7.Экзаменатор и отличник. 8. Николай Андреевич - в защиту шпаргалок. 9.Экзаменатор и хулиган.10. Как менялся Николай? 11.Николай становится преподавателем и,очень быстро... перестаёт им быть 12. Эпилог
7.Экзаменатор и отличник
Но возвратимся к экзамену. Первым к Николаю сел паренёк в очках. На хулигана совершенно не похожий. Типичный отличник.
Николай с большим любопытством посмотрел его билет. И задал себе вопрос, который его тогда волновал: «Он смог бы ответить на этот билет сам? Если бы они, экзаменатор и отвечающий, сейчас поменялись местами?» Кстати, посторонний наблюдатель посчитал бы такую картинку гораздо более естественной, чем та, которая была в реальности.
А Николай, с чувством тревоги, честно ответил себе: «Ну, может, на тройку». Следующая мысль Николая: «А, если бы ему предоставили такие же условия, как у этого отличника? Т.е. 1.5-2 часа подготовки и возможность изредка подсматривать в шпаргалку?», Ответ был таким: «Четвёрка или даже пятёрка!». Школьная физика,- на более высоком уровне,-но повторялась на его первых двух курсах. Вывод Николая: «Значит всё нормально, и нечего переживать!».
Бдительный Читатель: «Вот это экзаменатор! Каким же он будет преподавателем, если только что оправдал использование шпаргалок? И кто разрешил такое печатать, и смущать наших школьников и студентов?»
8. Николай Андреевич - в защиту шпаргалок
То, что студент ответит с некоторой подсказкой на экзаменах или других формах контроля, приводит всех преподавателей в какой-то ужас. Николай Андреевич за всю свою жизнь, так и не решил вопрос: «А почему?». Он всегда, будучи студентом, запасался шпаргалками. Даже если они не потребуются, с ними меньше волнение, надёжней. А они что, будучи молодыми, совсем не пользовались никакими подсказками? И спросить напрямую об этом было неудобно. Да и захотят ли они ответить искренне? Вот так и осталось для него без ответа: «То ли сам Николай, какой-то вывихнутый, то ли преподаватели каким – то образом перезабыли свою молодость?».
Но, хорошо, оставим в покое грехи молодой студенческой поры. Но сейчас, мы, преподаватели, идём на занятие с конспектом! А для чего он нам? Чтобы, при необходимости, прямо на глазах студентов, воспользоваться им. Как подсказкой! Значит нам можно, а студенту, ни в коем случае?
У каждого преподавателя в жизни своя практическая работа. Николай не работал на производстве. Его практической работой были научные исследования. И вот сейчас, допустим, ему нужна формула из математики. Он её помнит, но она давно не встречалась. Он что, запишет её по памяти, а потом будет с муками отыскивать ошибку? Дураков - нет! Он всё равно, сразу же перепроверит её, используя справочник по математике.
Подсказки нужны в жизни, а значит, студента надо учить, как правильно пользоваться подсказками, а не тому, что их нельзя использовать! Везде можно! На экзаменах – в первую очередь!
Ну, разве что, можно сделать исключение для тех, кто тушит пожары. Из – за того, что им это трудно сделать в противогазах. Но, и пожарным, которые где – то на четвёртом этаже, по рации снизу подсказывает опытный офицер, как поступить в сложных обстоятельствах.
Поэтому, никаких исключений! Шпаргалками, смартфонами и всеми другими видами подсказок студентам разрешают пользоваться …традиции всех времён и народов!
9.Экзамкеатор и хулиган
После окончания средней школы Николай сделал всё от него зависящее, чтобы не стать преподавателем. Он уже тогда предчувствовал, как ему будет трудно с этой безгрешной профессией. Но … от судьбы всё равно не уйдёшь.
Вскоре после того, как он впервые принимает вступительные экзамены, Николай должен стать преподавателем.
А сейчас ему отвечает вчерашний школьник, никак не похожий на того, отличника. Скорее похожий … на самого Николая. Типичный хулиган, но при этом Николаю – понравился с первого взгляда.
Хулиган, в отличие от школьника, и затем студента, Николая,- который не был отличником, но при этом его уважали как способного юношу,- почти ничего не смог ответить по билету. Николай уже придвинул экзаменационный лист, чтобы поставить ему «неуд»- т. е. двойку.
