Лариса повернула ключ в замке и толкнула дверь. Из квартиры пахнуло перегаром и несвежими носками. Она закатила глаза и, сбросив туфли, прошла в коридор. На тумбочке в прихожей стояла пустая бутылка из-под пива, рядом валялись скомканные чипсовые пакеты.
«Серёжа, ты дома?» — крикнула она, проходя вглубь квартиры.
Тишина. Только из гостиной доносился храп. Лариса заглянула туда и поморщилась от увиденного. На разложенном диване, разметавшись и скинув одеяло, спал Витя — брат мужа. Одетый в несвежую футболку и тренировочные штаны, он лежал в позе морской звезды, заняв все спальное пространство.
Три месяца назад он появился на их пороге с одной спортивной сумкой и грустными глазами побитой собаки. Сказал, что с женой развелся, с работы уволили, жить негде. Сначала Лариса даже пожалела его, ведь у них с Сергеем была просторная двушка — могли и приютить родственника на время. Тем более что Витя обещал устроиться на работу «буквально на следующей неделе» и съехать «максимум через пару недель».
Двенадцать недель спустя Витя всё так же спал на их диване, не работал, не помогал по хозяйству, зато исправно опустошал холодильник и запасы алкоголя.
Лариса вздохнула и прошла на кухню. Раковина была завалена грязной посудой, на столе стояла тарелка с недоеденными макаронами, к которым уже начали проявлять интерес мухи. Она включила воду и принялась яростно отмывать сковороду, громыхая посудой громче, чем требовалось.
Через несколько минут в дверях появился заспанный Витя, почёсывая волосатый живот, выглядывающий из-под задравшейся футболки.
«Ларис, ты чего гремишь? Я только прилёг поспать».
«Уже семь вечера, Витя», — сухо ответила она, не оборачиваясь. «Ты поспал весь день».
«Да я ночью плохо спал», — он зевнул и плюхнулся на стул. «А пожрать есть чего? Умираю с голоду».
Лариса резко обернулась, сжимая в руке мокрую губку.
«В холодильнике посмотри. Или закажи себе еду. У тебя же есть деньги?»
«Да я на мели сейчас...» — он виновато улыбнулся. «Но я скоро устроюсь на работу. Обещаю!»
Сергей вернулся домой около восьми. Лариса к тому времени успела приготовить ужин, перемыть всю посуду и даже немного прибраться в квартире. Пустую бутылку и пакеты из прихожей она демонстративно сложила на тумбочку у дивана, где снова дремал Витя.
«Привет, дорогая», — Сергей поцеловал жену в щёку. «Как день прошёл?»
«Нормально», — она натянуто улыбнулась. «Ужин на плите. Разогрей сам, я уже поела».
Сергей почувствовал напряжение в её голосе.
«Что-то случилось?»
Лариса многозначительно посмотрела в сторону гостиной, откуда доносился храп.
«А, Витя...» — Сергей виновато пожал плечами. «Он просто устал. Целый день работу искал».
«Да неужели?» — Лариса скептически приподняла бровь. «На диване лёжа, с пультом в руке?»
«Ну, может, не весь день...»
«Серёжа, мы должны поговорить. Серьёзно поговорить».
Они сели за кухонный стол. Сергей молча ел, явно предчувствуя неприятный разговор.
«Так не может продолжаться», — Лариса понизила голос, чтобы не разбудить Витю. «Прошло уже три месяца. Три! Мы не можем содержать твоего брата бесконечно».
«Ты же знаешь, что у него трудный период», — Сергей отложил вилку. «Развод, потеря работы... Ему нужно время, чтобы встать на ноги».
«Время — да. Но не наша квартира, не наша еда и не наши деньги!» — Лариса начала раздражаться. «Он целыми днями либо спит, либо пьёт пиво и смотрит телевизор. Ты называешь это „вставанием на ноги"?»
«Он мой брат, Лар», — тихо сказал Сергей. «Я не могу его выгнать».
«Почему нет? Он взрослый мужик! Ему сорок лет! Может снять комнату, найти работу, начать жизнь заново. Вместо этого он паразитирует на нас».
«Не говори так о нём», — Сергей нахмурился. «Вить, ты не спишь? Может, присоединишься к нам?»
В дверях появился Витя с заспанным и слегка обиженным видом.
«Да, я всё слышал», — он посмотрел на Ларису. «Не знал, что настолько мешаю».
«Я найду работу на следующей неделе, обещаю», — Витя активно жестикулировал, сидя на кухне. «У меня есть несколько перспективных вариантов».
Лариса слушала молча, скрестив руки на груди. Она уже не верила ни единому слову этого сорокалетнего мужчины, который разваливался у них на диване третий месяц.
«Какие варианты, Вить?» — спросил Сергей с надеждой.
«Ну, помнишь Колю из седьмого дома? Он сказал, что может устроить меня к себе на фирму. Я уже отправил ему резюме. И ещё в автосервисе есть место. В понедельник пойду на собеседование».
Лариса закатила глаза. Всё это она уже слышала. Каждую неделю Витя рассказывал о «перспективных вариантах», которые почему-то никогда не реализовывались.
«А где ты будешь жить?» — прямо спросила она. «У нас ты уже три месяца. Это затянулось».
«Лар, как только получу первую зарплату, сразу сниму комнату», — Витя с щенячьим энтузиазмом посмотрел на неё. «Клянусь! Ещё недельку потерпи, максимум две».
«Ты это уже говорил. Двенадцать недель назад», — сухо заметила Лариса.
«На этот раз всё серьёзно!» — Витя поднял руку, как на присяге. «Вот увидишь. Две недели — и я съеду. А пока, может, дашь мне немного денег? Мне нужно обновить гардероб для собеседований...»
Лариса едва сдержалась, чтобы не бросить в него чашкой.
«Ты серьёзно? Ты живёшь у нас бесплатно, ешь нашу еду, пьёшь наше пиво, а теперь ещё просишь денег на одежду?»
«Лар, ну я же всё верну, как только...»
«Как только устроишься на работу? Которую ты не ищешь? Прости, но нет».
Сергей неловко кашлянул.
«На самом деле, я уже дал ему немного... на костюм».
Лариса уставилась на мужа.
«Сколько?»
«Ну... десять тысяч».
«Десять тысяч?!» — она вскочила со стула. «Это почти половина того, что нам нужно отложить на отпуск! Серёжа, мы с тобой уже полгода копим на эту поездку!»
«Я всё верну, честно!» — поспешил вставить Витя. «С первой же зарплаты!»
Суббота началась с громкого храпа из гостиной. Лариса лежала в спальне, глядя в потолок и считая до десяти, чтобы успокоиться. Было восемь утра — единственное время, когда она могла поспать подольше. Но нет, даже это простое удовольствие было отравлено присутствием Вити.
«Может, пойдёшь скажешь ему, чтобы перевернулся на бок?» — шёпотом попросила она мужа.
«Он вчера поздно вернулся. Пусть поспит», — сонно отозвался Сергей.
«Поздно вернулся? Откуда?»
«Из бара. Они с Колей обсуждали рабочие перспективы».
«В баре?» — Лариса не удержалась от сарказма. «Потрясающе продуктивное место для поиска работы».
«Лар, почему ты всегда думаешь о Вите только плохое? Он старается».
«Да? А мне кажется, он просто пользуется твоей добротой. Нашей добротой».
Сергей сел на кровати, окончательно проснувшись.
«Мы семья. Семья должна поддерживать друг друга в трудную минуту».
«Мы — семья», — Лариса показала пальцем на себя и мужа. «Ты и я. А Витя — взрослый мужчина, который должен сам решать свои проблемы. Он даже посуду за собой не моет! Я вчера целый час отдраивала кухню после его „кулинарных экспериментов"».
«Он просто не приучен к домашней работе. Ты же знаешь, у них с Мариной так было заведено: она занималась домом, он приносил деньги».
«А сейчас он ни денег не приносит, ни по дому не помогает!» — Лариса повысила голос. «И я должна, приходя с работы, убирать за двумя взрослыми мужиками?»
Из гостиной донёсся особенно громкий храп, словно в подтверждение её слов. Лариса закрыла лицо подушкой и застонала от бессилия.
«Я больше так не могу, Серёж. Либо он съезжает, либо я подаю на развод».
Сергей удивлённо посмотрел на жену.
«Ты не можешь говорить серьёзно. Из-за такой ерунды?»
«Ерунды? Да я третий месяц не высыпаюсь, не имею личного пространства и вынуждена сдерживаться, чтобы не прибить твоего брата за его бесконечные обещания и тотальную безответственность!»
Днём Лариса решила пойти по магазинам — нужно было обновить гардероб к лету. Сергей вызвался пойти с ней, оставив Витю одного в квартире.
В торговом центре они разминулись — Лариса пошла в женский отдел, Сергей отправился за новыми джинсами. Встретиться договорились через час в кафе на верхнем этаже.
Примеряя лёгкое летнее платье, Лариса услышала звонок мобильного. Звонил Сергей.
«Лар, тут Витя звонил», — голос мужа звучал немного виновато. «Говорит, к нам гости пришли, его друзья. Просит скинуть ему денег на пиццу и пиво».
Лариса замерла с платьем в руках.
«Что? Он пригласил друзей к нам домой? Без нашего разрешения?»
«Ну, это же и его дом сейчас...» — неуверенно протянул Сергей.
«Нет, Серёжа. Это НАШ дом. Мы платим ипотеку, коммуналку и всё остальное. Витя там гость — незваный, но терпимый. И он не имеет права приглашать посторонних!»
«Да ладно тебе. Что такого, если ребята посидят немного? Они Вите поднимут настроение. Ему же тяжело сейчас».
«А мне легко? Зная, что какие-то незнакомые люди шарятся по нашей квартире?» — Лариса начала раздражаться. «Я возвращаюсь. Прямо сейчас».
«Но мы же договорились встретиться в кафе...»
«Планы изменились. Я еду домой проверять, что там происходит».
Когда Лариса вернулась домой, из квартиры доносились музыка и громкие голоса. Открыв дверь своим ключом, она застыла на пороге. В гостиной сидели пятеро мужчин, включая Витю. На журнальном столике стояли бутылки, пепельница была полна окурков (хотя в квартире никто не курил), на полу валялись коробки из-под пиццы.
«Ларка! А мы тут с ребятами посидеть решили!» — Витя лучезарно улыбнулся. «Знакомься — это Колян, Димон, Серёга и Лёха».
Лариса медленно положила сумку, сняла куртку и, не говоря ни слова, прошла на кухню. Через несколько минут туда зашёл Витя.
«Ты чего такая хмурая? Случилось что?»
«Ты притащил в мой дом четверых пьяных мужиков, устроил бардак и спрашиваешь, случилось ли что-то?» — Лариса говорила тихо, но с таким напряжением, что Витя невольно отступил. «Ты совсем обнаглел?»
Через полчаса гости разошлись — Лариса была непреклонна. Она молча собрала бутылки, вытерла стол и выбросила окурки. Всё это время Витя сидел на диване с обиженным видом.
«Не обязательно было так грубо выставлять ребят», — наконец сказал он. «Мы просто отдыхали культурно».
«Культурно?» — Лариса скептически оглядела гостиную. «Я бы назвала это по-другому. Кто разрешил курить в квартире?»
«Да ладно тебе. Подумаешь, пару сигарет. Проветрим — и всё».
«Не в этом дело, Витя», — Лариса устало опустилась в кресло. «А в том, что ты не уважаешь ни нас, ни наш дом, ни наши правила. Ты живёшь здесь на всём готовом и даже не пытаешься хоть как-то облегчить нам жизнь. Наоборот — создаёшь только проблемы».
«Чё, опять начинаешь?» — Витя поморщился. «Сколько можно пилить? Я же сказал — найду работу и съеду. Потерпи немного».
«Сколько, Вить? Сколько ещё терпеть? Неделю? Месяц? Год?»
В этот момент в квартиру вошёл Сергей. Он сразу почувствовал напряжение.
«Что тут происходит?»
«Твоя жена моих друзей выгнала», — пожаловался Витя. «Как будто это не мой дом тоже».
«Это НЕ твой дом!» — Лариса вскочила. «Это наша с Сергеем квартира! Ты здесь временно, и мы оба знаем, что это „временно" затянулось!»
«Лар, успокойся», — Сергей подошёл к жене. «Давай без криков».
«Я спокойна», — она сделала глубокий вдох. «Просто хочу, чтобы твой брат наконец понял: его время здесь истекло. Он должен съехать. Немедленно».
«Прямо сейчас?» — возмутился Витя. «Куда я пойду?»
«Не знаю, и, честно говоря, меня это не волнует», — отрезала Лариса. «Но я больше не могу и не хочу терпеть это безобразие. Я не обязана терпеть твоего брата, который пьёт и спит на нашем диване уже третий месяц!»
