По вечерам, когда все работы в царских конюшнях завершались, Буртас отпускал старших братьев в их новый городской дом, а сам доставал перо Кунгош и любовался им. Но вот как-то Шалтырак и Айгырак решили украсть у младшего брата деньги и тихонько спрятались вечером в конюшне: они рассчитывали увидеть, куда Буртас прячет полученные за службу монеты. Но вместо денег старшие братья увидели в руках Борчака чудо-перо Кунгош и тут же бросились к падишаху с доносом на конюха. Когда Шалтырак и Айгырак рассказали царю о пере, тот едва к потолку тронного зала дворца не подпрыгнул от радости. Дело в том, что Ижмакай давно мечтал найти Бойгал-би, чтобы ощипать её и сделать из её перьев накидку. Злого алпа беспокоило неуклонное приближение долгого сна, который время от времени одолевает всех алпов-дивов. Кантулук боялся, что во время сна другие йореги легко могут его съесть и занять его трон. А вот если он закутается в накидку из перьев Кунгош, то никто до него даже дотронуться не сможет: перья испепелят любого злоумышленника.
С пером Бойгал-би легко будет найти её саму – ведь перо само покажет дорогу к её Яга («Убежище»). Ижмакай немедленно вызвал Буртаса к себе и велел ему в три дня найти убежище Кунгош и сообщить о нём царю. «А если ты не сделаешь этого, - предупредил его падишах, - то лишишься своей глупой головы!».
Буртас стал было отказываться, указывая на то, что три дня никак не хватит для поисков Бойгал-би, но когда йореги-билиги потащили его на плаху, вынужденно согласился исполнить царское повеление. В конюшне он обнял конька и заплакал. «Что ты кручинишься, мой друг?» - спросил его Муштак. «Падишах велел в три дня сыскать Яга Кунгош – но этот приказ невыполним. Так что прости мне, мой конёчек, все обиды от меня и прощай – через три дня слетит моя голова с плеч!».
На это Тулпар ответил Борчаку: «Заранее не убивайся: если я изловчусь и если нам будет везти – авось всё в три дня сделаем! Лучше ложись-ка спать и хорошенько выспись перед дальней дорогой: в пути нам обоим спать не придётся!». Буртас вытер слёзы – и последовал совету конька. Спали они всегда рядом. Конёк ложился на подогнутые ноги, Буртас устраивался рядом, обнимал Муштака за шею и тут же засыпал крепким сном.
Утром следующего дня они вдвоём выехали из стольного города Каргала на поиски Кунгош – и через день нашли её при помощи показаний пера, которое Буртас приспособился носить на шее и называл «Башкибер», то есть «Перо, Привязанное К Шее». К этому надо добавить, что во время поисков Тулпар за час проскакивал расстояния, равные шести месяцам пути, а паренёк крепко держался в седле да ещё и похваливал и приободрял друга. Говорят, что вообще все оногуры, а не только один Буртас, могут разговаривать со своими лошадьми. И делают оногуры всегда всё основательно, за что бы они не взялись.
Как-то одного оногура по имени Наплы несправедливо обвинили в прелюбодеянии, и муж якобы опозоренной им женщины получил от судьи право один раз выстрелить в обидчика из лука. А оногуры практически не промахивались. Тогда Наплы сказал судье «Меня оклеветали и моим словам не поверили – поэтому я прошу, чтобы казнь состоялась в сумерках и чтобы при этом рядом со мной стоял мой собственный памятник!». Судья и сам чувствовавший несправедливость приговора, велел выполнить просьбу Наплы. Когда стало вечереть, Наплы поставил рядом с собой своё собственное изображение из камня, которое сам же когда-то и сделал, и велел обиженному мужу стрелять. Памятник Наплы был настолько неотличен от него самого, что в сумерках обиженный муж выстрелил в каменное подобие Наплы, и невинный человек остался жив. Такая вот основательность во всём много раз выручала оногуров, хлебнувших в своей истории немало лиха.
После первой же поездки на Муштаке Буртас понял, что если в дальней дороге конёк повредит ногу или копыто, то они оба неминуемо погибнут. Поэтому он сшил Тулпару для поездок на большие расстояния специальные кожаные чулки, обитые по нижнему краю медью. В этих чулках ноги конька были в безопасности. Вот и в этот раз они выдержали сотни ударов острых веток и камней.
Как только наши путешественники поневоле издалека увидели Яга Бойгал-би, так Муштак предложил пареньку: «Давай-ка быстро поедем назад к падишаху с сообщением!». Тулпар, горячо полюбивший Буртаса хотел спасти его от смертельной угрозы, о которой Борчак даже не догадывался. Будучи сам добрым алпом, Муштак знал, что и самые милые дивы могут убить человека в случае опасности. А конёк с пареньком как раз представляли опасность для Кунгош, ибо обнаружили для злого дива Ижмакая её убежище, и для устранения этой опасности алп-бика просто обязана была испепелить наших путешественников.
---------------------------------------------------------------------
Международный журнал «The Bulgar Times» (Болгар Заманы, Время Булгар) 2011 № 2/3 (4/5), стр. 49-50.