Февраль-март 1945-го
Войска 1-го Белорусского фронта ведут напряжённые бои по расширению плацдармов на Одере в районе Кюстрина.
К концу марта окружённый в Кюстрине немецкий гарнизон был уничтожен. В
результате чего здесь образовался крупный плацдарм. Небольшие плацдармы
русские войска захватили также южнее Франкфурта.
Уничтожение противника в Восточной
Померании осуществляли войска 2-го Белорусского и правого крыла 1-го
Белорусского фронтов. Им помогала часть сил Балтфлота. В свою очередь,
армии 1-го Украинского фронта в феврале-марте вели бои в Силезии. На
правом крыле фронта проведена Нижне-Силезская операция. Перейдя в
наступление с плацдармов на Одере, советские войска прорвали оборону
противника, выйдя к реке Нейсе. В то же время обходным маневром с севера
и юга окружена 18-тысячная группировка врага в районе Глогау (Глогув) и
40-тысячная — в Бреслау. 1 апреля фашистские части в Глогау —
уничтожены.
10 февраля. Войска 2-го
Белорусского — севернее Быдгощи — перешли в наступление. Через 4 дня
соединения правого крыла 1-го Белорусского фронта ликвидировали
окружённые войска противника в Шнейдемюле. А 23 февраля — в Познани. Для
усиления войск, наступавших в Восточной Померании, Ставка ВГК направила
во 2-й Белорусский фронт 19-ю армию и 3-й гвардейский танковый корпус, а
также привлекла к наступлению основные силы 1-го белорусского фронта.
24 февраля. Наступление возобновилось. Прорвав оборону врага, войска 2-го Белорусского фронта 4 марта вышли к побережью Балтийского моря.
1 марта. Перешли в
наступление соединения Войска Польского, 3-й ударной, 61-й и 47-й армий,
1-й и 2-й гвардейских танковых армий 1-го Белорусского фронта. Через
четыре дня они также вышли к побережью моря у Кольберга (Колобжег).
Ударами двух фронтов восточно-меранская группировка врага была
расчленена. Достигнув моря, войска 2-го Белорусского фронта развернули
наступление в северо-восточном и восточном, а войска 1-го Белорусского —
в северо-западном и западном направлениях.
18 марта. Войска 1-го Белорусского взяли Кольберг, а через два дня очистили побережье от противника, — выйдя на Одер.
28 марта. 2-й Белорусский освободил Гдыню. Спустя пару дней — Данциг. Разгром противника в Восточной Померании был завершён!
Непотопляемая 37-я
В феврале 45-го войска 65-й армии окружили
почти 10-тысячный гарнизон в Грудзёндзе и одновременно стали расширять
плацдарм на западном берегу Вислы южнее города. Армия оказалась
разорванной на две части. Командарм генерал П.Батов решил основные
усилия своих войск сосредоточить на плацдарме с целью его расширения, а
для блокировки Грудзёндза оставить 37-ю гвардейскую стрелковую дивизию.
Усилив её 40-м гвардейским танковым огнемётным полком, двумя батальонами
218-го армейского запасного стрелкового полка и учебным батальоном.
Своё решение он доложил командующему 2-м Белорусским фронтом маршалу
К.Рокоссовскому. Константин Константинович как всегда внимательно
осмотрел местность, полноводную Вислу, оценил противника по данным армии
и фронта и поддержал решение Батова. Однако внёс в план существенные
коррективы. Командующий фронтом понимал, что одна, даже усиленная, 37-я
гвардейская дивизия, насчитывающая около 3 тысяч человек, не в состоянии
отразить удар втрое превосходящего противника, который может выйти на
тылы армии и причинить много вреда.
Маршал приказал временно передать тридцать седьмую дивизию в подчинение
второй ударной армии. Командующему этой армией генералу И.Федюнинскому
он поставил задачу выдвинуть к Грудзёндзу девяносто восьмой стрелковый
корпус генерала Г.Анисимова, который принимал в свой состав и тридцать
седьмую дивизию. 65-я армия получила возможность полностью сосредоточить
свои силы, кроме одной дивизии, на вислинском плацдарме. События
развивались быстро, обстановка осложнялась. В ночь на 4 февраля
противник, окружённый в крепости Торунь, нанёс сильный контрудар,
прорвал оборону и стал двигаться по тылам семидесятой армии на север к
переправам у Грудзёндза. Командующий 65-й армией снял с плацдарма две
дивизии, направив их навстречу торунской группировке. В то же самое
время немецко-фашистские войска контратаковали соединение шестьдесят
пятой армии на плацдарме, а тридцать седьмую дивизию — из Грудзёндза.
Развернулись напряжённые кровопролитные бои. Они длились почти целую
неделю. Вражеская группировка, вырвавшаяся из крепости Торунь, была
прочно зажата в кольцо в чистом поле и уничтожена. Отбиты были и
контратаки противника на плацдарме из и — из Грудзёндза.
