– Ты видел, что сегодня отец опять вытворял? – тихо спросила Лена, ставя чашку на столик. – Мало того, что пришел без предупреждения, так еще и Софью разбудил своими воплями!
Андрей вздохнул, проводя рукой по волосам.
– Видел, Лен, видел. Сам чуть не сорвался. Понимаю, они рады внучке, но это уже переходит все границы.
– “Рады”? – Лена усмехнулась. – Да они не рады, они собственнически относятся к Софии, как будто это их игрушка! Сначала доставали с этими “когда внуки?”, а теперь, когда ребенок появился, жизни не дают! Помнишь, как твоя мама пыталась мне сегодня объяснить, как правильно пеленать ребенка? Как будто я сама не знаю!
– Помню, Лен, помню. И помню ее ехидный вопрос про новые шторы в детской. “Вот я нашла в каталоге со скидкой, такие нежные, с мишками”. Как будто у нас нет своего вкуса!
Лена встала и подошла к окну, глядя на темнеющее небо.
– Я уже серьезно подумываю о том, чтобы сменить замки.
– Не надо так радикально, – Андрей подошел к ней и обнял за плечи. – Давай попробуем поговорить. Спокойно, без криков.
– Говорить? Ты забыл прошлый раз? “Мы же просто хотим помочь!” – Лена передразнила свекровь. – “Мы же хотим, чтобы у нашей внучки было все самое лучшее!”
В дверь раздался звонок. Оба переглянулись.
– Это они, – прошептала Лена.
Андрей открыл дверь. На пороге стоял его отец, Виктор Петрович, с пакетом в руках.
– Андрюша, Леночка! А мы тут пирожков с капустой принесли! Лена, тебе, наверное, некогда печь, с ребенком-то!
– Спасибо, Виктор Петрович, – вежливо сказала Лена, стараясь сдержать раздражение. – Проходите.
Виктор Петрович вошел в квартиру, осматриваясь по сторонам.
– Что-то тихо у вас, Софьюшка спит, что ли? Сейчас мы ее…
– Пап! – резко остановил его Андрей. – София спит. Пожалуйста, говори потише.
Виктор Петрович нахмурился.
– Ну что ты, как не родной? Я же не кричу! Просто…
– Просто помните, пожалуйста, что у нас есть ребенок, которому нужен покой, – перебила его Лена, стараясь говорить спокойно.
Виктор Петрович поставил пакет на стол.
– Да я понимаю, конечно. Просто соскучился по внучке. Можно хоть одним глазком взглянуть?
– Нет, Виктор Петрович, нельзя, – твердо ответила Лена. – София спит, и мы не хотим ее будить.
В голосе Лены послышались стальные нотки. Виктор Петрович удивленно вскинул брови.
– Ну что ты, Лена, как…
– А знаешь, Виктор Петрович, что еще нельзя? – перебила его Лена, сделав шаг вперед. – Нельзя приходить без предупреждения. Нельзя хлопать дверьми. Нельзя играть с грязными руками с лицом ребенка. Нельзя учить меня, как воспитывать собственную дочь!
Виктор Петрович опешил. Он никогда не видел Лену такой.
– Лена, я… я не хотел…
– Хотели или не хотели, это уже неважно, – Лена говорила твердо и спокойно, но в ее глазах горел огонь. – Мы с Андреем любим Софию и сами разберемся, как ее воспитывать. И если вы хотите, чтобы мы и дальше вам разрешали видеть внучку, пожалуйста, уважайте наши правила. Иначе…
– Иначе что? – пробормотал Виктор Петрович, чувствуя, как холодок пробегает по спине.
– Иначе вы нас больше не увидите, – закончила Лена, глядя Виктору Петровичу прямо в глаза.
Виктор Петрович молчал, переваривая услышанное. Наконец, он вздохнул и опустил голову.
– Хорошо, Лена. Я понял. Простите меня.
Он взял пакет с пирожками и направился к двери.
– Я позвоню завтра, – сказал он, прежде чем выйти.
Лена закрыла дверь и повернулась к Андрею.
– Ну что, полегчало? – спросил он с улыбкой.
Лена обняла его.
– Очень. Спасибо, что поддержал меня.
– А куда я денусь? – ответил Андрей, прижимая ее к себе. – Мы теперь одна команда. И наша главная задача – защищать нашу маленькую Софию от непрошеных советов и грязных рук.
Тишину снова нарушало лишь мирное посапывание Софии в соседней комнате. Лена и Андрей переглянулись, и в их глазах отражалась решимость и любовь. Они были готовы защищать свою семью от любых посягательств, даже если эти посягательства исходили от самых близких людей. Потому что самое главное – это счастье и благополучие их маленькой дочери. И они сделают все возможное, чтобы его сохранить.
