О выходе артиста по УДО – обозреватель «Абзаца» Филипп Фиссен.
Михаил Ефремов – среднее звено актёрской династии – выходит по УДО, отбыв половину восьмилетнего срока. Однако суд оставил приговор в силе. Одна ошибка – и Михаил Олегович снова арестант.
Ефремов заявил, что раскаялся многократно. И это понятно – лишение свободы тяжкое наказание даже для дисциплинированного и законопослушного. Для представителя династической московской богемы – тяжелейшее испытание.
Известный своей распущенностью и эскападами, а также неуважением к зрителю, алкоголик со стажем, участник скандальных происшествий, сын великого режиссёра, внук великого режиссёра жил в достатке и пользовался положением в полной мере. Даже с перехлёстом. И происшествие со смертельным исходом кажется при таком бездумном прожигании жизни более чем закономерным. Хотя никто не застрахован… Жизнь, бывает, подстраивает неожиданные виражи.
Наказание явного виновника четыре с лишним года назад было принято обществом, склонным к прощению раскаявшихся, справедливым. Жизнь Сергея Владимировича Захарова, оборванная загулявшим артистом, не знавшим преград, невосполнима для людей, любивших отца, мужа, сына, простого трудового человека, оказавшегося на пути преступника. Человека, преступно распорядившегося всеми дарами, данными ему от рождения: талантом, обаянием, преимуществами и привилегиями от принадлежности к такой семье, как Ефремовы.
Приговор, прозвучавший в 2020-м, не был чрезмерно суров. Но для тех, кто требовал больше, даже показался мягким. Не будем кровожадны. Справедливость не всегда конгруэнтна нанесённому урону. И Ефремов – человек, создание Божие – наказание принял. Может быть, впервые за свою безалаберно творческую жизнь поступил достойно. Значит, оставалось в нём человеческое, настоящее. Не выдавленное алкоголем и мнимым превосходством. Не высосанное прихлебателями и мошенниками, окружавшими пьющего и потому ослабевающего час от часу человека.
«Либералы» (на самом деле губители, жульё разного пошиба), облепившие спивающегося артиста, соблазняли и вдували в уши идейки о том, что ему всё можно. Это у них – язва и гастрит. А ты, Миша, пей. И читай гадкие стишки, написанные на салфетке в «жан-жаках» ловкими пальчиками зажиревших посетителей.
Этими пальцами они только что вылавливали из тарелки буйабеса ракообразных. Облизав, принимались за перо. Обожравшись, отваливались от стола, сделав дело. Дальше – Миша. Смелее. Ярче. Пьянее играй – как в жизни.
А жизнь жёстче. Жизнь смертельнее. И каждый поступок, слово, выходка, хамство, скандал, плевок идёт в счёт. И счёт копится. На каждого.
Хорошо, что «Миша» раскаялся. Хорошо, что есть надежда, что он снова станет Михаилом Олеговичем – талантливым продолжателем и звеном в цепи артистической семьи. Вернёт себе имя и человеческий облик.
Спасибо судьям, внимательно отнёсшимся к заверениям осуждённого, что он навсегда «завязал», что «каялся в храме». Надеюсь, что в этом нет актёрства и игры в прежние «жан-жаковские» напёрстки, когда наигранный гнев и оппозиционность были лишь способом заработать на бухло с этой бессовестной лживой и корыстной жакерией.
Вернётся ли Ефремов на сцену? Предложат ли ему кинопродюсеры новые роли? Возможно. И даже весьма вероятно. Хотя я бы поостерёгся вот так – с места в карьер – бросаться предложением.
Пусть теперь Михаил выдержит хоть сколько-то приличное время новый вызов судьбы – соблазн, искус снова почувствовать себя на вершине цепочки, зуд тщеславия и «элитарности». Испытание свободой. И не подведёт себя и тех, кто поверил ему сегодня.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.