История этих казачьих войск насчитывает несколько столетий. За это время менялся мир, менялись и казаки. Поэтому для определенности я возьму за основу 17-е столетие. Как пик казачьей вольницы, когда оба войска еще не подчинились полностью государству и не начали меняться под его суровой дланью.
В это время станичники жили в степи далеко от населенных мест, не сажали хлеба, а кормились добытым зверем и рыбой, проводили самостоятельную политику и нанимались соседним странам на службу, хотя смотрели все же в сторону Москвы и, соответственно, Речи Посполитой.
Между собой они поддерживали достаточно тесные отношения, и даже участвовали в военных мероприятиях друг друга. Но прямо братьями друг друга не считали: дружба дружбой, а табачок врозь. Например, в ходе того же азовского сидения запорожцы начали бурогозить, в связи с чем пришлось посадить на бочку пороха их атамана – пущай полетает!
Тем не менее, между ними было много отличий. И первое из них состояло в степени могущества. В 17-м веке Запорожское казачье войско представляло из себя сильнейшую военную организацию, тогда как донское казачество было относительно малочисленным и слабым.
Возможно, повлияло то, что жителям Московской Руси было, куда бежать: на Дон, в Сибирь, на Русский Север, где царская власть была не так сильна. Тогда как у украинцев выбора не было, хочешь вольной жизни – иди на Сечь. Возможно, сказалось то, что у запорожцев были богаче соседи, и военная добыча привлекала сюда больше людей.
Так или иначе, в Хотинской битве 1621-го года казаки выставили контингент, равный по численности войску крупного и богатого государства – Речи Посполитой, а именно 20-25 тысяч человек. Во время трех сражений восстания Хмельницкого в поле вышли более 40 тысяч казаков, не считая крестьянской бедноты, которой было еще больше.
С другой стороны, во время Азовского сидения, а это было их самое крупное военное предприятие того же столетия, донцы смогли собрать только 5 тысяч человек. Причем, под угрозой грабить имущество уклонистов и бросать в воду их самих. К тому же, запорожцы тогда отправили на помощь большой отряд. Да, во времена восстаний Разина, Болотникова и Булавина станичники собирали армии в десятки тысяч сабель. Но казаки там составляли лишь ядро войска, а в основном это были недовольные крестьяне.
Отсюда вытекает второе отличие. Запорожцы были могущественны, сохраняли независимость и были способны на собственные политические мероприятия. Хотим – помогаем на войне польским королям, хотим – заключаем союз с крымским ханом, хотим – переходим под руку московского царя или турецкого султана, лишь бы они не нарушали казачьи вольности. В 1577-и году Сечь даже помогла брату молдавского господаря Ивану Подкове захватить эту страну для себя.
С другой стороны, донское казачество в силу своей малочисленности было вынуждено очень рано подчиниться правителям Московской Руси. Уже в 17-м веке на Дону нередко появлялись царские эмиссары с целью вершить правосудие и проводить поиск беглых. А когда казачьи атаманы заходили слишком далеко, их выдавали собственные сторонники, поскольку это был единственный шанс сохранить свои головы.
Третье отличие состояло в разных политических интересах. Запорожцы большую часть времени являлись вассалами Речи Посполитой, и среди них было много православных дворян, считавших Сечь важным этапом своей военной карьеры. Таким образом, они всегда стремились интегрироваться в польско-литовское государство и занять там достойное место. Знали, что у любого помещика над крестьянами практически царские права. Соответственно, соглашаясь пойти на войну с турками или поднимая восстание, первым их требованием было признание казаков панами на Украине.
Донцы, напротив, понимали, что на Москве служилое сословие именно служит, а значит, во всем подчиняется царю. Русское дворянство не обладало даже малой частью польских вольностей, и его права по отношению к крестьянам были ограничены. Поэтому они никогда не стремились надеть на себя ярмо, и желали сохранить хоть малую, но независимость.
Например, они составили влиятельную фракцию на Земском соборе 1613-го года. Именно станичники тогда определили победу на выборах Михаила Романова. Но сословных требований не выдвигали, хотя возможность имели. И после избрания своего кандидата ушли в донские степи.
Четвертое отличие выражалось в разном составе казачьих войск. Если верить польским записям, то на Сечи встречались выходцы со всего Средиземноморья и даже шотландцы и англичане. Хотя, конечно, малороссы составляли ядро и именно они определяли лицо запорожского казачества.
Донцы были окружены восточными народами со всех сторон, вплоть до того, что даже выход в Черное море для них был заперт. Поэтому, помимо русских, среди них было немало калмыков и татар. А вот европейцев практически не было – по крайней мере, мы даже баек об этом не слышали.
По всей видимости, у запорожцев была сильнее связь с Русью и возможность транспортного сообщения с ней по Днепру. Поэтому у них не было необходимости жениться на татарка-ясырках, и это была больше донская «фишка». Донцы были известны темными волосами и смуглой кожей – сказывалась кровь тюркских народов.