Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Книготека

Цыганка гадала (рассказ Анны Лебедевой)

Они встретились в автобусе. В обычном автобусе, на обычном маршруте. Галинка, шестнадцатилетняя девчонка, ехала в соседний город, проверить списки поступивших в педагогическое училище. Куда и зачем ехал он – неизвестно. Галя смотрела в окно и думала: если не поступит, придется учиться еще два года. Еще два года жить в богом забытом поселке. Терпеть выходки вздорной и нервной матери. Каждый день подниматься в пять утра и тащиться с тяжелыми ведрами в хлев: кормить скотину, доить корову, бежать потом на уроки… Вечером пытаться согреться в квартире без отопления – очередные простои в поселковой котельной, вечно не довозили угля, и весь их маленький поселок Заречье замерзал и задыхался от сырости и затхлости. Настроение было паршивым, по стеклу стекали дождливые капли – лето выдалось неважным, солнце второй месяц не заглядывало в их край. Теплилась надежда – конкурс, все-таки, не очень большой. Но тройка за изложение… за изложение, господи! Этого просто не может быть – Галя никогда не имел

Они встретились в автобусе. В обычном автобусе, на обычном маршруте. Галинка, шестнадцатилетняя девчонка, ехала в соседний город, проверить списки поступивших в педагогическое училище. Куда и зачем ехал он – неизвестно. Галя смотрела в окно и думала: если не поступит, придется учиться еще два года.

Еще два года жить в богом забытом поселке. Терпеть выходки вздорной и нервной матери. Каждый день подниматься в пять утра и тащиться с тяжелыми ведрами в хлев: кормить скотину, доить корову, бежать потом на уроки… Вечером пытаться согреться в квартире без отопления – очередные простои в поселковой котельной, вечно не довозили угля, и весь их маленький поселок Заречье замерзал и задыхался от сырости и затхлости.

Настроение было паршивым, по стеклу стекали дождливые капли – лето выдалось неважным, солнце второй месяц не заглядывало в их край. Теплилась надежда – конкурс, все-таки, не очень большой. Но тройка за изложение… за изложение, господи! Этого просто не может быть – Галя никогда не имела проблем с русским языком. Это – ее конек! Откуда тройка? Почему?

Она еще долго бы страдала из-за оценки, пока не почувствовала на себе чей-то долгий, пристальный взгляд. Галя подняла глаза и встретилась в упор с другими, внимательными, серыми, мальчишескими. Она сразу же отвела взгляд, было ужасно неудобно, когда кто-то вот так, беззастенчиво пялился на нее. Попробовала украдкой проследить за смотревшим, но тот все смотрел и смотрел на нее, будто больше и смотреть не на кого было. Ничего красивого в парне не было. Серый, невзрачный, блеклый, как бледная моль. Тьфу!

Галя поежилась. Она мучительно краснела и не могла дождаться, когда же автобус приедет в этот чертов город, и незнакомец прекратит пытать ее взглядом. Дождалась! Выскочила из салона, как шальная, зайцем вильнула в ближайший переулок и растворилась в сером дожде, как и не было ее.

В вестибюле училища на стенде уже вывешены списки. Галя нашла свою фамилию и обрадовалась! Теперь – свобода! Новая жизнь! Студенческая, нормальная жизнь! Хотелось расцеловать невеселую пожилую вахтершу, вязавшую длинный бесконечный носок. Галя выскочила на улицу. Теперь промозглый воздух казался ей сладким, ароматным, весенним! Она решила немного погулять по городу, на четыре года обещающему стать для нее родным.

И этот небольшой зеленый город казался Гале самым красивым на свете: чистым, солнечным и уютным. И общежитие училища, выстроенное совсем недавно, приветливо улыбалось Гале новыми окнами. И маленькие голубые елочки, высаженные около учебного корпуса были милы и трогательны, как маленькие дети. Галя наткнулась на кафе-мороженое, зашла в помещение с бело-голубой плиткой и выбрала целых три разноцветных шарика мороженого с клубничным сиропом и шоколадной крошкой. А еще молочный коктейль. Она очень любила молочные коктейли!

Галя вышла из кафе, посмотрела на часы и отправилась на автобусный вокзал. По пути купила у бабки семечек и уселась на лавку. Вокруг кружили голуби, выпрашивая лакомство, и она щедро отсыпала птицам семена. На душе цвела радуга – она вырвется наконец-то из серого поселка, из сырости и безнадеги!

. . . ДОЧИТАТЬ>>