU1492 в Мурманск, вскоре после вылета вернулся в аэропорт вылета, совершил аварийную посадку и загорелся. В результате катастрофы из 78 человек на борту погибли 41 пассажир. Среди погибших оказались как пассажиры, так и бортпроводник Максим Моисеев, который до последнего помогал людям покинуть горящий салон.
Хронология событий
Самолет вылетел из Шереметьево в 18:03 по местному времени. Через несколько минут после взлета экипаж сообщил о проблемах, вызванных ударом молнии, и запросил возврат в аэропорт вылета. Автопилот отключился, и самолет перешел в режим ручного управления (DIRECT MODE).
В 18:30, спустя 27 минут после вылета, лайнер совершил аварийную посадку. Во время посадки произошло три жестких касания полосы, при этом при втором и третьем приземлениях нагрузки значительно превысили расчетные величины, что привело к разрушению силовых элементов конструкции и последующему разливу топлива с возгоранием.
Пожар быстро охватил заднюю часть фюзеляжа, что затруднило эвакуацию пассажиров.
Вскоре после этого случая «Аэрофлот» отказалась от эксплуатации «Суперджетов», передав их дочерней авиакомпании «Россия». В последующие годы у этого типа воздушного суда случались и другие происшествия (например, недавно в Анталье), когда при жесткой посадке воспламенилось топливо.
Причины катастрофы
Согласно отчету Межгосударственного авиационного комитета (МАК), причиной катастрофы стали некоординированные действия командира воздушного судна при посадке. Комиссия МАК выделила ряд факторов, способствовавших трагедии:
- - Недостаточное обучение летного состава управлению самолетом в режиме DIRECT MODE.
- - Несовершенство эксплуатационной документации SSJ100, не учитывающее специфики управления при отказе автоматических систем.
- - Отсутствие строгих регламентов по подготовке пилотов к экстренным ситуациям.
- - Превышение предельных перегрузок при посадке, что привело к разрушению конструкции и утечке топлива.
- - Недостаточная информированность экипажа о нюансах работы систем энергоснабжения и управления полетом в аварийной ситуации.
- - Дефекты конструкции шасси, что могло повлиять на его разрушение при посадке.
Судебное разбирательство и последствия
После катастрофы Следственный комитет России возбудил уголовное дело по ч. 3 ст. 263 УК РФ. Капитан воздушного судна Денис Евдокимов в 2023 году был признан виновным и приговорен к шести годам колонии-поселения.
В ходе судебного разбирательства защита пилота утверждала, что он не имел достаточных инструкций по пилотированию в ручном режиме, а эксплуатационная документация самолета содержала неточности. Родственники погибших настаивали на более строгом наказании, а также требовали привлечь к ответственности должностных лиц, ответственных за сертификацию самолета и подготовку пилотов.
Вопросы безопасности SSJ100
Катастрофа в Шереметьево вновь подняла вопрос о безопасности эксплуатации SSJ100. Самолет разработан в 2000-х годах и с 2011 года используется авиакомпаниями. На сегодняшний день крупнейшими эксплуатантами остаются «Россия» и «Азимут».
Эксперты указывают на системные проблемы в эксплуатации данного типа воздушных судов:
- - Недостаточное обучение пилотов.
- - Ограниченная информированность экипажей о режимах управления.
- - Вопросы к конструкции шасси и топливной системы.
- - Проблемы с поставками запасных частей и сервисным обслуживанием.
В отчете говорится, что одним из сопутствующих факторов, которые привели к катастрофе, была нечеткость эксплуатационной документации «в части особенностей пилотирования на этапе выравнивания и при исправлении отклонений на посадке».
Экипаж при посадке неправильно оценил ситуацию при срабатывании прогностической сигнализации сдвига ветра при полете по глиссаде и не ушел на второй круг. После чего попал в микропорыв ветра после начала выравнивания самолета, что повлияло на траекторию движения.
«Документация разработчика воздушного судна и авиакомпании позволяет экипажу игнорировать срабатывание указанной сигнализации, если он убедился в «отсутствии угрозы сдвига ветра», но четких критериев отсутствия угрозы документация и руководство по производству полетов не содержат», — говорится в отчете.
В отчете МАК содержится ряд рекомендаций, включая пересмотр программ подготовки пилотов, улучшение эксплуатационной документации и усиление мер по предотвращению сдвига ветра на посадке.
«Разработчику самолета совместно с сертифицирующими организациями рекомендовано рассмотреть целесообразность внесения ряда изменений в конструкцию и летную документацию воздушного судна», – говорится в сообщении.
Кроме того, МАК снова обратил внимание на систематические нарушения режима труда и отдыха летного состава, в связи с чем повторно попросил разработать и внедрить комплекс мероприятий по устранению этого фактора опасности и обращать на это особое внимание при проверках авиакомпаний.
После катастрофы был усилен контроль за летной подготовкой экипажей SSJ100, а также внесены изменения в регламент сертификационных испытаний самолета.
Что не так с баками
Герой России, лётчик Александр Гарнаев, открыто критикует конструкцию Superjet. По его словам, крепление стоек шасси непосредственно к задней стенке лонжерона, сопряжённого с топливными баками, — это фатальная ошибка. При грубых посадках это приводит к разрушению баков и утечке топлива, что неизбежно провоцирует пожары.
Гарнаев отмечает, что уже было четыре инцидента, связанные с этой проблемой:
- Лётные испытания в Раменском (2018 год).
- Якутск (2018 год).
- Шереметьево (2019 год).
- Анталья (2024 год).
«Сколько ещё нужно сжечь самолётов и человеческих судеб, чтобы проблема была решена?» — эмоционально восклицает лётчик.