Живу я в обычной пятиэтажке, дом старый, ещё с советских времён, стены тонкие, как бумага, слышно всё — от шагов до того, как соседский кот чихает. Мне 29, работаю в автосервисе, домой прихожу поздно, обычно падаю на диван с пивом и вырубаюсь. Соседей знаю плохо: снизу алкаш какой-то, орёт по ночам, на первом этаже дед с собакой, а сверху — мужик, лет под пятьдесят, молчаливый, вечно в серой куртке. Зовут его вроде Виктор, но я с ним только раз пересекался — поздоровался в подъезде, он кивнул и прошёл мимо. Ничего такого, обычный тип.
Всё началось прошлой осенью. Как-то ночью проснулся от шороха — тихого, но чёткого, будто кто-то по полу мусор ногами гоняет. Часы показывали половину четвёртого, за окном темно, только фонарь во дворе мигает. Шорох шёл сверху, от соседа. Думаю, ну мало ли, не спится человеку, шастает туда-сюда. Полежал, послушал — минут десять шуршало, потом затихло. Уснул, утром забыл. Но через пару дней опять — тот же шорох, только дольше, и ещё скрип какой-то, как будто стул по полу двигают. Я не псих, но спать хуже стал, всё прислушивался.
Потом это вошло в привычку — раза три в неделю, всегда ночью, шорох, скрип, иногда стук лёгкий, как будто что-то уронили. Я начал замечать: днём от него ни звука, ни света в окнах, ни шагов на лестнице. Подумал, может, он на сменах работает, днём спит, а ночью возится. Решил спросить, что за дела. Поднялся к нему вечером, звоню — тишина. Стучу — никто не открывает. Уже собрался уходить, а тут замок щёлкнул, и он стоит в проёме. Вонь оттуда — не гниль, а что-то резкое, как от растворителя или бензина. Лицо бледное, глаза мутные, смотрит мимо меня. Спрашиваю: «Виктор, ты чего там шумишь по ночам?» Он молчит, потом бурчит: «Полы мою». И дверь закрыл. Я постоял, думаю: какие, к черту, полы в три часа ночи?
После этого шорох стал громче. Не просто мусор гоняют, а как будто что-то тяжёлое волочат, и стук чаще — будто гвозди забивают, но тихо, аккуратно. Я уже не выдержал, пошёл к деду с первого, спросил, не знает ли он чего. Дед хмыкнул: «Этот Виктор ещё тот фрукт, лет десять назад тут жил, потом пропал, а недавно вернулся. Говорят, в подвале что-то копал, но я не верю». Я пожал плечами, но осадок остался. Ночью опять шорох, и вдруг голос — низкий, хриплый, еле слышный: «Где оно?» Я подскочил, прислушался — тишина, только шорох продолжается. Утром на площадке щепка валялась, мелкая, свежая, как будто только что стругали.
Через пару недель он пропал. Месяц тишина, ни звука, ни света в окнах. Я думал, съехал или сдох там тихо. Спросил у деда, тот говорит: «В подъезде его видел вчера, молчит, как рыба». И вот через пару дней шорох вернулся, но уже другой — резкий, как будто что-то роняют, и долго, часа два. Я психанул, пошёл к нему, звоню — тишина. Дверь чуть приоткрыта, толкнул — запах ударил, тот же бензин, но с гнилью вперемешку. Внутри пусто, ни мебели, ни шмоток, только в углу куча тряпок, свёрнутых в ком, и рядом банка, жестяная, с чем-то жёлтым внутри. На полу пыль, а в пыли следы — босые, длинные, нечеловеческие какие-то. Я выскочил, ментов вызвал. Приехали, посмотрели, сказали: «Никого нет, квартира брошенная». Банку забрали, пробормотали что-то про «химию», и уехали.
Шорох пропал ненадолго, недели на три. А потом начался опять, но уже не сверху, а будто из пола, из стен — шуршит, скрипит, иногда стукнет. Ночью просыпаюсь — шорох, днём затихает. Дед с первого клянётся, что видел его у подвала, с лопатой в руках, хотя квартира пустая уже два месяца. Я начал замечать: то гвоздь ржавый на лестнице найду, то щепка свежая у порога лежит. А недавно ночью шорох был громче, и голос опять — хриплый, прямо через потолок: «Дай мне». Я свет включил, к стене прижался — тишина. Утром вышел, а у его двери банка та же, жестяная, стоит, и вонь от неё, как от падали.
Я теперь сплю с ножом под подушкой. Шорох слышу почти каждую ночь, но дверь не открываю. Дед говорит, что это не Виктор, а что-то, что он притащил. Не знаю, верить или нет, но вчера ночью шорох был прямо за дверью, и голос: «Отдай». Утром на коврике щепка лежала, а банка исчезла. И запах этот, бензин с гнилью, теперь везде — в подъезде, в квартире, даже на работе чувствую.