- Первичная травма (психотравма) – это нарушения в функционировании психического аппарата Субъекта, вызванные неудачными отношениями с первичным Объектом (матерью). Такая травма является непереносимой (без поддержки) и потому воспоминания о ней подлежат исключению из сознания (вытесняются и подавляются).
- Это понятие было введено З.Фрейдом и означает память о некоем событии в детстве, которое призвано перекрыть собой другое, более важное.
Первичная травма (психотравма) – это нарушения в функционировании психического аппарата Субъекта, вызванные неудачными отношениями с первичным Объектом (матерью). Такая травма является непереносимой (без поддержки) и потому воспоминания о ней подлежат исключению из сознания (вытесняются и подавляются).
Какие могут быть нарушения вследствие ранней травматизации?
Остановка мышления, нарушения памяти (патологическая забывчивость о целых периодах детства), невозможность строить любовные и профессиональные отношения, расстройства эмоциональной сферы (прежде всего депрессия) и психосоматические заболевания.
Британский аналитик Г.Гантрип проходил психоанализ у Р.Фэйрберна и Д.У.Винникотта, в последующем, он сделал отчет об этой работе, который был представлен публике. Его публикация показала как первичная травма проявляется сквозь покрывающие воспоминания.
Это понятие было введено З.Фрейдом и означает память о некоем событии в детстве, которое призвано перекрыть собой другое, более важное.
Отношения Гантрипа с матерью были болезненными и эта первичная травма выразилась в виде воспоминания о другом травматичном эпизоде – в три с половиной года его младший брат перси умер.
Мать Гантрипа не была любящей женщиной для своих мальчиков, в конце жизни призналась сыну, что ей бы вообще не следовало рожать, и даже «выходить замуж», кроме того, она сказала, что всегда ненавидела своих детей.
Аналитик вспоминал:
Когда мне было три с половиной, я зашел в комнату к маме, у нее на руках лежал Перси, мертвый и голый. Я ринулся к ним и взял брата в свои объятия, говоря при этом: «Не отпускай его! Ты ведь никогда его не увидишь!». Она выгнала меня из комнаты. Затем меня сразила загадочная болезнь, от которой, как ожидали все, я умру. Память об этих событиях была подавлена, амнезия длилась всю мою жизнь, и во время моих двух анализов, пока мне не исполнилось семьдесят. Но эти обстоятельства оставались во мне живыми и становились явными без моего сознательного их понимания в различных событиях, очень отдаленных друг от друга.
Первый из аналитиков Гантрипа – Р.Фейрберн, во время анализа был в преклонном возрасте и сильно болел до такой степени, что работа не могла вестись дальше. В конце аналитик дал свою интерпретацию: «Полагаю, за время моей болезни, я не являюсь вашим хорошим отцом или плохой матерью, но вашим братом, который умирает для вас».
Г.Гантрип продолжил анализ с Винникоттом, в работе с которым он смог восстановить образ «достаточно хорошей матери», однако омраченный двумя характеристиками этих отношений:
- Чувство «падения» (или провала, то есть состояние, в котором субъект ощущает свою полную беспомощность и непонимание происходящего), возникшее из-за идентификации с умершим братом.
- «Страх остаться наедине с матерью», которая неспособна его оберегать и заботиться (мы помним ее признание, в котором она говорила о ненависти к своим детям).
Однако и этот анализ закончился без того, чтобы восстановить личные воспоминания, касающиеся жизни и смерти Перси. Гантрип узнает, что Винникотт болен, а затем его аналитик умирает. После чего Гантрипу снятся несколько снов (а мы знаем, насколько важное значение имеет сон в психоанализе):
- «Я увидел свою мать, черную, неподвижную, смотрящую прямо перед собой, игнорирующую меня полностью, в то время как я сидел рядом с ней, глядя на нее, чувствуя себя застывшим в своей неподвижности»
- «Во сне мне было три года, я был в коляске со своим братом, которому было около года. Я был напряжен и с тревогой смотрел налево, на маму, чтобы узнать, обращает ли она внимание на нас. Но она смотрела строго вдаль, игнорируя нас, как и в первом сне»
- «Я был с другим мужчиной, моим двойником, и мы пытались дотянуться до мертвого предмета и схватить его. Внезапно двойник рухнул как громадина. Сон тут же изменился: в освещенной комнате я снова увидел Перси. Он сидел на коленях женщины, у которой не было ни лица, ни рук, ни груди. Она была просто местом для сидения на коленях, а не человеком. Перси выглядел ужасно несчастным, уголки его рта были опущены, я попытался заставить его улыбнуться»
В этих снах Гантрип повторно открыл «воспоминание о падении» в то время, как он увидел своего мертвого брата. Но это не все, сны позволяют Гантрипу вернуться в период «до смерти Перси… к своему падению», то есть к первичной травме. Анализ у Винникотта и его исчезновение (смерть аналитика), позволили восстановить связь с утраченной частью себя и своих воспоминаний о матери. То есть с той частью себя, которая заболела из-за неспособности матери быть матерью, что случилось до смерти Перси.
Заняв место матери Винникотт сделал возможным появление воспоминания о матери, осуществив эффективное онейрическое (сновидческое) возрождение ее парализующей шизоидной отчужденности.
Здесь проявляется подобие того, что А.Гринн писал о «мертвой матери» - первичной материнской депрессии, которое проявилось у Гантрипа состояние раннего «падения/провала», что вновь возвратилось спустя много лет, в его анализе, в виде «переносной депрессии».
Личный анализ позволил Г.Гантрипу ответить на вопрос о месте психоаналитической психотерапии первичной травмы:
«Вклад человеческих и понимающих отношений позволяют установить контакт с травмированным и глубоко подавленным ребенком и делает человека способным к лучшей жизни, уверенным в том, что он обретет новые и реальные отношения с травматичным наследием его первых лет жизни и его становления, с наследием, которое проникает и врывается в его сознание».
Что мы видим в случае Г.Гантрипа?
Как писал Винникотт, ребенок нуждается не в еде, которая бы подходила ему, а в том, чтобы те, кто его кормят, действительно любили это делать. Мать, своими либидинозными инвестициями стимулирует развитие ребенка (при условии, что эти инвестиции не станут избыточными).
Гантрипу в этом плане не повезло, его мать, была не способной достаточно любить своего малыша, что привело к отчаянию маленького мальчика, которое проявилось в чувстве «падения». Это неадеквантное отношение воспринимается ребенком как чрезвычайно травматичное и подавляется, приводя к амнезии. Далее, Гантрип переносит смерть брата – событие тоже травматичное, но в личном смысле менее важное, чем отношения с первичным объектом. Тогда, эта смерть стала покрывающим воспоминанием предыдущего, более тягостного опыта – то есть психика из двух событий выбрала менее травматичное.
Таков смысл всех покрывающих воспоминаний – они подменяют другие события, которые имели более сильный личный смысл (события, вызывающие сильные аффекты).
*В работе использован доклад T.Bokanowski «Cliniques(s) du traumatisme» // Conférences de Sainte-Anne 27 mai 2013
Автор: Александр Фатеев
Врач-психотерапевт
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru