Антон Орлов всегда знал, чего хочет от жизни: дорогие машины, элитные вечеринки, лучшие рестораны. Он строил успешный бизнес, менял часы и костюмы, девушек... И ни разу не задумывался о семье, а уж тем более о детях.
Каждое утро по дороге на работу он наблюдал примерно следующую картину: соседка с девятого этажа отчаянно пытается усмирить троих детей. Один дергает мать за рукав, другой пытается открыть ее сумку в поисках конфет, третий с упоением нажимает все кнопки лифта подряд.
— Как вы справляетесь?- спрашивал он, пораженный увиденным.
— О, легко! - бодро отвечала та, выуживая ириску из кармана и ловко подкупая одного из бунтовщиков. — Просто через пару лет привыкаешь. А у вас есть дети?
— Нет, и, похоже, это к лучшему…
"Дети — это хаос, пролитый сок на светлом диване и бесконечные "почему?" в самый неподходящий момент": рассуждал Антон, удобно устроившись в кожаном кресле своего автомобиля.
Нет, благодарю, с него хватит детских криков исключительно на расстоянии.
Но однажды утром его мир дал трещину. Открыв дверь, он обнаружил на пороге свою бывшую любовницу Кристину. Одной рукой женщина придерживала чемодан, другой — мальчишку лет шести с растрепанными белокурыми волосами и огромными озорными глазами.
— Привет, Антоша,- буднично произнесла Кристина. — Можно мы зайдем?
— Располагайтесь,- кивнув в сторону дивана, сказал Антон.
— Видишь ли,- начала гостья, — мне нужно срочно уехать. А Даню не с кем оставить. Пусть он немного поживет у тебя?
Нужно отметить, что Орлов хоть и был беспорядочным бабником, но всех своих любовниц помнил и относился к ним с особым трепетом. Поэтому, прежде чем выставить эту нахалку вон, решил ее дослушать.
— Антон, это твой сын, - вдруг выпалила Кристина. — А я выхожу замуж, и мой Буся пока не знает о ребенке...
— В смысле «твой сын»? - переспросил Орлов, начиная нервничать.
— В самом прямом. Тебе стоит познакомиться с Даней. Все, мне пора. Береги его.
Прежде чем Орлов успел произнести хоть слово, она сунула ему в руки рюкзак мальчика, чмокнула сына в макушку и скрылась за дверью, оставив мужчин в полном недоумении.
Минут 20 понадобилось Антону, чтобы осознать случившиеся. За это время он успел изучить документы мальчика и пришел к выводу, что Даня действительно его сын. А теперь нужно было решить, что с ним делать дальше.
— Ты умеешь сам себя развлекать? - с надеждой спросил он ребенка.
Даня утвердительно кивнул. А через десять минут квартира была превращена в филиал детского игрового центра с использованием дорогого кожаного дивана в качестве батута...
Но самое главное было даже не это. Орлов не знал, чем питаются маленькие дети.
— Суши будешь?- спросил он ребенка.
— Я кашу хочу,- заканючил было тот.
Но тут же осекся. Новоявленный отец одарил сына таким взглядом, что стало страшно. Каши в тот день ребенок так и не получил. Вместо этого была пицца, мороженое, мультики и поиски няни...
Так начались суровые будни отцовства. Первые три няни сбежали, не выдержав Даниного темперамента. Четвертая продержалась два дня, но ушла после того, как тот запустил в нее макаронами с кетчупом. Пятая даже не успела приступить к работе, увидев разгромленную квартиру.
— Я разорюсь на нянях быстрее, чем на бизнесе, - ворчал Антон, умоляя секретаршу найти кого-нибудь, кто способен выдержать ураган по имени Даня.
И вот, когда надежда почти иссякла, объявилась няня номер шесть: спокойная, невозмутимая, с легкой иронией в глазах.
— Вам нужно чудо? - с улыбкой спросила она.
— Нам нужно выжить, - тяжело вздохнул Антон.
Ольга оказалась самой настоящей находкой. Уже через пару дней квартира перестала напоминать зону боевых действий. Даня начал вовремя ложиться спать, а Антон впервые за долгие годы узнал, что такое завтрак дома. И почему-то этот завтрак всегда проходил в теплой компании няни.
— Ты же не просто так стала няней? - как-то спросил он ее за чашкой кофе.
— А ты не просто так стал папой, - усмехнулась та.
Антон задумался. И вправду, за последние месяцы многое изменилось. Он перестал считать ребенка помехой, научился завязывать шнурки (пусть и после двадцати попыток). Узнал, что дети могут есть мороженое в любое время суток и захотеть в туалет в неподходящем месте. И даже… скучал по Дане, когда уезжал по делам.
Понял и еще одну вещь — он безумно скучал по Ольге. Ее голосу, шуткам, улыбке. Орлов начал ловить себя на мысли, что ждет момента, когда она снова войдет в комнату и улыбнется ему так, как никто никогда не улыбался.
Однажды вечером, когда девушка укладывала Даню спать, он подошел к ней и сказал:
— Ты знаешь, мне кажется, ты здесь задержишься.
— В качестве няни? - спросила она с хитрой улыбкой.
— В качестве кого-то поважнее, - ответил он.
Ольга загадочно хмыкнула, но не возразила. И только Даня, отвернувшись к стенке, шепнул своему плюшевому медведю:
— Взрослые такие медленные.