Найти в Дзене
Вехи Синематографа

Фильм Рене Клемана "Жервеза" 1956 год

Это экранизация романа Эмиля Золя "Западня". Если абстрагироваться от книги, то фильм просто замечателен. В главной роли очаровательная Мария Шелл. Её улыбка с ямочками способна умилить кого угодно. Она прачка, которую бросил непутёвый любовник, оставив ей двух детей. Погоревав чуток Жервеза (так звали главную героиню) поддалась на ухаживания рабочего-кровельщика Купо (Франсуа Перье) и вышла за него замуж. Стали они жить поживать, да добра наживать. Пока не случился скачок напряжения в мозгу, и всё пошло наперекосяк. Муж спился, дети разбежались, дочь стала уличной девкой (в фильме правда это не показано. Но мы-то знаем историю девушки по имени Нана). Бедная Жервеза потеряла всё. Её искренне жаль.  Отличные уличные декорации Парижа времён Наполеона третьего. Городские трущобы, обшарпанные квартиры, в которых обитает сброд и гольтепа. Настроение передано замечательно. Отличие от книги довольно значительные. Если в романе всё очень жёстко - беспросветный мрак, пьянство до чертей, сем

Это экранизация романа Эмиля Золя "Западня". Если абстрагироваться от книги, то фильм просто замечателен. В главной роли очаровательная Мария Шелл. Её улыбка с ямочками способна умилить кого угодно. Она прачка, которую бросил непутёвый любовник, оставив ей двух детей.

-2

Погоревав чуток Жервеза (так звали главную героиню) поддалась на ухаживания рабочего-кровельщика Купо (Франсуа Перье) и вышла за него замуж. Стали они жить поживать, да добра наживать. Пока не случился скачок напряжения в мозгу, и всё пошло наперекосяк.

-3

Муж спился, дети разбежались, дочь стала уличной девкой (в фильме правда это не показано. Но мы-то знаем историю девушки по имени Нана). Бедная Жервеза потеряла всё. Её искренне жаль. 

Отличные уличные декорации Парижа времён Наполеона третьего. Городские трущобы, обшарпанные квартиры, в которых обитает сброд и гольтепа.

-4

Настроение передано замечательно. Отличие от книги довольно значительные. Если в романе всё очень жёстко - беспросветный мрак, пьянство до чертей, семейные драки и глубокая смертельная тоска. В фильме - тоже жизнь не мёд, но там всё более мягко и приглушëнно. Кроме того, зритель тех времён ещё не был готов подобному трэшу на экране, как если бы Клеман экранизировал буква в букву. Тем не менее - отличное кино, призёр Венецианского фестиваля, между прочим. 

Такие впечатления...