Сергей Дмитриевич Милицин - доцент кафедры судебной деятельности и уголовного процесса имени П.М. Давыдова, человек разносторонних интересов. Помимо своей профессиональной деятельности, он известен как талантливый фотограф, член Творческого союза художников России. Его путь в мир фотографии начался в раннем детстве благодаря родителям-фотографам. К настоящему времени Сергей Дмитриевич провел пять персональных выставок, получивших признание зрителей.
Сегодня в рубрике, посвященной хобби преподавателей и сотрудников УрГЮУ имени В.Ф. Яковлева, мы публикуем интервью с Сергеем Дмитриевичем не только о его многолетнем опыте в фотографии, но и об увлечении генеалогией. Мы узнаем, как эти хобби переплелись с профессиональной деятельностью героя, об уникальных моментах, которые ему удалось запечатлеть на пленку и цифру, а также об открытиях, сделанных им в ходе исследования своей родословной.
- Сергей Дмитриевич, как давно Вы занимаетесь фотографией?
- Сейчас уже смело можно сказать: очень давно, с детства. Родители стали фотографировать вскоре после моего рождения, причем снимали, проявляли и печатали и мама, и папа. Они достигли успехов в технически сложных видах фотосъёмки, к примеру - снимая балет или занимаясь распространенным в то время репродукционными работами. Проявка и печать негативов происходила у нас дома, при непосредственном моем присутствии, поэтому слова «проявитель», «закрепитель» или, например, «штатив» мне были понятны уже годам к пяти.
Я стал самостоятельно пытаться фотографировать примерно в 13 - 14 лет, в основном делал снимки друзей по двору. К сожалению, эти негативы не сохранились — я сам выбросил их, думая, что это никогда и никому не будет интересно. А жаль…Когда известный свердловский фотограф Владимир Шур опубликовал свои юношеские снимки, я увидел его книгу и... понял свою ошибку. В то время работали фотокружки для школьников, но я никогда там не был. У нас дома было много книг по фотографии, регулярно приходили журналы - «Советское фото» и знаменитое чехословацкое «Ревю художественной фотографии» (почему-то его часто неправильно называют - «Чешское фото») - пожалуй, лучший журнал по искусству фотографии, который я знаю. Любой технический вопрос я всегда мог обсудить с отцом, поэтому никакой необходимости в посещении кружка или студии просто не было. Может быть, это и к лучшему — кто-то из классиков заметил, что самыми прочными знаниями являются те, которые человек приобретает сам.
Постепенно я перестал стесняться фотокамеры в руках и почувствовал уверенность в своих навыках. С увлечением спортом пришло увлечение фотосъемкой соревнований. Во время службы в армии не столько фотографировал, сколько печатал фотографии — надо было обеспечивать сослуживцев снимками для «дембельских» альбомов — тоже очень ценный и полезный опыт. После поступления в Свердловский юридический институт, мои знания пригодились — я без труда получил зачет по судебной фотографии (этот раздел криминалистической техники мы сдавали отдельно) и даже написал курсовую работу по теме «Использование искусственных источников освещения при фотосъемке места происшествия». Позже, работая следователем, всегда выполнял фотосъемку сам и даже однажды заслужил похвалу экспертов-криминалистов, которые отметили качество фотографий в материалах расследованного мной уголовного дела и, к моему великому удивлению, предложили мне... уволиться из прокуратуры и поступить на работу фотографом в лабораторию судебной экспертизы Минюста. По сути, я практически никогда не работал, как фотограф - профессионал, то есть за вознаграждение. Могу припомнить только два случая, когда мне удалось получить некий «гонорар». В 1980 г. южане — торговцы с колхозного рынка — уговорили меня запечатлеть их возле новогодней елки на площади 1905 года, и на следующий день я с гордостью принес домой и отдал маме несколько килограммов сухофруктов. А в 1986 г., уже учась в аспирантуре, мне довелось фотографировать детей на новогоднем празднике в детском саду (Дедом Морозом был мой товарищ - аспирант, ныне — известный московский адвокат В.М.Жуковский). Кажется, мы с ним получили по 18 рублей и были очень довольны, поскольку аспирантская стипендия в те времена была 100 рублей, а у нас уже были семьи и денег катастрофически не хватало. Надо сказать, что отсутствие необходимости зарабатывать фотосъемкой — очень важное обстоятельство, которое хорошо «развязывает руки» - можно снимать только то, что хочешь, не заботясь о деньгах.