После ужина, проведённого в гробовой тишине, Витя ушёл «прогуляться», а Сергей и Лариса закрылись в спальне для серьёзного разговора.
«Я понимаю, что ты устала от всего этого», — начал Сергей примирительным тоном. «Но нельзя же вот так просто выставить человека на улицу».
«Почему нет?» — Лариса сидела на краю кровати, скрестив руки. «Он взрослый мужчина, а не беспомощный ребёнок. Может найти себе жильё, работу, наладить жизнь. Вместо этого он решил, что может вечно жить за наш счёт».
«Он не может сейчас снять жильё — у него нет денег. И работу не так-то просто найти в его возрасте».
«А у его друзей переночевать не может? Того же Коляна или как его там? Они вместе пьянствуют, но почему-то жить он должен у нас».
Сергей устало потёр лицо руками.
«Витя мой брат, Лар. Единственный близкий родственник, который у меня остался. Я не могу его бросить».
«А меня, значит, можно?» — тихо спросила Лариса. «Я ведь не шутила про развод. Я действительно больше не могу так жить».
«Ты ставишь мне ультиматум?» — Сергей нахмурился. «Выбирать между женой и братом?»
«Похоже на то», — Лариса кивнула. «Я пыталась быть терпеливой, правда. Но три месяца — это слишком. Я хочу вернуть наш дом, нашу жизнь, наше личное пространство. Либо Витя съезжает, либо я подаю на развод».
«А если я попрошу его найти работу в течение недели? Если он устроится, сможет снимать комнату...»
«Мы уже слышали эти обещания», — Лариса покачала головой. «Он не ищет работу и не собирается. Ему и так неплохо живётся за наш счёт. Я не верю, что что-то изменится».
«Дай ему ещё один шанс. Последний. Одну неделю», — Сергей взял её за руку. «Пожалуйста, Лар. Ради меня».
Лариса колебалась. Она любила мужа и понимала, что для него значит семья. Но сколько можно наступать на одни и те же грабли?
«Хорошо», — наконец сказала она. «Одна неделя. Но это действительно последний шанс».
Следующая неделя выдалась напряжённой. Витя, похоже, понял, что ситуация серьёзная, и действительно начал искать работу. По крайней мере, он каждый день уходил «на собеседования», одевшись поприличнее.
«Ну как, есть подвижки?» — спросила Лариса в среду, когда он вернулся домой.
«Вроде бы да», — неопределённо ответил Витя. «Одно место выглядит перспективно. Послезавтра финальное собеседование».
«Отлично», — кивнула Лариса. «А пока, может, поможешь с домашними делами? Посуду помоешь, в магазин сходишь?»
«Да без проблем», — с неожиданным энтузиазмом ответил Витя. «Говори, что нужно».
К удивлению Ларисы, он действительно вымыл посуду и даже пропылесосил в гостиной. Может, наконец-то дошло?
В пятницу вечером Витя вернулся домой в приподнятом настроении.
«Ребята, у меня получилось!» — заявил он с порога. «Меня взяли! Кладовщиком на склад! С понедельника выхожу».
«Поздравляю!» — искренне обрадовался Сергей, хлопая брата по плечу. «Вот видишь, Лар, я же говорил, что он справится!»
Лариса улыбнулась, но более сдержанно.
«Это хорошие новости, Витя. А когда планируешь съезжать?»
«Ну, тут такое дело...» — Витя замялся. «Мне нужно хотя бы месяц поработать, чтобы накопить на первый взнос за квартиру. Вы же не выгоните меня прямо сейчас?»
Лариса почувствовала, как внутри снова закипает раздражение.
«Мы договаривались, что ты съедешь через неделю».
«Так это если не найду работу!» — возразил Витя. «А я нашёл! Просто дайте мне ещё немного времени — и я свалю сам, обещаю!»
«Ну вот, теперь-то всё наладится», — обрадовался Сергей. «Что скажешь, Лар? Пусть поживёт ещё немного. Он же устроился на работу, выполнил обещание».
Лариса молчала, чувствуя, что её снова загоняют в угол.
В выходные они с Сергеем решили сходить в кино, оставив Витю дома одного. Когда вернулись, квартира была подозрительно тихой.
«Вить, ты дома?» — позвал Сергей.
