Поскольку влесовцы – в основном люди эмоциональные, то Великий Бурлук как место действия большинству из них понравился гораздо больше, чем скучное Куракино-Преображенское.
Правда, эта усадьба находится в Харьковской губернии, а не на "Курском или Орловском направлении". Но всё-таки там белые проходили в период наступления на снова ставшую столицей Москву. И пусть Задонские не были князьями, но зато были убиты.
И фамилия совпадает. Хотя в сводке работавшего у белых информационно-пропагандистского агентства ничего не сказано о хозяйке дома Е.В. Задонской, а написано 17 (30) августа 1919 года было о "семье князя Вадбольского" из 8 человек и при них бонна-англичанка [114].
Кто же эти не-князья?
Основателем рода был казачий полковник Григорий Донец, упокоенный в 1691 году в им же основанном Куряжском монастыре. (Кто читал "Педагогическую поэму", тот монастырь наверняка вспомнит.) Затем род слился c другим иссыхающим и получились Донец-Захаржевские. Однако и этот род пресекся по мужской линии. И когда Елизавета Андреевна Донец-Захаржевская (1807-1882) вышла замуж за Воина Дмитриевича Задонского (1785-1885), остались лишь Задонские [115, 121, 122].
Рождение Воина Дмитриевича окружено сомнительными байками. "Биографический словарь" 1916 года со ссылкой на книгу его невестки пишет: "Родился в 1785 г. Сын штаб-офицера. В 1791 г., когда ему только исполнилось 6 лет, был зачислен в Таганрогский драгунский полк." Заболев тифом, он скончался в Николаеве. Тело его перевезено было в имение жены Великий Бурлук (Харьковская губерния) и погребен здесь в конце января 1856 г. В качестве помещика Задонский относился к своим крестьянам с исключительной заботливостью: устраивал больницы и выписывал врачей. Мудрая, неутомимая деятельность хозяина соединялась в нем с великодушной щедростью: полученное им в наследство от отца имение он целиком отдал своим сестрам, заявив, что для него достаточно его жалованья." [116] Нельзя не заметить, однако, что имя отца не названо. И мне не удалось найти ничего о его сестрах.
В 1947 в эмиграции вышла книга с другими данными: "Внебрачный сын генерала Стрешнева от сожительства с черкешенкой, умершей родами. Род. в 1780 г. на Кавказе. Ум. в 1855 г. в Николаеве. Погребен в имении жены в Велик. Бурлук. Служил в военной службе 63 года, умер генерал-майором. 1-я жена: N. 2-я жена (с 1825): Елизавета Андреевна Донец-Захаржевская." [117] Женат, действительно, был дважды, дочь София от первого брака умерла малолетней [115]. Год рождения другими источниками не подтверждается. А главное – не найти генерала Стрешнева.
Дальняя родственница Задонских, урожденная Неклюдова, в мемуарах 1975 года отметила: "Воин Дмитриевич был привезен четырех лет в кадетский корпус и не имел никаких родственников. О своем происхождении он не знал ничего, никаких родных не имел. На него были записаны богатые угодья в Волчанском уезде." [118] И это, вроде бы, подтверждает, что он был незаконнорожденным. Хотя непонятно, что были за угодья, если не существовало сестер, которым он их передал. Жил-то он у жены.
Так или иначе, но служил Воин Дмитриевич достойно, дошел до чина генерал-лейтенанта. А в 1850 году был жалован дипломом на потомственное дворянское достоинство [119; Сетевое издание Геральдика.ру].
Старший из пяти его сыновей, Андрей Воинович Задонский (1830-1870), получил в наследство Великий Бурлук [120]. В 1858 или 1859 году женился на Екатерине Васильевне Неклюдовой (1834-1918) [120, 121, 124]. Сама она родилась неподалеку, в Екатериновке, которой владел еще ее дед Николай Васильевич Неклюдов (1762-1849) [125], и которую она унаследовала.
Детей у супругов было всего трое:
- Василий (1861), унаследовавший после смерти отца усадьбу в Великом Бурлуке,
- Ольга (1863), в замужестве Вадбольская, получившая Екатериновку,
- Екатерина (±1868), в замужестве Куколь-Яснопольская, жившая вдалеке и потому не имеющая отношения к нашей истории [123].