- Чем Вы фотографируете? Какие фотоаппараты предпочитаете: плёночные, или цифровые?
- Моей первой камерой был «ФЭД-2»— очень удобный фотоаппарат - советская копия довоенной «Лейки». Потом был «Киев-2» - тоже, кстати, копия немецкой камеры «Контакс». В армии снимал «Сменой», а в 1980 г. родители подарили мне «Киев-10». Это была великолепная по тем временам камера, кстати — первая в мире зеркалка с автоматической установкой экспозиции - в те годы отечественная фотопромышленность выпускала вполне конкурентноспособные изделия. Ей я снимал долго — до 1997 г., с большими трудностями собрав буквально по всему СССР всю линейку выпускавшихся к ней очень небольшими партиями прекрасных объективов. В 1996 г. в США мне несколько раз предлагали продать или обменять мой старенький «Киев» на что-нибудь посовременнее (эти камеры — мечта многих западных коллекционеров), но я отказывался — все-таки это подарок. Потом начались Никоны... Очень любил свой «Nikon FA» за точность и неприхотливость. Довелось поснимать флагманом 90-х годов («Nikon F4s»), а затем появились цифровые камеры. Мое отношение к ним весьма осторожное. Цифра незаменима там, где нужна оперативность, но полагаю, что это — не лучший инструмент для художественной съемки. Сейчас снимаю полнокадровой цифровой SonyA7, пленочными камерами среднего и большого формата, и даже сверхбольшого - с форматом пленки 24х30см, но при необходимости использую и камеру смартфона. Цифровой фотографии мы обязаны весьма забавному фенОмену — легкость получения цифрового снимка привела к появлению целого поколения людей с фотокамерами, которые имеют очень смутное представление об экспозиции, специальных приемах съемки и других не менее важных вещах, но при этом считают себя фотографами.
- Творчество каких фотографов оказало на Вас наибольшее воздействие?
- Это — сложный вопрос. В каждом виде съемки есть своеобразные маяки - фотографы, которым пытаются подражать другие. Поскольку сейчас чаще всего снимаю пейзаж, то очень ценю творчество В. Гиппенрейтера (СССР, Россия), И. Судека (Чехия), А. Адамса (США). Впрочем, есть множество других, которые в те или иные периоды моего увлечения значили для меня очень много. Всегда восхищался групповыми портретами В. Плотникова — их часто печатали в 70-80-е годы на обложках журналов. Очень хорошо помню, как в начале восьмидесятых во время работы в Челябинске ходил на выставки С. Васильева — тогда его снимки казались невероятно острыми и одновременно — аллегоричными. В середине девяностых случайно забрел в Петербурге на выставку работ Ю. Роста и долго вглядывался в портреты известных людей. Несколько лет назад мне подарили фотоальбом Б. Смелова — ленинградского фотографа с совершенно уникальной манерой съемки, и сейчас я нередко открываю эту книгу, стремясь понять ее автора. В последние годы внимательно изучаю творчество русских и советских фотографов-пикториалистов Н. П. Андреева, А. Д. Гринберга, Ю. А. Еремина, А. И. Ерина, Г.М. Колосова. Очень помогли мне в фотографическом развитии друзья-фотографы – Ю. Шевцов, П. Мерфи, Л. Дюмеев, Н. Бочинин, Е. Лыков. Вообще я стараюсь не упускать возможности посмотреть чужие работы и с удовольствием хожу на фотовыставки не только в Екатеринбурге, но и в тех городах, где приходится бывать. Кстати, с удовольствием заглядывал в нашем городе «к Метенкову», очень хороший «Дом фотографии» есть в Праге, бывал в московских Медиа Арт музее и Галерее классической фотографии. Фотография тем и хороша, что в ней нет и не может быть «абсолютных чемпионов» - удача может улыбнуться любому, только опытный мастер сумеет поймать ее и сделать достойный снимок, а менее умелый снимет тоже самое, но без особого успеха.
- Что больше любите фотографировать: пейзажи, людей? Почему?
- Уже много лет не считаю нужным снимать всё подряд. В фотографиях не должно быть суетливости, они должны быть уникальными, передавать красоту. Сейчас чаще всего меня интересуют пейзажи. Очень хочется снимать натюрморт, но это требует слишком много времени, которого, к сожалению, у меня нет: сложнее всего красиво преподнести простые вещи. Скептически отношусь к современному увлечению «travel photography»: чтобы качественно снимать в поездке, нужно путешествовать именно с целью фотосъёмки. Портрет и жанр тоже требуют специального внутреннего настроя. Кстати, с фотосъёмкой людей могут возникать и проблемы юридического характера, которые должны быть хорошо известны студентам-юристам. Впрочем, можно сфотографировать лишь руки человека и получить шедевр.
- Как техническое оснащение, свет влияют на результат? В какое время суток любите снимать?
- Настоящий «фотографический» вопрос! О камерах я уже говорил, теперь — о свете. Известный австрийский фотограф середины ХХ века Е. Дулович считал, что величайшее достоинство фотографического снимка состоит именно в эффектах и игре света. Я предпочитаю естественный свет, не люблю вспышки и другие осветительные приборы. В природе солнечный свет падает, как правило, под одним углом на все предметы в кадре, вспышка вносит хаос. Лучшее время для съёмки пейзажей – раннее утро или закат, когда солнце не находится в зените и его косые лучи создают игру теней и придают объемность предметам. Если солнца нет, лучше прийти в другой раз (если только его отсутствие не обусловлено замыслом автора). Вообще полагаю, что самые лучшие снимки – подготовленные заранее. Подготовка может заключаться в выборе места, времени года или суток, подборе аппаратуры или оптики и т.д. Считаю, лучше сделать один качественный снимок, чем выбирать из пятнадцати почти одинаковых, как делают сейчас многие новички-любители.
- Используете ли Вы компьютерную обработку фотографий? Печатаете ли фотографии самостоятельно?
- Немного владею навыками применения программ Photoshop и других, но предпочитаю не использовать: он убивает реальность и в результате получается не фотография, а нечто вроде рисунка, правда — оригинального и авторского. Нечто похожее на применение Photoshop в фотографии можно наблюдать, к примеру, в литературе с распространением стиля «фэнтэзи» - есть настоящая история человечества и книги, ее отражающие, а есть некая придуманная «реальность», красивая и захватывающая многих читателей. Но я — не противник современных технологий. Цветную плёнку сканирую и печатаю в цифровом варианте - у меня дома сканер и два цветных принтера. Черно-белые фотографии, которые особенно люблю, стремлюсь печать сам на классической бромосеребряной бумаге. Попутно замечу, что природные пейзажи лучше смотрятся в цвете, а городские могут быть и черно-белыми.
- Поделитесь своими творческими планами...
- Сегодня многие считают, что интересные или уникальные снимки можно сделать, только уехав «за тридевять земель». Весьма спорный тезис. Известный в прошлом фотограф В. Лагранж, который много лет работал в фотохронике ТАСС, затем — более четверти века спецкором в журнале «Советский Союз» и объехал все уголки нашей великой страны, много лет прожил в дальнем Подмосковье и делал потрясающие снимки растений и цветов. Великолепные снимки деревни, делает известный фотомастер П. П. Кривцов, который живет в Москве, а на лето уезжает из столицы поближе к природе. Впрочем, надеюсь, что до съемки на даче мне еще далековато. Я побывал во многих интересных для фотографа местах мира, но - сколько еще неувиденного и неснятого! С удовольствием бы посетил русский Север, мечтаю о Сахалине. Мои лучшие снимки еще впереди!
