Рассказ.
Восхитительный осенний закат цвета немытой редиски уже минут сорок как откланялся. Потемнело прямо на глазах. Года три назад наше село в это время было переполнено естественными звуками обычной поселковой жизни. Где-то собаки перелаиваются по привычке, кто-то суженого своего по традиции матюками поливает на всю полтавскую, за то, что совсем немного выпил с близкими по духу соплеменниками, а теперь лежит и мычит в телятнике. А через улицу Настя и Потап глотку рвут. Юбилей там у кого-то уже пятый день никак не подойдёт к логическому завершению. А теперь времена другие. В космической тишине вечера треск ломающихся веточек разлетается за версту. Пробираюсь к дому с рыбалки непроходимой тропой, где даже козлу безрогому протиснуться затруднительно. Так у нас пока принято перемещаться по местности. Чтобы рисковалкой напрасно не рисковать, и не загреметь ненароком под фанфары без про́водов. Одиннадцать карасей с ладошку поймал. На кукане дрыгаются ещё. Удочку на озере спрятал чтобы не таскаться с ней по зарослям. Да кто там её возьмёт, в тех местах даже кум патрикеевны опасается гадить. Дошёл почти. Вон дом, сразу за почтой, дорогу только перейти.
Ну отлежись как куропатка пару часиков в лопухах, так нет же... Хочется конечно полежать, но сначала очень хочется пожрать. Осмотрелся, вроде никого. Спортивной гусиной ходьбой на полусогнутых , прижимая к земле голову как Ту-144 на взлётке, я форсировал открытое пространство дороги. И надо же..., именно в тот ослепительный миг, когда я был предельно близок к завершению операции под названием " Две сковороды жареной рыбы", из переулка на встречу выкатили кругленькие фары. Как очки этого..., ну который в Лондон намылился на ПМЖ. Примета так себе, с тухлячком. Машина остановилась метров за пятнадцать передо мной, не выключая светильники. Ядрёный выхлоп этилированного бензина во встречном борее почти окончательно парализовал способность думать хоть немного своей бестолковкой. А так бы я сразу свалил сквозь заросли акации как тень Усейна Бо́лта, разгоняя с пути побздёхивающих кабанов. Свет хоть и тусклый но сильно долбит прямой наводкой прямо по хрусталикам. Рукой прикрылся, но шагаю, мало ли кто катается, может блонда какая заблудилась? Сейчас спросит:
- Мужчина симпатичный, а не подскажете где тут можно снять комнату для ночлега? (Это я себе вместо успокоительных капелек. Длинноногие кошечки ведь тоже на "буханках" гонзают? Иногда). А когда я поравнялся с машиной и приморгался чуток, - мама дорогая... Как упыри вокруг Хомы Прута, только на этот раз почему-то вокруг меня, рассредоточились с трёх сторон три Чака Нориса возле серого уазика с красными крестами скорой помощи. Все в униформе, но без медицинских халатиков. Я так понимаю, мелком рисовать кружок бесполезно. Ну всё, приплыли. Как так то, Чаков не унюхал. Вот не хотел специально думать про это, чтобы не накаркать дружескую встречу с жаркими объятьями. А надо было думать. Да я и не видел ни разу, чтобы они в ночную смену работали.
Мои нервы наструганы из рельса Байкало-Амурской магистрали, (дед ещё с комсомольской стройки кусок привёз), и всё равно от неожиданности разволновался до ужаса. Не знаю с какой буквы начать беседу. Крейзи ситуэйшен. Так то перспективы дальнейшие понятны, а вот делать то что? Думай Василь, думай. Бычки какие-то не говорливые. Ни - здрасьте вам глубокоуважаемый, удачей обожаемый!!! Ни - документы пожалуйста разрешите всего одним краешком глаза взглянуть, достопочтенный громадянин. Только сопят ротвейлерскими носами . Я включил свой генератор полезных идей по выходу из самых затруднительных положений на предельную мощность. Уставившись взглядом в тактический ботинок самого габаритного, и пытаясь вернуть контроль над неуправляемой вибрацией зависо́чных шестерёнок, в суматохе мыслей ищу ответ, как порешать этот сложно разрешаемый вопрос не очень затратно для здоровья. Ну и естественно чтобы тленная часть раба Божьего не пострадала. Вдруг тело в этом ботинке, откуда-то сверху, изрыгнуло гнусавым баритоном.
- Рыбу оставь на земле, сам в машину.
Коротко и предельно понятно, что разъяснительные комментарии регламентом не предусмотрены. Хуже всего, что планом действий в типичных ситуациях я ещё как бы не обзавёлся. Обстоятельства подталкивают срочно прыгать в карету..., нет, скорее в корыто с импровизацией. А что делать? Шагнул прямо к открытой двери "буханки", лихорадочно вспоминая эпизоды из "Пиратов XX века", - как правильно уничтожить супостата. Ещё бы в "Кровавом спорте" пошарить, но не успеваю. Дверь уже, а туда мне нельзя категорически. Есть подозрение, что за дверью количество вариантов для импровизации почти обнуляется. С отчаянием барашка, которого тащат поближе к мангалу, оттолкнувшись ногой от порога я развернулся максимально резко, на сколько позволила мне моя хоть и молодая, но совсем не натренированная кишка, и подарил от души, надеясь что безвозмездно, не совсем благородный, но весьма перспективный в конкретном положе апперкот носком ботинка по колокольчикам самого разговорчивого. Баритон перепрыгнул на сопрано, и громко взял одну ноту, кланяясь в безлюдную пустоту наползающей ночи. Какую ноту, так с кандачка и не скажу, я в сольфеджио как и в балете, - одинаково хорош. Но исполняет чисто. И очень искренне доносит своим коллегам посы́л, что ему, ну то есть мне, - конец, только на букву п...
Из за отсутствия навыков применения ноги в битвах с чиновниками за демократию, я естественно подскользнулся, и падая, совершенно случайно взмахнув хаотично руками, отвесил кому-то по уху уловом на кукане хорошего леща. Надо было черепах ловить, да кто же знал. Неудачно жёстко приземлившись на землю тем местом, откуда у предка нашего старинного, макаки резуса хвост произростает, я тут же получил перерасчёт в очень твёрдой валюте, сорок пятым размером по печени.
- Ой...
Второй удар в голову не получился в полной мере, и чиркнул корявым протектором по носу. Тут как раз я и разглядел поближе размерчик. Не дожидаясь дивидендов, я сразу закатился под машину, но перекурить так и не дали. Один забежал с другой стороны, и приспустившись на брюхо ухватился за мою ногу. А в обратную сторону за рукав тянул второй. Третий вдалеке упражнялся мелизмами. Как мне не хотелось бы с ним ещё раз встретиться, но похоже у моих оппонентов планы противоположные. Я крутанулся на бок, и прицелившись свободным ботинком, со всей силы лягнул каблучком прямо под козырёк кепки прямо в выпуклость носа, которая сделалась впуклой. Голова с хрустом французской булки вместе с кепкой ушла в темноту. Не зря значит лошадиной силой коленку мазал. Остался ещё один клещ, который ухватился за рукав как бультерьер. А..., знакомый сорок пятый? Второй рукой я нащупал на земле какой то камешек, и зажав его в кулаке для более увесистого угощения яростно начал выдавать по мордасам чересчур шустрого на ногу. Постарался выдать всё что получил, но так уж вышло, более мелкими купюрами. Клещ поохав, отпал. А я не мешкая, выполз из под "буханки" в противоположную сторону, и став на ход по ветру, не оглядываясь ломанул в кусты как лось по кукурузе, промахнувшись в темноте мимо непроходимой тропы метра на четыре. Бровями и ушами прорубая в густых зарослях новый маршрут.
Надо валить без остановки. Если поймают, то ночь зайдёт не по фен-шую. Бить будут основательно и воодушевлённо. Добежав до огроменного когда то, а теперь уже пересохшего пруда, заросшего высоченным камышом, кинулся в самую гущу, и порезав пальцы о стебли продрался до самой середины. Что что, а камыш у нас отменный. Упал, пытаясь сквозь грохот сердца по рёбрам расслышать признаки назойливой погони. Блин, на бок не успел поставить блок, болит. Гад, удачно как зарядил. Ну ничего, они тоже на долго запомнят тихий вечер в Сорренто.
Через часик стало уже понятно, что след мой потеряли ещё на месте моей неудачной мобилизации. Представил градус шовинистического настроя у недовольных соотечественников и сразу перехотелось выползать на оперативный простор. Прийдётся посидеть здесь в камышах. Жрать хочется, как бычку бодаться, но кроме видения сладеньких карасей в хрустящей корочке, зажаренных с лучком на топлёном масле, больше закусить нечем.
Я немного перекатился, приминая камыш в одну сторону, и делая себе лежанку. Свернулся как гигантский эмбрион белки обыкновенной и попытался вздремнуть под политические дебаты с самим собой.
Вот так мы пока и живём. Нас рылом в землю, а мы силос жуём.
А за кого свои жилы с кишками впрягать, за Зелю? Или за мармеладки нашего Ту́феля? И почему так случилось что не сгораю я от желания воевать за свою страну? Может и правда, что я больше русский? Так, только... придуряюсь под хохла?
Мы тоже скворцы молодцы. Да какие скворцы, дятлы только вылупившиеся из куриного яйца. Глазки прищурили, клювики раскрыли. Урааа!!! Скоро будем на метро ездить через Ла-Манш за два далля́ра!!! Пивасик с лангустами потягивать на берегу Темзы, и клеить негритянок!!! Много наклеили? Клей не завезли? Соплями пока клейте.
В раздумьях довольно быстро уснул под шум камышовых листьев, звонкое похрустывание первобытного матраса и тихое шуршание шестерёнок, начавших наконец свое медленное вращение в правильную сторону. В прохладе бездны опустившейся непроглядной ночи, где-то на хуторе недалеко от заснувшей Диканьки завыла собака.
Червлёное 2024г.