Тишина. В гостиной никого не было, хотя постельное бельё на диване оставалось неубранным.
«Может, вышел куда-то?» — предположила Лариса, снимая куртку.
Они прошли на кухню и замерли на пороге. Там сидел Витя, но не один. С ним была женщина — полуодетая блондинка лет тридцати, с явными признаками алкогольного опьянения.
«О, вы уже вернулись?» — Витя попытался изобразить непринужденность. «А мы тут с Маринкой... знакомимся».
Блондинка хихикнула и прижалась к Вите.
«Привет, ребята!» — произнесла она заплетающимся языком. «Витя много о вас рассказывал. Классная хата у вас!»
Лариса почувствовала, как краснеет от гнева.
«Витя, можно тебя на минутку?» — процедила она сквозь зубы.
Они вышли в коридор. Сергей последовал за ними, явно смущённый ситуацией.
«Ты притащил в наш дом какую-то пьяную женщину? Серьёзно?» — Лариса старалась говорить тихо, чтобы не услышала «гостья». «Это что вообще такое?»
«Да ладно тебе, Ларис», — Витя пожал плечами. «Маринка — хорошая девчонка. Мы в баре познакомились. Ей домой ехать далеко, вот я и предложил...»
«Что ты ей предложил? Переспать на нашем диване?»
«Ну, типа того...» — Витя неловко усмехнулся.
Лариса перевела взгляд на мужа.
«Серёжа, ты видишь, что происходит? Он использует нашу квартиру как дешёвый мотель!»
Сергей выглядел растерянным. Он переводил взгляд с жены на брата и обратно, явно не зная, что сказать.
«Вить, нехорошо получается», — наконец произнёс он. «Ты должен был хотя бы предупредить...»
«О чём? Что я взрослый мужчина и у меня есть личная жизнь?» — Витя начал раздражаться. «Я не могу жить как монах только потому, что вы приютили меня!»
«Приютили?» — Лариса не верила своим ушам. «Да ты живёшь у нас нахаляву три месяца! Ешь нашу еду, пьёшь наши напитки, не платишь за коммуналку! И теперь ещё имеешь наглость приводить сюда каких-то ш*л*в?»
«Не смей так о ней говорить!» — Витя повысил голос. «Ты вообще её не знаешь!»
«И не хочу знать!» — Лариса тоже перестала сдерживаться. «Я хочу, чтобы вы оба покинули мой дом! Немедленно!»
«Лар, успокойся», — Сергей попытался взять ситуацию под контроль. «Давайте все остынем...»
«Нечего тут остывать!» — оборвала его Лариса. «Я терпела три месяца. Терпела его лень, его враньё, его обещания! Но это — последняя капля. Либо он уходит прямо сейчас, либо я!»
На кухне снова послышался пьяный смех «Маринки».
«Вить, я дико извиняюсь, но тебе придётся уйти», — наконец сказал Сергей. «Хотя бы на сегодня. Переночуй у друзей».
«Ты серьёзно?» — Витя выглядел искренне удивлённым. «Ты выгоняешь родного брата из-за истерики своей жены?»
«Я не выгоняю. Просто прошу уйти на сегодня. Мы все на взводе. Завтра поговорим спокойно».
«Нет, Серёж», — Лариса скрестила руки на груди. «Никакого „завтра". Либо он съезжает насовсем, либо я подаю на развод. Я не шучу».
В комнате повисла тяжёлая тишина. Сергей смотрел то на жену, то на брата, пытаясь найти выход из ситуации, но очевидно было, что компромисс больше невозможен.
«Мне нужно подумать», — наконец сказал он, направляясь к входной двери.
«Куда ты?» — Лариса удивлённо посмотрела на мужа.
«Прогуляюсь. Мне нужно... воздухом подышать».
Дверь захлопнулась, оставив Ларису и Витю стоять в прихожей. Из кухни по-прежнему доносилось хихиканье нетрезвой блондинки, не подозревающей о драме, разворачивающейся в нескольких метрах от неё.
«Доволен?» — тихо спросила Лариса, глядя Вите прямо в глаза. «Ты разрушил нашу семью. Надеюсь, оно того стоило».
Она развернулась и пошла в спальню, громко захлопнув за собой дверь. Витя остался стоять в коридоре, внезапно осознав, что, возможно, зашёл слишком далеко. Но менять что-либо было уже поздно.