10 февраля поступила директива ставки,
определявшая задачи, цели и сроки Восточнопомеранской операции. Дивизии
65-й армии спешно возвращались на плацдарм, так как им было приказано
развернуть наступление в Северном направлении к Балтике через Восточную
Померанию. Приступила к организации боя по разгрому в Грудзёндзе и 37-я
дивизия. Этот город занимал важнейшее на тот момент
оперативно-стратегическое положение. Через него проходили основные
сухопутные железнодорожные, водные пути из Центральной Польши — в
Померанию. В Грудзёндзе находилось много военных заводов, к городу
примыкал аэродром с ангарами, мастерскими по ремонту самолётов, речной
порт со стоящими у причала скованными льдом пароходами, баржами, также
другие предприятия. Вокруг Грудёндза создана сильная оборона, состоявшая
из трёх рубежей, упиравшихся своими концами в Вислу.
Они имели большое количество дотов, дзотов, бронеколпаков, баррикад,
минных полей, траншей-окопов. В центре города находилась старая, но
довольно прочная крепость. Следует отметить, что немецко-фашистское
командование при отступлении под ударами Советской армии преднамеренно
оставляло в городах и крепостях крупные гарнизоны, приказывая им под
страхом смертной казни вести боевые действия в окружении до последнего
патрона — и до последнего солдата... Сей немилосердной тактикой оно
стремилось снизить темпы наступления советских войск, отвлечь
значительные силы и средства для блокады крепостей, выиграть время для
сепаратных переговоров с нашими западными союзниками, а также успеть
подготовить резервы и оборону в глубине. Пленные показывали, что по
приказу Гиммлера, назначенного командующим группой армий «Висла», был
расстрелян комендант Грудзёндза, усомнившийся в надёжности и
целесообразности обороны города. Всё это и определило ожесточённость
борьбы.
Первоначально 37-я дивизия, имея все три
стрелковые и таковые полки в первом эшелоне, пыталась с ходу прорвать
вражескую оборону и овладеть ж/д станцией Грудзёндза, но её усилия не
увенчались успехом. Слишком неравными были силы. Тогда командир дивизии
генерал-майор С.Рахимов прекратил бесплодные атаки и стал менять тактику
борьбы. После небольшой перегруппировки полки дивизии начали штурм
Грудзёндза. Солдаты и командиры понимали, что нужно как можно скорее
взять город. Он — крайне сковал силы, необходимые для наступления армии в
глубину Восточной Померании. За каждый дом, квартал и улицу шли
исключительно тяжёлые бои. В опорных пунктах всё время завязывались
рукопашные схватки. Пулей и гранатой, штыком и прикладом прокладывали
русские солдаты путь вперёд.
За день напряжённого боя части дивизии продвинулись на 100-200 метров.
Наступавший в центре 109-й полк овладел табачной фабрикой в восточной
части города. 114-й полк, действовавший слева, взял товарную станцию. А
118-й — на правом фланге — захватил несколько зданий. И так — каждый
день. Чем ближе подходила дивизия к центру города, где была крепость,
тем туже затягивалась петля вокруг обречённых на гибель фашистов, а бои
становились всё ожесточённее.
Генерал Фрикке виляет хвостом
Рахимов приказал выдвинуть часть
152-миллиметровых гаубиц и 122-миллеметровых пушек 86-го гвардейского
артполка на прямую наводку. Для разрушения долговременных сооружений он
привлёк и приданный дивизии тяжёлый артполк. Прицельный огонь орудий
крупных калибров, огнемётных танков, авиации позволил активизировать
действия штурмовым группам. Стрелки, автоматчики-пулемётчики, маскируясь
развалинами, проникли в здания и вели бой на этажах, чердаках и в
подвалах. Командир немецкого гарнизона в Грудзёндзе генерал Фрикке,
понимая, что помощи ждать неоткуда, что гарнизон рано или поздно будет
уничтожен, пошёл на хитрость. Направив в штаб красных своего
представителя с белым флагом, который был доставлен в штаб дивизии
Рахимова. Гитлеровский офицер, знавший русский язык, сообщил, что его
командование просит во избежание ненужных жертв с обеих сторон выпустить
гарнизон из осаждённой крепости — для ухода на запад к своим войскам.
Ему было задано несколько вопросов.
Рахимов:
— Почему во избежание ненужных потерь гарнизон хочет уйти, а не сдаться в плен?
— Точно не знаю, — последовал ответ. — Возможно, генерал Фрикке имеет на этот счёт секретный приказ.
— Знают ли Фрикке и его штаб, с какими советскими войсками они воюют?
— Да, да. Все знают, что в городе наступают отборные советские войска.
Особенно знаменитая Сталинградская 37-я гвардейская дивизия.
Этот ответ говорил о многом. Гитлеровцы,
безусловно, боялись гвардейцев — и боялись неслучайно. 37-я дивизия
формировалась из бригад 1-го воздушно-десантного корпуса в Подмосковье и
была целиком партийно-комсомольским соединением, в котором
насчитывалось свыше тысячи коммунистов и около 8 тысяч комсомольцев.