![Усадьба Задонских в Великом Бурлуке. [122]](https://avatars.dzeninfra.ru/get-zen_doc/271828/pub_67e5f5ba353f7a6af6b4f35f_67f853fcb3a73932950df646/scale_1200)
"Великий Бурлук, имение в степной части Харьковской губернии, бывшее Донец-Захаржевского, ныне Е.В. Задонской. «До 1680 года земли по реке Бурлуку были заняты старшинами Харьковского полка, а потом перешли в поместье полковнику Константину Григорьевичу Донцу и укреплены за сыновьями его царской грамотой». .... Деревянный дом окончен постройкой генералом Воином Дмитриевичем Задонским (около 1835 года), женатым на Елисавете Андреевне Донец-Захаржевской. .... Дом производит впечатление каменного, так идеально пригнаны доски обшивки, такой подобранный чистый лес был использован для нее. Единственным его украшением является портик. Колонны его поставлены на высокий пьедестал. Посредине помещен балкон. .... Высоко на холме, видный отовсюду, расположен Преображенский храм. .... Выйдя из храма на открытое поле, можно окинуть общим взглядом всю усадьбу на склоне холма. Закутавшаяся в зелень парка, оазисом кажется она среди оголенных холмов." [122]
По семейным причинам Василий Андреевич Задонский, сколько-то проживший хозяином в Великом Бурлуке, переселился на хутор Под-Средний (Подсредний), километрах в семи от Великого Бурлука [123]. В 1909 там он и умер, оставив хутор дочери Екатерине Васильевне. К 1918 году именно в Под-Среднем она проживала с мужем Николаем Неклюдовым и тремя детьми [123].
Имение же в Великом Бурлуке должно было перейти к сыну Андрею Васильевичу (1896 г.р.), однако и в статье Харьковских епархиальных ведомостей 15 ноября 1910 года, и в книге Лукомского, опубликованной в 1917 [122], хозяйкой названа Екатерина Васильевна Задонская. Формально он стал владельцем к 1918, по совершеннолетию, однако не похоже, что постоянно проживал в усадьбе.
Семья князя Вадбольского жила в Екатериновке [125].
Возвращаясь к нашим сложностям.
Остается только предполагать, что боевой командир Федор Артурович Изенбек страдал фрагментарным мышлением, поэтому запомнил от Вадбольского княжеский титул, от старушки-хозяйки Екатерины Васильевны фамилию Задонских, от координат местности общий шаг от Ростова-на-Дону к Москве. Хотя если он выяснил, как звали хозяйку, то вроде бы мог узнать и то, что семья ее внучки живет в Под-Среднем. И не таскать чужие раритеты. Особенно при казавшемся победным марше на Москву. А если установил это уже в Брюсселе, то внучка ведь тоже эмигрировала, опять же можно было разыскать ее и вернуть дощечки законной владелице.
Древние дощечки были обнаружены в 1919 году белым офицером, командиром артиллерийского дивизиона Марковского полка Ф. А. Изенбеком в разгромленном имении Великий Бурлук, принадлежавшем любителям старины Задонским-Неклюдовым. Все хозяева были истреблены большевиками, поэтому предыстория, какими путями попала к ним книга, остается неизвестной. [Шамбаров В.Е. Русь: дорога из глубин тысячелетий. 2009. Глава 11.]
Как обычно, с фактами не дружит (это и антивлесовцев касается в немалой степени). Изенбек никогда не командовал дивизионом, только батареей, в которой было то 2 орудия, то по случаю 8. А в описываемый период даже батареи у него еще не было.
Неклюдовым Великий Бурлук никогда не принадлежал. Задонские же известны были религиозностью, музыкальностью, умением вести хозяйство и антипатиями к выборности как принципу. А не любовью к старинным рукописям [121].
Кто именно и кого именно убил в Великом Бурлуке – толком не расследовалось. Наверняка можно сказать, что погибло несколько человек. И что в Под-Среднем оставались близкие родственники. Проживал ли в 1919 кто-то в имении если не из хозяев, то хотя бы из слуг? Неизвестно. В мемуарно-документальных записях белоэмигрантов такие мелочи не упоминаются, они вспоминают свои бои и потери.
Так чем же меня не устраивает великобурлуцкая версия? В первую очередь, вышеназванными нестыковками с титулами, фамилиями и привязкой к местности. Во вторую – тем, что по имеющимся данным первыми в Большой (он же Великий) Бурлук вошли Корниловцы.
"4 (17) июня 1919 Корниловский Ударный полк со своей артиллерией перешел через ст. Моначиновка – д. Екатериновка в с. Большой Бурлук" [87].
"6 (19) июня 1919 Корниловский Ударный полк с 3-й марковской батареей и 1-м взводом 7-й гаубичной батареи переходит из с. Большой Бурлук на ст. Белый Колодезь" [87].
Изенбек в это время был еще старшим офицером в Генерала Маркова батарее.
"4 (17) июня 1919 Корниловский Ударный полк с 3-й батареей перешел в с. Бол. Бурлук, где полку был придан еще 1-й взвод 7-й, который вышел из подчинения командиру Партизанского Генерала Алексеева полка. Продолжая наступление вдоль ж.д. линии Купянск-Белгород, полк со своей артиллерией 6 (19) июня с боем занял ст. Белый Колодезь. .... Вечером эшелоном на станцию прибыл отряд полковника Наумова, в составе 3-го батальона Офицерского Генерала Маркова полка с Генерала Маркова батареей и 2-м взводом 4-й, который перешел в с. Сев. Гнилицы <ныне Гнилица Первая>". [89, с.173]
7 (20) июня 1919 отряд полковника Наумова был направлен в район с. Ольховатка, но рейд оказался ненужным, так как красные оттуда ушли [89, с.174]. Поскольку в Гнилицу отряд, похоже, не вернулся, следуя за общим наступлением на север, то это был единственный шанс Федора Артуровича прогуляться по библиотеке Задонских.
Как видите, есть несколько вероятных путей отряда. Какой именно был выбран, записи не уточняют. Зависело многое не только от километража, но и от состояния дорог, и от наличия разного цвета банд в окрестностях. Допустим, что через Яичное и Плоское вышли таки к Великому Бурлуку.
В общем-то, от дороги до усадьбы не так уж далеко. Но во время боевого рейда старший офицер одного из подразделений отряда не может отлучиться на часок, чтобы пошарить по разгромленной усадьбе. Отряду требовалось преодолеть около 40 км, что предполагает хоть небольшой привал. Однако делать его логично там, где можно получить если не провиант, то хотя бы возможность согреть свои запасы и вскипятить воду. Сворачивать с приличной дороги на проселок и добавлять к своему пути лишний километр ради голых стен?
А когда началось Великое отступление белых армий, ставший уже командиром 4-й батареи Ф.А. Изенбек в Великом Бурлуке не был замечен.
Куракино ли, Великий ли Бурлук, трудно не согласиться с Лесным: "Первое, что бросается в глаза узнающему эту историю, это то, что в 1919 г. существовала какая-то несомненно состоятельная и образованная семья, владетельница большой и, вероятно, старой библиотеки, которая была так безразлична к истории и культуре своей родины, что не удосужилась сообщить какому-нибудь ученому или университету о существовании загадочных дощечек: поистине глубину культуры этих людей трудно измерить". [68]
Ну, это если считать, конечно, что дощечки были.
68. С. Лесной. Влесова книга – языческая летопись доолеговской Руси. Виннипег, 1966.
87. Левитов М.Н. Материалы для истории Корниловского ударного полка. Париж, 1974.
89. 50 лет верности России. Издание марковцев-артиллеристов. Париж, 1967.
114. Красный террор в годы Гражданской войны / Сборник документов под ред. Ю. Фельштинского. М., 2004. С.243.
115. Оковитая К.А. Слава і гордість краю бурлуцького. Харків. 2017. 192 с.
116. Русский биографический словарь / изд. под наблюдением пред. Имп. Рус. ист. о-ва А. А. Половцова. СПб: Имп. Рус. ист. о-во. Т. 7. 1916.
117. Ртищев Ю.С. Бастарды. Том 1. Париж, 1947. С.28-29.
118. Миллер Т.А. Две эпохи: события и случаи. // журнал "Континент" 1984. №40. С.270-272.
119. Чулков Н.П. Русский провинциальный некрополь. М.,1996.
120. Неклюдов П.А. Из материалов к родословной Неклюдовых. СПб. 1900.
121. Каплин А.Д. Для меня дорога и бесценна только одна истина // сетевая публикация на портале "Русская линия", 14.04.2009.
122. Лукомский Г.К. Старинные усадьбы Харьковской губернии. Ч.1. Петроград. 1917. (в переиздании 2005 года: с.83-86)
123. Рыбалка А.А. Вiвтар i кров – пост в блоге, май 2015.
124. Исповедные росписи. Волчанский уезд, 3-й округ 1915 г. (ГАХО Ф.40, оп.110, ед.хр.932 - Лл.249-426.)
125. Статья "Екатериновка" на сайте "Україна Інкогніта".