- Какие советы можете дать начинающим фотографам?
- Главный совет – больше фотографировать. Не стесняйтесь спрашивать совета, общаться с коллегами и читать книги и журналы, старайтесь снимать так, чтобы знающие люди не могли удержаться от похвалы. Настоящий фотограф – достаточно замкнутый, фанатично преданный фотографии человек, который никогда не считает себя лучшим фотографом и не гонится за самыми дорогими фотоаппаратами. Покупая камеру, человек должен понимать, зачем он её покупает, так как разные виды фотоработы требуют разных фотоинструментов. Сейчас каждый считает себя фотографом, который может все. Профессиональный фотограф должен обладать широким спектром навыков и умений, но при этом быть узким специалистом высшего уровня. Главное - знать, что снимать.
Глубокий взгляд Сергея Дмитриевича и его способность видеть в окружающем пространстве более глубокие смыслы позволяют ему не только проницательно оценивать настоящее, но и с интересом приоткрывать страницы прошлого. Уже много лет он увлекается не только фотографией. Еще одно хобби нашего героя – генеалогия. В свободное время он, занимается поиском сведений о своих предках в архивах.
Усердие и терпение принесли впечатляющие результаты. По линии Милициных Сергею Дмитриевичу удалось документально подтвердить сведения о восьми поколениях своей семьи, уходящих корнями в первую треть XVIII столетия. Это настоящее сокровище семейной истории, позволяющее ощутить связь времен и поколений.
- Милицины - это старинный священнический род. Шесть поколений моих предков были православными священниками. Традицию прервал мой дед Сергей Дмитриевич (1891-1951), который окончил духовное училище, духовную семинарию, а затем, с благословения отца в 1912 г. поступил на юридический факультет Императорского Томского университета. После окончания юридического факультета в 1917 г. дед сумел послужить и в Белой, и в Красной армии, поработать юристом, а затем возглавил созданную в Екатеринбурге коллегию защитников - предтечу нынешней адвокатской организации. Но, помня о своем непролетарском происхождении и опасаясь репрессий, в середине тридцатых годов прошлого века отчислился из коллегии и работал юрисконсультом.
Среди моих предков были не только представители духовного сословия, но и предприниматели, инженеры, геологи, представители самых разных профессий. Пожалуй, самым известным среди родственников был Виталий Алексеевич Гассельблат. Потомок старинного шведского рода получил прекрасное инженерное образование в России и за рубежом и все свои силы и знания использовал для блага нашей страны, Будучи членом Президиума ВЦИК СССР, он участвовал в проектировании Уралмашзавода, занимал должность главного инженера строящегося в те годы Магнитогорского металлургического комбината. К сожалению, в 1934 г. по ложному доносу он был репрессирован и погиб.
Среди близких родных известной в нашей стране и за рубежом была моя тетушка Вера Сергеевна Милицина (1924-1999), геолог-палеонтолог, исследователь доисторической ископаемой фауны. Благодаря занятиям генеалогии, я узнал очень много о своих предках и, наконец, мне представился шанс проверить данные своих генеалогических исследований с помощью генетического анализа. Я обратился в известный в нашей стране центр генетических исследований и, получив спустя несколько месяцев результат, убедился в правильности своей генеалогической родословной!
Хотя по другим родственным линиям исследования пока не продвинулись дальше середины XIX века, Сергей Дмитриевич полон оптимизма и решимости. Он не теряет надежды раскрыть еще больше тайн своей родословной, продолжая этот увлекательный поиск с неугасающим энтузиазмом.
Фотографии предоставлены героем интервью С.Д. Милициным.
Еще больше фото на сайте С.Д. Милицина.