Дивизия состояла из добровольцев-десантников — сильных, смелых и хорошо
обученных воинов. Маршал Советского Союза В.Чуйков в книге «Начало пути»
писал:
«Не могу не сказать несколько слов о прибывших гвардейцах 37-й дивизии генерала В.Жолудева. (Первый комдив 37-й, трагически погибший в Белоруссии в 1944 г., — ред.).
Это действительно гвардия! Люди все молодые, рослые, здоровые, многие
из них были одеты в форму десантников, с кинжалами-финками на поясах.
Дрались они геройски… Появление 37-й гвардейской дивизии на главном
направлении удара опрокинуло планы Паулюса. Ему не удалось нанести
внезапный удар и прорвать наш фронт».
И вот теперь, зимой 1945 г., дивизия
громила противника в Восточной Померании. Её удары уже почувствовал
гарнизон Грудзёндза. Ответ командования переговорщику: только
безоговорочная капитуляция! Немецкий офицер заявил, что не уполномочен
решать сей вопрос. Его проводили обратно до передовой линии, и он
вернулся в крепость. Вообще появление гитлеровского представителя
насторожило командование. Случай с прорывом торунской группировки
подсказывал, что окружённый гарнизон, видимо, имел задачу не только
длительной обороной отвлекать на себя крупные силы советских войск, но и
прорываться из крепости и, действуя по тылам, выходить к своим для
продолжения борьбы уже на фронте. Но…
Генерал Фрикке упустил время для этой акции. Хотя линия фронта за Вислой
была недалеко, в 30-40 км от Грудзёндза. Однако прорваться из крепости
практически было невозможно, даже имея численное превосходство. Дело в
том, что начавшаяся оттепель привела в движение лёд на реке,
образовались большие полыньи. Кроме того, на западном берегу держали
оборону советские части. Прорыв в восточном направлении ничего не сулил,
кроме быстрого разгрома на открытой местности. Вот и решился Фрикке на
эту хитрость: но и тут просчитался. Просчёт состоял в том, что рядовые
бойцы и большинство офицеров не хотели умирать здесь и — стали
поодиночке сдаваться в плен. Большую помощь в работе среди вражеского
гарнизона оказала группа немецких антифашистов из нацкомитета «Свободная
Германия».
Капитуляция неизбежна
Командование 37-й дивизии с разрешения
вышестоящего руководства в ответ на визит вражеского представителя
направило в крепость свою группу. Цель: склонить Фрикке и его штаб к
капитуляции. Однако переговоры, длившиеся полчаса, ничего не дали. Бои
продолжались. К концу февраля все три полка пробились к каналу Гросс
Герман, который прикрывал крепость с юго-востока. К этому же времени
109-й полк при поддержке истребительно-противотанкового дивизиона и
артдивизиона из 86-го артполка, наступавшего вдоль берега Вислы,
соединился с подразделениями 142-й стрелковой дивизии 2-й ударной армии,
которые также продвигались вдоль Вислы с севера.
К 1 марта 37-я дивизия очистила от гитлеровцев 10 кварталов, захватила
лётную школу с ангарами и находившимися там самолётами. А к 4 марта
полки форсировали канал Гросс Герман и стали выкуривать немцев из дотов и
крепостных казематов, преодолели последнюю водную преграду — канал
Тринке. Теперь спасения для фашистов не было точно! — На следующий день
генерал Фрикке подписал акт о безоговорочной капитуляции.
Итоги боевых действий за Грудзёндз внушительные. Захвачено:
- 291 самолёт, в том числе 44 исправных,
- 260 вагонов, 12 паровозов,
- 36 новых пулемётов,
- 7орудий,
- 14 складов.
- В плен взято 3 204 солдат и офицеров.
Уничтожено:
- 10 артиллерийских батарей,
- 12 миномётных батарей,
- около 50 долговременных огневых точек,
- пленено до 2 500 гитлеровцев.
Рахимов — первый генерал, вышедший из
среды узбекского народа. Бывший батрак стал красным командиром ещё во
время кровопролитной борьбы с басмачеством. Настойчиво овладевал военным
искусством. 11 ранами и четырьмя орденами Красного Знамени отмечен его
боевой путь. Он принял 37-ю гвардейскую от генерала В.Морозова, ушедшего
на повышение. Генерал Рахимов был смел и горяч в решениях. Погиб 26
марта 1945 года при наступлении на Данциг.
К исходу 10 марта 65-я армия, ведя боевые действия в лесистой местности,
перерезала шоссейную дорогу Данциг (Гданьск)—Картхауз (Картузы). А 37-я
дивизия вышла к реке Радуне Флисс. Поздним вечером командующий фронтом
К.Рокоссовский поставил армии новую задачу. Он изменил на 90 градусов
направление её главного удара. Теперь армии предстояло действовать не в
северном направлении, а на восток, на Данциг. При этом указано, что
поворот армии нужно осуществить в ходе наступления.
Повернулась фронтом на восток и 37-я
дивизия. С.Рахимов перегруппировал силы исключительно быстро и умело:
118-й полк остался на месте. Завернул лишь левый фланг; в центр вышел из
второго эшелона 114-й полк, а 109-й совершил маневр с левого фланга на
правый. Утром части повели наступление в новом направлении.