И что же несёт этот паренёк, который на несколько лет моложе Николая: «Слушай, я же понимаю, что ты такой, как и все наши. Приходи завтра в парк к лодочной станции. Мне нужен товарищ, потому что девушек будет двое. Они подруги. Мы возьмём лодку и отлично проведём время на одном из островов».
Николай тем временем уже успел поставить оценку в экзаменационный лист. Он привык, что абитуриенты сегодня в таких случаях его упрашивают, и не обращает на слова хулигана никакого внимания. Как это было и раньше, он сам говорит те слова, после которых просьбы всех ребят сразу же прекращались: «В экзаменационном листе нельзя делать никаких исправлений. Лист всё равно забракуют и тебя, в лучшем случае, заставят экзамен пересдать».
А хулиган говорит ему в ответ: «Тут недалеко работает мой отец. Я вернусь через полчаса, в крайнем случае, через час, и никаких следов оценки не будет!».
Николай, мысленно: «Ну и молодёжь! Ну, нет у них ничего святого!». Но, хулиган очень похож на него самого, только не теперешнего, а где - то на его третьем курсе.
10. Как менялся Николай?
Что же случилось после первого распределения, когда Николая,- вообще не явившегося,- просто забрал к себе на кафедру Теоретической физики её заведующий? Сейчас нет времени говорить об его учёбе на этой кафедре в ДГУ. Но на последнем пятом курсе его послали на преддипломную практику в Институт физики АН УССР, и он год жил в Киеве в общежитии с лучшими студентами физического факультета его университета. Сама практика длилась пол-года, но Николая оставили, как и некоторых других студентов, понравившихся своим руководителям, ещё на пол - года, для завершения начатых научных исследований и своей дипломной работы. И все молодые парни, которых тогда оставили, стали впоследствии кандидатами или докторами наук. В будущем, после довольно трудных и бурных приключений, Николай тоже станет кандидатом технических наук.
Новые друзья, хотя и были баламутами, как и все в молодые годы, но кардинально отличались от его прежних друзей, которые университет вообще не закончили, и к этому времени исчезли из его жизни. Сначала их судили за драку с примерно такими же парнями, но те тогда сильно пострадали. Суд решил, что раз те и так пострадали, то наказать надо только его друзей, и они затем затерялись где-то в просторах Сибири.
Но решающее значение для Николая имела работа под руководством молодого тогда кандидата физических наук Дзюб Ивана Петровича. В первую же встречу в Институте Физики Иван Петрович дал Николаю перевести статью, примерно на 10 страницах обычного формата, с английского на русский. Потому что это необходимо для дипломной работы, тему которой он уже сформулировал. На что Николай резонно ответил, что он бы рад, но изучал в университете - немецкий.
На это Иван Петрович спокойно ответил: «Тебя послала к нам твоя кафедра потому, что там решили: в будущем будешь заниматься научной работой по квантовой механики. А в этой области сейчас – все работы на английском. Ничего, я тоже знаю несколько языков. Сначала, по школьным учебникам, подучи грамматику. А потом бери словари и переводи. Тебе будет не труднее, чем с немецкого. Ты всё равно не знаешь никаких немецких слов из квантовой механики. Я пока тебе не нужен. Когда переведёшь, сразу же приходи. Эта наша работа – в плане лаборатории».
Николай тогда сразу понял, что школа позади (и средняя и высшая!). Он начинает настоящую работу и. при этом, престижную для студентов – научную работу.
Николай, как поётся в одной из песен Владимира Высоцкого, «засел за словари – на совесть, не за страх». Через три недели он разобрался с грамматикой и перевёл статью. Ну и,- что вполне естественно для этого молодого студента,- решил свой успех отметить в одном из ресторанов в центре Киева. Но, немного не рассчитал своих сил.
Он добрался в конечном итоге в своё общежитие. Но это произошло уже утром, на следующий день. И он плохо совсем помнил: как шёл куда – то, с какими - то девушками. Совершенно не помнил, чем это закончилось, и как потом он оказался под утро на каком – то причале на реке Днепр. Но, оглядев себя, Николай решил, что всё же в порядке. И, расспросив лодочника, понял, что находится не так и далеко от общежития. К вечеру молодой Николай был уже в своём обычном состоянии.
Между тем, руководитель самого Ивана Петровича, забил тревогу, почему дипломник долго не приходит к тому на консультации? Иван Петрович отыскал товарищей Николая в соседнем отделе, и передал, чтобы тот завтра же явился.
Ну что ж, Николай пришёл к нему на другой день с полным переводом статьи и в хорошей физической форме. Да, молодость, если бы это приключение произошло в пожилом возрасте, он отходил бы от него не меньше месяца.
Дзюб, сразу же набросился на перевод. Он спросил Николая: «Ты здесь ничего не напутал. Они что, уже провели эксперимент?». Николай ответил вполне уверенно: «Нет, я не напутал. Это действительно так». Дзюб сомневался, залез в оригинал статьи, и убедился, что перевод верен.
Он объяснил Николаю: «Мы соревнуемся с американской лабораторией. Жаль, что они уже провели эксперимент, который мы тоже проведём на днях».
Теперь читатель поймёт, что Николаю после этого разговора просто не оставалось другого выхода, как стать кандидатом наук. Жаль, что он стал кандидатом технических наук (а не физических), и это произошло не так быстро. Тем не менее, он им стал примерно в то же время, что и другие Киевские товарищи его молодости. Но затем так и не смог стать доктором наук, а вот многие из его друзей того года – со временем стали и докторами.
11.Николай становится преподавателем и, очень быстро ... перестаёт им быть
Но вернёмся к разговору Николая и хулигана, только что предложившего очень сомнительную дружескую сделку. Николай: «Я уже не могу так. Я стал преподавателем. Я не могу начинать с того, что ты предлагаешь!».
Совершенно неожиданно, этот, совсем молодой парень, Николая не только понимает, но и одобряет. Может он, вообще, не был хулиганом? Их,- ставший уже дружеским разговор,- он закончил такими словами: "Я скоро буду в армии. Ты приходи сегодня на танцплощадку в парк Шевченко. Мне просто хотелось бы тебя запомнить». Глаза Николая становятся совсем грустными. Парень тут же вспоминает прихрамывающую походку нового друга, и говорит: «Не переживай! Я вернусь из армии, отыщу тебя, и мы потом будем друзьями,
"хорошими" друзьями всю жизнь!».
Возможно, это так и было бы. Но в армии тогда служили два года. А через год Николай попал в вытрезвитель (впервые в своей жизни!).
И в институте у него тогда всё было очень сложно. Николай не захотел поступать в аспирантуру к Леониду Анатольевичу. Потому что тот не выдерживал никакого сравнения с Дзюб Иваном Петровичем. Леонид Анатольевич хорошо относился к Николаю. Но судьбу Николая решил ректор. Он сказал: «Нечего жалеть этого придурка! Или - в аспирантуру, или пусть уматывает отсюда!».
Николай тогда принял решение:" уматывать".
Леонид Анатольевич очень обозлился, что из двух предложенных ректором вариантов, Николай выбрал - совершенно непонятный и бестактный. Поэтому, когда Николай иногда потом приходил в гости к своему верному другу Сёме, им приходилось быстро уходить подальше от кабинета заведующего кафедрой.
12. Эпилог
Вероятно, Николай оказался бы в аспирантуре, может не тогда, а проработав ещё один год ассистентом на этой кафедре. Сёма обсуждал с ним всё, что касалось его работы по квантовой химии, и Николай был вполне готов, заниматься дальше научной работой в этой области. Ну, а Леонид Анатольевич стал бы его научным руководителем просто потому, что так было бы удобно всем.
В будущем, его руководители не только не стояли на уровне Ивана Петровича Дзюб, но проигрывали и Леониду Анатольевичу. Причём Николай не смог заниматься научной работой по своей специальности "Теоретическая физика". Он вообще не смог больше работать по своей главной специализации, по Квантовой механике.
Тот вариант, который Николай не использовал в начале жизненного пути, был самым лучшим! Его решение разрушило всё: удачное начало карьеры, помощь со стороны старших товарищей по кафедре, возможную дружбу с младшим.
Но Николай не смог стать учёным "по - принуждению", ученым в результате шантажа со стороны тех, от кого он зависел. Пусть у него недостатки и слабости, но ведь они есть у всех людей! Он принял тогда решение: остаться Человеком, таким человеком, который уважает сам себя...