Сегодня 40 дней по Юре.
Пятничное страшное известие нас с друзьями вышибло просто. Утром листала ленту, увидела фото Юры Фомиченко – там, где он в Питере. Думаю, снова уехал туда. А потом вдруг – следующий пост, где написали, что он погиб (13 марта).
Автор: Ольга Москаленко, журналист
И все эти дни – воспоминания. Очень отчётливо – редакция «Молодёжки», куда я приходила, ещё учась в школе.
Мальчики были старше, работали во взрослом издании, но вместе с нами выпускали молодёжное приложение. Мы как-то мгновенно подружились.
Фома, Димка Кваша и Саша Саратцев придумывали темы для выпуска, и наши сборища проходили весело-задорно: весь 11-й этаж был на ушах. Юра нам рассказывал какие-то истории, мы хохотали как ненормальные. Возрастные журналисты то и дело заглядывали к нам в кабинет и просили угомониться. Юра говорил: «Да-да, будем разговаривать шёпотом», но длилось это от силы минут пять, и потом всё начиналось сначала.
Статьи мы писали такие, что мама была уверена: я попала в плохую компанию и меня нужно спасать. (Один репортаж из наркопритона чего стоил! Но благодаря этой публикации меня потом приняли в штат).
Увидев как-то Фому и Квашу, которые зашли за мной, чтобы поехать на интервью, мама выдохнула – нормальные ребята.
Года через полтора в газете случился рейдерский захват. Главный редактор давно жил и работал в Москве, а у нас был исполняющий обязанности, к которому все привыкли. Так что главред нам был свершенно не нужен, но тут он вернулся и выдвинул свои условия работы с нами. Большая часть коллектива отказалась подчиняться, и было решено создать свою газету. Я ушла вместе с бунтовщиками, газету нам предстояло делать практически с нуля. Но это никого не напугало и не остановило.
Юра, Кваша и ещё несколько моих друзей остались у прежнего редактора. Они с ним были давно знакомы и отношения сложились хорошие. Фома спросил, точно ли я ухожу или, может быть, подумаю и останусь.
Я ответила, что это исключено: мы не сработаемся с Борей (Борисом Андреевичем, главредом).
Юра на это сказал, что понимает меня, и дружба от такого выбора не пострадает. Кваша и все остальные друзья тоже отнеслись с пониманием. Это было важно.
Новую редакцию на время приютил на том же этаже председатель Союза журналистов Фёдор Сергеевич Якушев. Увидев, что мы собираемся выпускать первый номер едва ли не на коленках, позвонил кому-то и вскоре нам привезли компьютеры. Не новые, но отлично работающие.
Друзья забегали к нам в гости. Юра говорил, что в нашей редакции ощущается такой драйв, что не хочется уходить. «Ты как-то правильно выбрала коллектив! Хотя нам тебя не хватает».
Мы дружили много лет. Казалось, он будет всегда, и теперь нам будет не хватать его...
Ещё часто вспоминаю, как мы провожали Квашу в армию. Известие это было внезапным. Димка позвал нас к себе домой, пришла толпа друзей. Юрец принёс четыре бутылки портвейна, я – две совершенно лютого вина, другие гости тоже понанесли спиртного. Кваша водворил это всё на стол. Его мама в ужасе сказала: «Ребятки, вы же упьётесь!»
Фома на это ответил: «Боюсь, что нет. Как бы за добавкой не пришлось бежать».
Мы уселись за стол. Кваша вышел к нам в белой рубашке, и мы офигели от несвойственного ему прикида. Димкин папа сказал: «Наконец- то в армии из тебя сделают человека!», и хлопнул его по плечу.
Мы стали наливать и говорить Кваше тосты. Юрец отличился экспромтом: «Сжимая автомат в руках и топая по плацу в сапогах, не забывай друзей своих, дарю тебе вот этот стих!»
Речь Фомы потонула в смехе и аплодисментах.
Димка спросил, почему мы плохо закусываем. Его друг, редактор эротического издания Ренат Гарифзянов, пришедший с высоченной худой кудрявой моделью, ответил: «Зато мы хорошо пьём!»
И тут Кваша изрёк, обращаясь к Фоме: «Юра, наложи девушке в тарелку!»
Мы хохотали до слёз, и потом ещё лет десять припоминали ему эту фразу.
Попраздновали мы хорошо, Юрец оказался прав: парням пришлось бежать за добавкой!
И разойтись мы потом от Кваши не смогли – он оставил нас всех ночевать. Народ спал кто где, многие на полу в большой комнате. Утром все обнимали Квашу и желали лёгкой службы. Самое забавное, что служить его определили в воинскую часть, находившуюся в центре Новосибирска, и мы часто навещали его. Димка, помимо службы, писал статьи в военную газету, которая была при части и дарил нам потом выпуски. Юрка смеялся над вёрсткой и стилем большей части статей и говорил, что если бы его назначили там редактором, это издание прогремело бы на всю страну! Мы с Квашой переглянулись и ответили: «Верим! С тебя станется!»
«МАШБЮРО: сибирское сообщество рок-н-ролла»
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: