“Но он сказал: мужи братия и отцы! послушайте. Бог славы явился отцу нашему Аврааму в Месопотамии, прежде переселения его в Харран, и сказал ему: «выйди из земли твоей и из родства твоего и из дома отца твоего и пойди в землю, которую покажу тебе». Тогда он вышел из земли Халдейской и поселился в Харране; а оттуда, по смерти отца его, переселил его Бог в сию землю, в которой вы ныне живёте. И не дал ему на ней наследства ни на стопу ноги, а обещал дать её во владение ему и потомству его по нём, когда ещё был он бездетен. И сказал ему Бог, что потомки его будут переселенцами в чужой земле и будут в порабощении и притеснении лет четыреста. «Но Я, сказал Бог, произведу суд над тем народом, у которого они будут в порабощении; и после того они выйдут и будут служить Мне на сём месте». И дал ему завет обрезания. По сём родил он Исаака и обрезал его в восьмой день; а Исаак родил Иакова, Иаков же двенадцать патриархов. Патриархи, по зависти, продали Иосифа в Египет; но Бог был с ним, и избавил его от всех скорбей его, и даровал мудрость ему и благоволение царя Египетского фараона, который и поставил его начальником над Египтом и над всем домом своим. И пришёл голод и великая скорбь на всю землю Египетскую и Ханаанскую, и отцы наши не находили пропитания. Иаков же, услышав, что есть хлеб в Египте, послал туда отцов наших в первый раз. А когда они пришли во второй раз, Иосиф открылся братьям своим, и известен стал фараону род Иосифов. Иосиф, послав, призвал отца своего Иакова и всё родство своё, душ семьдесят пять. Иаков перешёл в Египет, и скончался сам и отцы наши; и перенесены были в Сихем и положены во гробе, который купил Авраам ценою серебра у сынов Еммора Сихемова. А по мере, как приближалось время исполниться обетованию, о котором клялся Бог Аврааму, народ возрастал и умножался в Египте, до тех пор, как восстал иной царь, который не знал Иосифа. Сей, ухищряясь против рода нашего, притеснял отцов наших, принуждая их бросать детей своих, чтобы не оставались в живых. В это время родился Моисей, и был прекрасен пред Богом. Три месяца он был питаем в доме отца своего. А когда был брошен, взяла его дочь фараонова и воспитала его у себя, как сына. И научен был Моисей всей мудрости Египетской, и был силён в словах и делах. Когда же исполнилось ему сорок лет, пришло ему на сердце посетить братьев своих, сынов Израилевых. И, увидев одного из них обижаемого, вступился и отомстил за оскорблённого, поразив Египтянина. Он думал, поймут братья его, что Бог рукою его даёт им спасение; но они не поняли. На следующий день, когда некоторые из них дрались, он явился и склонял их к миру, говоря: «вы братья; зачем обижаете друг друга?» Но обижающий ближнего оттолкнул его, сказав: «кто тебя поставил начальником и судьёю над нами? Не хочешь ли ты убить и меня, как вчера убил Египтянина?» От сих слов Моисей убежал и сделался пришельцем в земле Мадиамской, где родились от него два сына. По исполнении сорока лет явился ему в пустыне горы Синая Ангел Господень в пламени горящего тернового куста. Моисей, увидев, дивился видению; а когда подходил рассмотреть, был к нему глас Господень: «Я Бог отцов твоих, Бог Авраама и Бог Исаака и Бог Иакова». Моисей, объятый трепетом, не смел смотреть. И сказал ему Господь: «сними обувь с ног твоих, ибо место, на котором ты стоишь, есть земля святая. Я вижу притеснение народа Моего в Египте, и слышу стенание его, и нисшёл избавить его: итак, пойди, Я пошлю тебя в Египет». Сего Моисея, которого они отвергли, сказав: «кто тебя поставил начальником и судьёю?», сего Бог через Ангела, явившегося ему в терновом кусте, послал начальником и избавителем. Сей вывел их, сотворив чудеса и знамения в земле Египетской, и в Чермном море, и в пустыне в продолжение сорока лет. Это тот Моисей, который сказал сынам Израилевым: «Пророка воздвигнет вам Господь Бог ваш из братьев ваших, как меня; Его слушайте». Это тот, который был в собрании в пустыне с Ангелом, говорившим ему на горе Синае, и с отцами нашими, и который принял живые слова, чтобы передать нам, которому отцы наши не хотели быть послушными, но отринули его и обратились сердцами своими к Египту, сказав Аарону: «сделай нам богов, которые предшествовали бы нам; ибо с Моисеем, который вывел нас из земли Египетской, не знаем, что случилось». И сделали в те дни тельца, и принесли жертву идолу, и веселились перед делом рук своих. Бог же отвратился и оставил их служить воинству небесному, как написано в книге пророков: «дом Израилев! приносили ли вы Мне заколения и жертвы в продолжение сорока лет в пустыне? Вы приняли скинию Молохову и звезду бога вашего Ремфана, изображения, которые вы сделали, чтобы поклоняться им: и Я переселю вас далее Вавилона». Скиния свидетельства была у отцов наших в пустыне, как повелел Говоривший Моисею сделать её по образцу, им виденному. Отцы наши с Иисусом, взяв её, внесли во владения народов, изгнанных Богом от лица отцов наших. Так было до дней Давида. Сей обрёл благодать пред Богом и молил, чтобы найти жилище Богу Иакова. Соломон же построил Ему дом. Но Всевышний не в рукотворённых храмах живёт, как говорит пророк: «Небо — престол Мой, и земля — подножие ног Моих. Какой дом созиждете Мне, говорит Господь, или какое место для покоя Моего? Не Моя ли рука сотворила всё сие?» Жестоковыйные! люди с необрезанным сердцем и ушами! вы всегда противитесь Духу Святому, как отцы ваши, так и вы. Кого из пророков не гнали отцы ваши? Они убили предвозвестивших пришествие Праведника, Которого предателями и убийцами сделались ныне вы, — вы, которые приняли закон при служении Ангелов и не сохранили” (7:2-53).
На уроке “За что бы вы положили жизнь” мы ближе узнали одного из героев веры - Стефана, первого христианского мученика. Теперь же давайте более подробно рассмотрим проповедь Стефана, обращенную к синедриону.
Проповедь Стефана уникальна. Это одна из немногих проповедей в Деяниях, которую произносит кто-то помимо апостолов, и она самая длинная! Взяв завершающие слова проповеди (7:51-53), мы озаглавили урок “Как отцы ваши, так и вы”. Кое-кто пренебрежительно отзывается о проповеди Стефана, представляющей, по их словам, “скучный обзор иудейской истории с несколькими оскорблениями в конце”. Однако все указывает на то, что она была произнесена по вдохновению, и каждая фраза в ней служит определенной цели.
В защитительной речи Стефана было три основных момента: (1) он действительно защищался против выдвинутых в его адрес обвинений; (2) при этом он подчеркивал, что не он, а его обвинители были виновны - и именно в том, в чем обвиняли его; (3) в центре его речи был Христос. Как мы увидим, вся его проповедь пронизана мыслью о Мессии - иногда выраженной ясно, иногда только подразумеваемой.
СВЯЩЕННЫЙ ЗАВЕТ (7:2-16)
Стефан начал так: “Мужи братия и отцы! послушайте” (7:2). В его словах звучит уважение к синедриону. Иудеи любили слушать историю своего народа по многу раз, которая подчеркивала, что они являлись особым Божьим народом.
Вступление Стефана обезоруживало: “Бог славы явился отцу нашему Аврааму в Месопотамии, прежде переселения его в Харран, и сказал ему: «выйди из земли твоей и из родства твоего и из дома отца твоего, и пойди в землю, которую покажу тебе». Тогда он вышел из земли Халдейской и поселился в Харране; а оттуда, по смерти отца его, переселил его Бог в сию землю, в которой вы ныне живете. И не дал ему на ней наследства ни на стопу ноги, а обещал дать её во владение ему и потомству его по нём, когда ещё был он бездетен. И сказал ему Бог, что потомки его будут переселенцами в чужой земле и будут в порабощении и притеснении лет четыреста. «Но Я, сказал Бог, произведу суд над тем народом, у которого они будут в порабощении; и после того они выйдут и будут служить Мне на сём месте». И дал ему завет обрезания. По сём родил он Исаака и обрезал его в восьмой день; а Исаак родил Иакова, Иаков же двенадцать патриархов” (7:2-8).
Стефана обвиняли в богохульстве (6:11), но он выказывает глубокое уважение к Богу. Он говорит о Боге как о “Боге славы” и отмечает присутствие Бога в жизни Авраама и других патриархов.
Попутно Стефан устанавливает и некоторые другие истины. Великие события в жизни Авраама произошли задолго до того, как был передан закон и был построен храм! Также, вероятно, знаменательно и то, что многие из великих событий, им упомянутых, произошли за пределами Палестины! Несомненно одно: при упоминании Стефаном данного Аврааму обетования каждый иудей должен был непременно вспомнить, что в обетовании также говорилось о Том, Кто придет благословить все народы, - о Мессии!
Заговорив о патриархах, Стефан затронул новую тему: на протяжении всей своей истории иудеи отвергали избранных Богом избавителей! Первым Божьим избавителем, отвергнутым их отцами, был Иосиф: “Патриархи по зависти продали Иосифа в Египет; но Бог был с ним, и избавил его от всех скорбей его, и даровал мудрость ему и благоволение царя Египетского фараона, который и поставил его начальником над Египтом и над всем домом своим. И пришёл голод и великая скорбь на всю землю Египетскую и Ханаанскую, и отцы наши не находили пропитания. Иаков же, услышав, что есть хлеб в Египте, послал туда отцов наших в первый раз. А когда они пришли во второй раз, Иосиф открылся братьям своим, и известен стал фараону род Иосифов. Иосиф, послав, призвал отца своего Иакова и всё родство своё, семьдесят пять душ” (7:9-14).
Обратите внимание на три факта, выделенные Стефаном: (1) братья Иосифа (патриархи и “отцы” иудейского народа) отвергли Иосифа; (2) Бог предоставил им вторую возможность (когда они пришли в Египет купить зерна); (3) во второй раз им пришлось принять Иосифа как своего избавителя, иначе они умерли бы (от голода). Стефан затем снова подчеркнет эти истины - когда будет говорить о другом Избавителе.
Затем Стефан быстро заканчивает обзор четырехсотлетней истории: “Иаков перешёл в Египет, и скончался сам и отцы наши; и перенесены были в Сихем и положены во гробе, который купил Авраам ценою серебра у сынов Еммора Сихемова” (7:15, 16).
СВЯЩЕННЫЕ ЗАПОВЕДИ (7:17-43)
Стефана обвинили в том, что он говорил хульные слова на Моисея (6:11) и на закон (6:13). В середине проповеди - рассказ о Моисее. Он начинает с предыстории: “А по мере, как приближалось время исполниться обетованию, о котором клялся Бог Аврааму, народ возрастал и умножался в Египте, до тех пор, как восстал иной царь, который не знал Иосифа. Сей, ухищряясь против рода нашего, притеснял отцов наших, принуждая их бросать детей своих, чтобы не оставались в живых” (7:17-19).
Проповедь Стефана продолжается, повествуя о рождении в то печальное время того, кого Бог использует, чтобы спасти Свой народ: “В это время родился Моисей, и был прекрасен пред Богом. Три месяца он был питаем в доме отца своего. А когда был брошен [оставлен в корзине из тростника на реке Нил], взяла его дочь фараонова и воспитала его у себя, как сына. И научен был Моисей всей мудрости Египетской, и был силён в словах и делах” (7:20-22).
Никто, слушая Стефана, не поверил бы, что этот человек не имеет глубочайшего уважения к Моисею.
