В эфире радиостанции Говорит Москва российскому экономисту был задан вопрос:
У меня вопрос такой. Не совсем понимаю я не экономист, на чем основывалась денежная масса, ну, вот до ФРС, допустим? И можем ли мы на эту денежную массу у себя в России влиять?
Михаил Хазин:
«Ну, конечно, можем. Поскольку у нас есть Центральный банк, мы можем влиять на денежную массу. Что касается того, какая должна быть денежная масса, то это определяется, условно говоря, экономикой. То есть если у вас, например, нет кредита, одна картинка, а если кредит есть, у вас другая картинка. И в тех промышленных экономиках, которые были, условно говоря, в XIX-XXвеке, денежная масса расширенная, которая используется в обороте, она примерно равна ВВП.
Только маленькое замечание: считать надо всю денежную массу. Например, в России в девяностые годы было колоссальное денежное сжатие, рублей не было. И к лету 1998 года доля рублевая денежная масса упала до 4% от ВВП,из-за чего был знаменитый кризис неплатежей. И очень сильно упал кредитный мультипликатор, было там 1,2. Но были денежные суррогаты, расчеты проводились в векселях, в долларах, еще в чем-то.
Поэтому, если считать оборотную массу в целом, то нужно, соответственно, это все учитывать. А там надо учитывать, что разные скорости оборота, еще там целую кучу разных тонкостей. Все это не делается.
А если мы посмотрим на сегодняшнюю ситуацию, то мы увидим, что денежной массы в большинстве стран Запада больше чем ВВП, чем 100% ВВП. Связано это с тем, что в финансовой экономике избыточный объем денежной массы, очень много денежных суррогатов, но другого толка. И по этой причине картинка очень сложная тоже. Она уже перестает быть такой простой. В нашей страневсе значительно более просто, и у нас явная недостаточная денежная масса.
Вот почему, как только Мишустин предложил инвестиционные деньги в конце 2022 - начале 2023 года, у нас произошло два любопытных эффекта. Первый из них состоял в том, что начался экономический рост, а второй — упала инфляция. А дальше Запад возбудился: «Как же так? У них экономический рост, у них упала инфляция». Ну и после этого Центральный банк начал активно, чтобы не сказать агрессивно, повышать ставку. Такая история. Так вот я эту картинку вижу. Кстати, у меня в «Воспоминаниях о будущем» эта картинка описана.»