По Балтике под парусом. Часть 1
Три года подряд мы бороздили на парусно-моторной яхте «Orca», она же «Косатка», воды Рижского залива: Рига, Юрмала, Салацгрива, эстонские острова Рухну, Кихну и Сааремаа, летняя столица Эстонии Пярну. И так по кругу. Маршрут менялся только по направлению и датам. Но пункты мест назначений оставались неизменными.
– Снова на Рухну, а потом в Курессааре? Нет! Не хочу... Уже там гидами работать можем. Три сезона по заливу болтаемся...
– Константин, а как же рухненский карась? Рыбалка? Грибы?
– Не хочу.
Даже перспектива удачной рыбной ловли на крошечном острове не могла растопить лёд моего друга. Костя был неумолим. И прав. Пришла пора снова выпустить лодочку на морской простор, а нам уже выйти за пределы Ирбенского пролива в открытое Балтийское море.
Реализация плана предстоящего яхтенного сезона была назначена на август. Сам же план, достаточно гибкий по датам и городам, включал в себя выход из Рижского залива, посещение родины «Косатки» – Швеции, затем Дании, Польши и, конечно, эстонского Рухну с последующим возвращением в Латвию.
Нашему экипажу, состоящему, кроме меня, из верных друзей старпома Кости и помощника старпома Любы, матроса Павла и «боцмана» Риты – йоркширского терьера – предстоял поход протяженностью под тысячу двести морских миль.
В самое короткое время надлежало подготовить яхту к предстоящему путешествию.
Конец июля. Рига.
«Orca» встретила нас высоко стоящей на прицепе-слипе. По причине моего тихоокеанского вояжа лодка до сих пор была на берегу, укрытая тентом. Успешно перезимовав и проскучав на суше всю весну, а с ней и половину лета, яхта все своим видом требовала скорейшего спуска в родную водную стихию. Другие лодочки из марины уже вовсю весело качались на волнах и позвякивали на ветру такелажем.
– Ё-моё...
Это все, что мы дуэтом смогли прошептать с Костей, глядя на подводную часть лодки. В прошлом мае, отвратительном по погодным условиям, мы провели не один день в самых скрюченных позах, снимая не только старую краску-необрастайку с бортов, но и лежащий под ней грунт, чтобы нанести на «Косатку» новые слои необходимой химии. Теперь же, некогда сочная синяя краска кусками и лохмотьями свисала ниже ватерлинии. В отдельных местах ветер уже помог нам, сорвав куски такой бороды и обнажив белые проплешины загрунтованного борта.
- Ты же говорил, только новые гостевые флаги надо купить и кисточкой пару мест подмазать? – Константину, как и мне, отчаянно не хотелось повторять прошлогодний подвиг. А масштабы внезапно свалившейся предстоящей работы пока еще не были понятны.
– Нуууу... Это же яхтинг... А он, как известно, суровый, бессмысленный и беспощадный...
А что я еще мог добавить друзьям? Очевидно, что нам предстояло грязное и пыльное занятие. Но глаза боятся, а руки делают. Тем более, что с такой командой мы были обречены на успех.
Лодку снова ободрали, ошкурили, заново вернули подводной части глубокий синий цвет. Борта наполировали до блеска и собственного отражения. Да, это заняло больше времени, чем планировали раньше, но иного выхода у нас не было.
Разумеется, помимо малярных работ подготовка постоянно вносила и прочие сюрпризы вне регламента, с которыми мы мужественно справлялись, и через неделю «Косатка» была готова к спуску.
Скоро уже и мы покачивались на волнах у причальной стенки, гордо сверкая бортами на солнце и позвякивая такелажем. Яхта потихоньку загружалась продовольствием и прохладительными напитками. День выхода в море неминуемо приближался.
Рано утром 31 июля мы вышли из устья Даугавы в Рижский залив и взяли курс на Ирбенский пролив, а вечером 1 августа уже провожали солнце в закат, обогнув шведский остров Готланд с севера.
Висбю, Готланд, Швеция, 2 августа
Санторини по-шведски
Готланд – самый большой остров Швеции, основную часть населения которого составляют бизнесмены, политики, а также другие богатые и обеспеченные люди. Иметь собственный дом на Готланде, в особенности в его столице – весьма престижный факт в биографии для шведских граждан. Но при этом, местные жители не отождествляют себя со шведами, а упрямо относят себя к готландцам.
За свою историю остров не раз переходил из рук в руки: был и датским, и шведским, и даже короткое время российским.
Главный город Готланда – Висбю. В далёкие времена периода расцвета Ганзейского союза столица являлась экономическим и торговым центром Скандинавии.
Представители влиятельных торговых семей старались перещеголять друг друга в строительстве соборов, церквей и костелов исповедуемой веры, наглядно демонстрируя в постройках могущество фамильной мошны. Руины религиозных строений XII века вкупе с остатками крепостной стены и башнями являются главными достопримечательностями Висбю и до сих пор впечатляют своими размерами, указывая на размах задумок средневековых архитекторов.
Город утопает в зелени крон самых разнообразных деревьев. Местный климат позволяет расти даже, казалось бы, типично южным фруктово-плодовым растениям: вызревает не только вишня, но даже тутовник, инжир и грецкий орех.
Внутри крепостной стены множество улочек, проулков и тупичков создают причудливый лабиринт внутригородской дорожной сети. Помимо гостиниц, сувенирных лавок и ресторанов застройка представляет собой и очаровательные частные домики, в которых живут обычной жизнью их владельцы.
В память о российском подданстве в городе остался Русский трактир и Русская улица.
Самые разнообразные по строению дома, среди которых встречаются здания и XIII века, рисуют неповторимый портрет столицы. По булыжным мостовым Висбю хочется гулять и просто наслаждаться его колоритом, заглядывая в уютные дворики и получая удовольствие от созерцания бесконечных черепичных крыш.
Боргхольм, Эланд, Швеция, 4 августа
Главной достопримечательностью города Боргхольм на острове Эланд несомненно является средневековый замок.
Замок Боргхольма насчитывает почти тысячелетнюю историю, начавшуюся в XII веке с постройки всего одной круглой башни, служившей в наблюдательных целях за появлением потенциального врага со стороны моря, в том числе пиратов. В случае обнаружения угрозы с башни подавались предупредительные сигналы, видимые в соседних городах-крепостях.
С течением времени возводились новые стены, пристройки, и башня разрослась до размеров крепости.
За время существования Боргхольмский Замок несколько раз менял владельцев, в результате чего претерпел несколько значимых реконструкций. Одной из наиболее существенных явилось изменение всего стиля крепости – специально приглашённые архитекторы перестроили его в духе эпохи Возрождения. Спустя столетия по замыслу шведского короля было запланировано реконструировать Замок в стиле Барокко. Но этому плану не суждено было сбыться.
Крепость сильно пострадала в период Кальмаровских войн, а случившийся пожар от случайно выпавшей из печи искры нанёс ему колоссальный непоправимый урон.
Сегодня от Замка остались по периметру величественные стены и галереи, а на его территории проводятся фестивали, выставки и различные досуговые мероприятия.
Королевская летняя резиденция
Симпатичный белый особняк, расположенный недалеко от крепости Боргхольма, является действующей загородной резиденцией королевской семьи. К слову сказать, королевская династия ведёт достаточно открытый образ жизни, что глубоко симпатизирует шведским гражданам. Королевская кровь, как и простые люди, стоит в городских пробках, обходится без личной охраны, спокойно появляется со своими отпрысками в общественных местах и не чурается своих подданных. Если не знать многочисленное семейство королевской четы, принцев и инфантов в лицо, их запросто можно не заметить среди толпы в обычном размеренном шведском ритме жизни.
Резиденция была построена в начале XX века, и ее появление на острове дало мощный толчок к его освоению и заселению – желание приблизиться хотя бы территориально к своим Королю и Королеве оказалось свойственно даже спокойным и сдержанным северянам.
Резиденция интересна своей историей появления.
Итак, королевская чета начала прошлого века жила обычной для монархов жизнью, имела трёх детей и пользовалась уважением граждан.
Все бы ничего, да только король мало интересовался женским полом, отдавая предпочтение однополой любви. И пока венценосец предавался любовным похождениям небесного цвета, его благоверная хирела и чахла.
Обеспокоенный здоровьем супруги монарх отправил ее лечиться и править самочувствие на Капри к известному светилу медицинской науки. Лечение проходило весьма успешно: общее физическое и душевное состояние королевы улучшилось, вернулся на лицо здоровый румянец, а мучивший ее недуг канул в Лету. Способствовала ли этому высокая квалификация лекаря или тот факт, что пациентка и доктор в процессе истории болезни фактически стали любовниками, не имеет особого значения. Неважно и то обстоятельство, что медицинское светило также было связано узами брака, но против монаршей воли не пойдёшь – и, прекрасно это понимая, супруга эскулапа тактично и стойко переносила сложившуюся ситуацию.
Поправившая здоровье королева решила возвращаться на родные берега, но при этом поставила мужу условие – возвести в родной Швеции точную копию особняка своего лечащего доктора, в котором и проходила любовная терапия на Капри.
Желание дражайшей супруги монарх исполнил с явным удовольствием. Резиденция-копия была построена в Боргхольме, куда и переехала под регулярное пристальное медицинское наблюдение не только королева, но и эскулап со своей законной половиной. Так и жили они долго и счастливо обычной толерантной шведской семьёй: все были довольны, счастливы и, главное, здоровы.
Сейчас резиденция является местной достопримечательностью и привлекает туристов не историей своего возникновения, а исключительно архитектурным исполнением и интерьерными решениями. Ну, и, конечно, возможностью вживую увидеть королевских особ.
Карлскрона, Швеция, 9 августа
Whisky on the rocks
На прилавках шведских магазинов алкогольной продукции стройными рядами выстроились лимитированные бутылки виски, оформленные под видеокассету, с этикеткой «Whisky on the rocks».
Появлению необычного названия предшествовала не менее интересная история.
Итак, Карлскрона. Небольшой тихий городок на южной оконечности Швеции. Лабиринт узких и сложных фарватеров архипелага ведёт к расположенной военно-морской базе со всей соответствующий военной атрибутикой: вертолёты и самолёты в небе, корабли и подводные лодки у причальных стенок и в доках.
На календаре осень 1981 года, холодная война кипит страстями.
Советская дизельная подводная лодка проекта 613 вполне себе успешно выполняет совершенно секретное задание, медленно и уверенно продвигаясь к военному объекту практически под стенами Карлскроны. И надо такому случиться, что подлодка сбивается с безопасного пути, натыкается на подводные скалы и совершает экстренное всплытие, фактически оказавшись в надводном положении, крепко застряв на камнях. Винты отрабатывают задний ход в безуспешных и отчаянных попытках сняться с мели. Гул и шум от выкинутой на камни субмарины стоит неописуемый.
Телефонный звонок на пульт дежурного военной базы выводит офицера из сонного и ленивого состояния. Позвонивший шведский фермер просит военнослужащих, наконец-то, уж что-нибудь предпринять, чтобы снять родную подлодку с мели близ города, ибо производимый ею шум, мешает пожилому человеку отдыхать.
Офицер рекомендует просителю прекратить злоупотреблять крепкими алкогольными напитками, кладёт трубку и возвращается в состояние сомнамбулы.
Однако проходит некоторое время, и ответственный военный отвечает на звонок с аналогичной просьбой, исходящей уже от другого просителя.
Пересчитав находящиеся в ведении базы субмарины по пальцам, сверив их количество и местоположение с документацией и успешно сведя баланс, дежурный не меняет своего ранее поставленного диагноза и просит очередного абонента пойти хорошенько проспаться.
Но, к удивлению служаки, количество звонков резко увеличивается. Пытающаяся самостоятельно сняться с камней советская лодка безобразно громко шумит, доставляя дискомфорт добропорядочным релаксирующим шведам. Те же, в свою очередь, искренне принимая советскую подлодку за свою, атакуют по телефону флотских военных с просьбами оказать субмарине скорое содействие и всевозможную помощь.
Дежурный офицер начинает понимать, что на базе произошло ЧП: вероятный противник совершенно удивительным образом пробрался незамеченным в самое сердце расположения ВМС, и только случай помешал ему также скрытно уйти.
Конечно, в результате, нашу подлодку с камней шведы сняли и в скором времени отпустили домой. Из происшествия не стали раздувать скандал и успешно его замяли с двух сторон: шведскому руководству было невыгодно акцентировать внимание на том факте, что под стенами их секретного объекта совершенно спокойно оказалась и гуляла чужая субмарина. Советскому Флоту такой драматический финал вначале успешно проходящей операции также не приносил чувства полного и всестороннего удовлетворения.
Осеннее происшествие вошло в историю, над которой шведы добродушно посмеиваются до сих пор. А в память о событии и был выпущен лимитированный виски с оригинальным оформлением «Whisky on the rocks». Дело в том, что советская подлодка проекта 613 по НАТОвской градации относилась к классу W или по-морскому алфавиту – «Whisky».
Такой военный юмор.
А мы оставляли шведские берега - впереди ждала Дания.
По Балтике под парусом. Часть 2 ЗДЕСЬ