Затем он рассказал, как Моисей, который понимал, что был евреем, задумал освободить свой народ. Стефан также напомнил своим слушателям, что в первый раз, когда Моисей попытался спасти Израиль, его собратья отвергли его: “Когда же исполнилось ему сорок лет, пришло ему на сердце посетить братьев своих, сынов Израилевых. И, увидев одного из них обижаемого, вступился и отмстил за оскорблённого, поразив Египтянина. Он думал, поймут братья его, что Бог рукою его даёт им спасение; но они не поняли. На следующий день, когда некоторые из них дрались, он явился и склонял их к миру, говоря: «вы - братья; зачем обижаете друг друга?» Но обижающий ближнего оттолкнул его, сказав: «кто тебя поставил начальником и судьёю над нами? Не хочешь ли ты убить и меня, как вчера убил Египтянина?» От сих слов Моисей убежал и сделался пришельцем в земле Мадиамской, где родились от него два сына” (7:23-29).
Еще раз Стефан показал, как и на примере с Иосифом, что Бог предоставил Своему народу еще одну возможность: “По исполнении сорока лет явился ему в пустыне горы Синая Ангел Господень в пламени горящего тернового куста. Моисей, увидев, дивился видению; а когда подходил рассмотреть, был к нему глас Господень: «Я Бог отцов твоих, Бог Авраама и Бог Исаака и Бог Иакова». Моисей, объятый трепетом, не смел смотреть. И сказал ему Господь: «сними обувь с ног твоих, ибо место, на котором ты стоишь, есть земля святая. Я вижу притеснение народа Моего в Египте, и слышу стенание его, и нисшёл избавить его: итак, пойди, Я пошлю тебя в Египет»” (7:30-34).
Чтобы они не упустили того момента, что Моисей был посланным Богом избавителем и что их отцы отвергли его, Стефан выразился определенно: “Сего Моисея, которого они отвергли, сказав: «кто тебя поставил начальником и судьёю?», сего Бог через Ангела, явившегося ему в терновом кусте, послал начальником и избавителем” (7:35). Как и в истории с Иосифом, если они отвергнут Божьего избавителя во второй раз (и не последуют за ним из Египта), они погибнут (в плену).
Начиная со стиха 35, Стефан говорит о Моисее в нескольких словах: “Сего Моисея, которого они отвергли... Бог... послал начальником и избавителем. Сей вывел их, сотворив чудеса и знамения в земле Египетской, и в Чермном море, и в пустыне в продолжение сорока лет. Это тот Моисей, который сказал сынам Израилевым: «Пророка воздвигнет вам Господь Бог ваш из братьев ваших, как меня...». Это тот, который был в собрании в пустыне с Ангелом, говорившим ему на горе Синае, и с отцами нашими, и который принял живые слова, чтобы передать нам” (7:35-38).
В этой краткой зарисовке последних сорока лет жизни Моисея Стефан проявил уважение как к Моисею, так и к законам, переданным через Моисея. Стефан отметил разговор Божьего ангела с Моисеем на горе Синай и назвал закон “живыми словами”, данными иудеям. Стефан доказал свою невиновность: он не хулил ни Моисея, ни закон.
Слова Стефана имели и другую цель - более глубокую. Он напомнил синедриону слова Моисея: “Пророка воздвигнет вам Господь Бог из братьев ваших, как меня”. Затем он напомнил им, кем был Моисей: он был правителем (ст. 35), избавителем (ст. 35), творцом чудес (ст. 36), пророком (ст. 37), он был в собрании с ангелом (ст. 38), он передавал Божьи слова людям (ст. 38). Это сравнение с Иисусом из Назарета трудно было не заметить.
Стефан, однако, не был готов настаивать на этой параллели. Для начала он напомнил своим слушателям о том, что, когда Бог предоставил их отцам второй шанс, они опять отвергли Божьего избавителя: “....которому отцы наши не хотели быть послушными, но отринули [«отвергли»; Совр. пер.] его и обратились сердцами своими к Египту, сказав Аарону: «сделай нам богов, которые предшествовали бы нам; ибо с Моисеем, который вывел вас из земли Египетской, не знаем, что случилось». И сделали в те дни тельца, и принесли жертву идолу, и веселились перед делом рук своих” (7:39-41).
Вместо живых слов они приняли мертвых идолов. Когда они отринули Божьего избавителя во второй раз, на них пал гнев Божий. Поскольку за этим случаем неприятия израильтянами Бога в пустыне последовали и другие, Стефан сжато изложил историю, пользуясь словами пророка Амоса, чтобы показать, что Бог не терпит, когда Его отвергают: “Бог же отвратился и оставил их служить воинству небесному, как написано в книге пророков: «дом Израилев! приносили ли вы Мне заколения и жертвы в продолжение сорока лет в пустыне? Вы приняли скинию Молохову и звезду бога вашего Ремфана, изображения, которые вы сделали, чтобы поклоняться им: и Я переселю вас далее Вавилона»” (7:42, 43).
Бог избавил израильтян от рабства (египетского), но так как они продолжали отвергать назначенных Им избавителей (в пустыне и в земле Ханаанской), Бог опять отправил их в рабство (вавилонское)!
СВЯЩЕННЫЕ ДВОРЫ (7:44-50)
Ссылка на скинию Молохову послужила мостиком к третьей части речи Стефана, в которой он сначала сказал о Божьей скинии, а затем о храме. В этой третьей части Стефан отвечает на выдвинутое против него обвинение в хулении храма (6:13, 14). Однако к этому обвинению он подходит иначе, чем к другим. Что касается обвинений в том, что он, якобы, высказывался против Бога, Моисея и закона, то Стефан продемонстрировал к ним глубокое уважение. К обвинению в высказывании против храма он подходит так, что становится неважно, говорил он так или нет - потому что храм сам по себе, оказывается, не так уж необходим.
“Скиния свидетельства была у отцов наших в пустыне, как повелел Говоривший Моисею сделать её по образцу, им виденному. Отцы наши с Иисусом, взяв её, внесли во владения народов, изгнанных Богом от лица отцов наших. Так было до дней Давида” (7:44, 45).
Стефан напомнил своим слушателям, что их отцы поклонялись Богу задолго до того, как был построен храм в Иерусалиме. Бог повелел Моисею построить не храм, а скинию. Затем их отцы, пребывая в пустыне и в земле Ханаанской, поклонялись Богу в скинии на протяжении четырехсот лет, “до дней Давида”.
Идея построить постоянный дом для ковчега Завета принадлежала Давиду: “Сей обрёл благодать пред Богом и молил, чтобы найти жилище Богу Иакова” (7:46). Давида похвалили за идею, но храм построить не позволили (2 Цар. 7:2-13): “Соломон же [сын Давида] построил Ему дом” (7:47; ср. 2 Цар. 7:2-13). Смысл сказанного заключается в том, что, если бы храм был так необходим, он был бы построен сразу же после предложения Давида. Однако прошло немало лет, прежде чем он, наконец, был построен!
Затем Стефан сделал в высшей степени скандальное заявление (возможно, подобное заявление звучало в его проповедях и раньше, и не исключено, что именно оно дало повод обвинить его в осквернении храма): “Но Всевышний не в рукотворённых храмах живёт” (7:48). Подобное заявление не иначе как повысило температуру у слушавших его, но было ли это богохульством? Открывая храм, Соломон молился Богу: “Поистине, Богу ли жить на земле? Небо и небо небес не вмещают Тебя, тем менее сей храм, который я построил” (3 Цар. 8:27; ср. 2 Пар. 6:18). Стефан напомнил синедриону, что пророк Исаия подчеркивал ту же истину: “...как говорит пророк: «Небо — престол Мой, и земля — подножие ног Моих. Какой дом созиждете Мне, говорит Господь, или какое место для покоя Моего? Не Моя ли рука сотворила всё сие?»” (7:48-50; ср. Ис. 66:1, 2).
Исаия сказал, что все вокруг есть Божий храм! Так зачем же тогда синедриону расстраиваться, если кто-то намекает, что здание, построенное человеческими руками, не имеет большого значения?
Это был идеальный момент, чтобы произнести учение о том, что Бог живет в Своих людях. Исаия тоже подчеркивал слова Бога: “Я живу... с сокрушёнными и смирёнными духом” (Ис. 57:15). Однако у Стефана так и не оказалось возможности свести воедино все нити, проходящие через его проповедь.
ПУГАЮЩИЙ ВЫВОД (7:51-53)
В стихе 51 содержание речи Стефана неожиданно и резко меняется. Может, он увидел все возрастающую ненависть на лицах слушателей? Или почувствовал, что у него не хватит времени на все, что он задумал сказать? А, может, ссылка на пророка (ст. 48) просто напомнила Стефану о том, как иудеи обращались с пророками (ст. 52)? Какова бы ни была причина, Стефан быстро перешел от защиты к нападению, сказав судьям, что они сами виновны в том, в чем обвиняют его: “Жестоковыйные! люди с необрезанным сердцем и ушами! вы всегда противитесь Духу Святому, как отцы ваши, так и вы. Кого из пророков не гнали отцы ваши? Они убили предвозвестивших пришествие Праведника, Которого предателями и убийцами сделались ныне вы, — вы, которые приняли закон при служении Ангелов и не сохранили” (7:51-53).
Они обвинили Стефана в непочтительном отношении к Богу, но сами противились Святому Божьему Духу, не слушая тех, на которых Бог послал Святого Духа! Они обвинили Стефана в неуважении к Моисею и закону, но сами не придерживались закона Моисея! Их уши отказывались слышать истину, их сердца отказывались принимать истину, а их шеи отказывались склониться перед истиной!
Они ничем не отличались от своих отцов! Их отцы отвергли Иосифа. Потом они дважды отвергли Моисея. И, наконец, они не только отвергли пророков, они их убили! Подобным же образом синедрион отринул Праведника, Иисуса, когда Он пришел — и они убили Его!
Комментаторы иногда рисуют Стефана внезапно ставшим агрессивным, с горящими глазами, с указующим перстом — прямо вызывающим синедрион на вынесение ему смертного приговора. Это никак не соответствует характеру человека, “исполненного благодати” (6:8; Совр. пер.), почтительно обратившегося к синедриону как к “мужам братиям и отцам” (7:2) и позже молившегося: “Господи! не вмени им греха сего” (7:60). Я полагаю, что цель Стефана в стихах 51-53 состояла не в том, чтобы излить гнев на синедрион, а, скорее, попытаться с помощью потрясения привести их к покаянию — усилие, направленное на то, чтобы разбить каменистую почву их сердец. Я представляю себе Стефана, говорящего медленно, — так, будто его сердце разрывалось.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Продолжать Стефану его великолепную проповедь не дали, Его слушатели закрыли уши руками, закричали на него и вытащили его из палат синедриона. Стефан призывал синедрион не быть похожими на своих отцов в отвержении назначенных Богом спасителей, а они до смерти забили его камнями, действуя точно так же, как и их отцы.
Можно извлечь для себя какой-нибудь урок из проповеди Стефана? Можно, и немало. Вот один из них: следует ценить все, что Бог сделал за всю историю, чтобы спасти нас. И, несомненно, самым главным уроком является следующий: остерегайтесь отвергать посланного Богом Спасителя сегодня. Мы знаем, что “Бог, многократно и многообразно говоривший издревле отцам в пророках, в последние дни сии говорил нам в Сыне” (Евр. 1:1, 2). Иисус сказал: “Отвергающий Меня и не принимающий слов Моих имеет судью себе: слово, которое Я говорил, оно будет судить его в последний день” (Ин. 12:48).
Каждому из нас следует спросить: “Если передо мной станет Иисус, приму я Его или отвергну?” Иными словами: со Стефаном я или с синедрионом?