В боях 10-11 июня 1942 г. левофланговая 301-я стрелковая дивизия 21-й армии потерпела поражение и понесла большие потери, однако после поступления на ее усиление остатков 556-го стрелкового полка 169-й стрелковой дивизии, переброски на это направление 293-й стрелковой дивизии и спешно пополненной танками 10-й танковой бригады на восточном берегу Северского Донца напротив 2 пехотных полков немецкой 336-й пехотной дивизии командующему 21-й армии удалось сосредоточить 6 стрелковых полков и танковую бригаду в составе 38 исправных танков (8 КВ-1, 10 Т-34, 20 Т-60), что вполне позволяло попытаться перейти в контрнаступление, тем более что линия фронта 336-й дивизии теперь значительно растянулась, а немецкие полки еще не успели серьезно закрепиться на занятом ими рубеже обороны.
Для предстоящего контрнаступления 556-й стрелковый полк и 10-я танковая бригада были переподчинены командиру 293-й стрелковой дивизии генерал-майору Лагутину, также дивизия получила на усиление армейские 1-й и 21-й истребительные батальоны в составе 770 человек личного состава, 57-й гвардейский минометный полк (24 установки М-13), 2-й дивизион 156-го артиллерийского полка РГК (6 152-мм гаубиц), 2 батареи 338-го легкоартиллерийского полка РГК (8 76-мм орудий).
Начало контрнаступления было запланировано на 5.00 12 июня. По решению Лагутина справа из лесов южнее Титовки в юго-западном направлении должен был наступать 1032-й стрелковый полк, на усилении которого находилось 8 артиллерийских батарей и дивизион РС. Для развития успеха на его левом фланге предполагалось ввести в бой 556-й стрелковый полк.
На левом фланге 293-й дивизии с высот 157,6 и 163,7 должен был атаковать с севера на Волчанск 1034-й стрелковый полк, усиленный артиллерийским дивизионом и дивизионом РС. Для развития успеха на его левом фланге предполагалось ввести в бой 1036-й стрелковый полк, и здесь же вдоль дороги Нежеголь – Волчанск действовала 10-я танковая бригада.
Прибытие главных сил 293-й стрелковой дивизией вместе с 10-й танковой бригадой 11 июня не прошло для немцев незамеченным. В отданных штабом 336-й пехотной дивизии своим частям в 22.40-22.50 11 июня боевых приказах на переход к обороне прямо говорится: «исходные позиции противника, при нем танки, предполагаются в районе Петровки (прим. – прежнее название села Ржевка). Деятельность вражеских разведывательных групп на западном фланге дивизии, а также на западном берегу Донца. Дивизия принимает в расчет, что противник в следующие дни наступлением с севера попытается облегчить положение своих войск, окруженных к югу от нас».
Готовясь к отражению советского контрнаступления, в ночь на 12 июня вся 336-я пехотная дивизия перешла к обороне: в районе хутора Марьин – 687-й пехотный полк, на высоте 184,4 к западу от Марьина – 3-й батальон 685-го пехотного полка, на высоте 163,7 – 1-й батальон 685-го ПП, на высоте 167,3 (севернее совхоза Плетеновка) и восточнее нее – 2-й батальон 685-го ПП, в районе отметки 126,8 в 1 км восточнее Новой Таволжанки – сводный отряд Пюрера (336-й противотанковый батальон без одной роты и 336-й саперный батальон без одной роты), в лесах у Титовки и далее вдоль Северного Донца – 686-й пехотный полк. В 22.15 11 июня боевым приказом № 24 командира 8-го армейского корпуса 336-й пехотной дивизии была также переподчинена находящаяся в Волчанске на усилении 113-й пехотной дивизии батарея 244-го батальона штурморудий, а также подчинена 88-мм зенитная батарея 1-го дивизиона 12-го зенитного полка. Для сокращения растянувшей линии обороны 336-й ПД весь ее левый фланг от Волково до Шебекино (южное) должна была принять вводимая в бой из армейского резерва 389-я пехотная дивизия, которая только с 13.00 12 июня была подчинена штабу 8-го АК. Однако до ее прибытия отражать готовящееся советское контрнаступление 336-я пехотная дивизия должна была только собственными силами.
Боевые действия 12 июня начались раньше назначенных командиром 293-й СД 5 часов. Ввиду того, что указанные правофланговому 1032-му стрелковому полку исходные позиции в роще у Титовки оказались уже заняты 686-м пехотным полком, в 2.50 1032-й полк со стороны Шебекино атаковал позиции правофлангового 1-го батальона 686-го ПП в данной роще. В ходе последовавшего затем боя атакующим удалось прорвать немецкие позиции, однако в ходе контратаки в 4.45 1-й батальон 686-го ПП отбил их и восстановил свое прежнее положение. Десять минут спустя, в 4.55 в штаб 336-й ПД поступило известие, что атакован левофланговый 3-й батальон 686-го ПП, и идут ожесточенные лесные бои.
В отличие от 1032-го полка наступление 1034-го стрелкового полка и 10-й танковой бригады началось с опозданием. Сам 1034-й полк в результате неорганизованности и плохого взаимодействия вместо 5 часов атаковал только в 8.00, причем его полковая артиллерия, выдвинутая на огневые позиции, артподготовки не провела. Не участвовал в наступлении и 57-й гвардейский минометный полк. Согласно приказу начальника артиллерии 21-й армии 311-й гвардейский минометный дивизион этого полка ровно в 5.00 дал залп со всех своих 7 установок М-13 по скоплениям пехоты 687-го ПП 336-й ПД у северной опушки рощи к западу от хутора Марьин, т.е. далеко в стороне от наступления 1034-го СП, после чего на протяжении всего остального дня реактивная артиллерия не дала больше ни одного залпа по противнику.
Старший адъютант 1-го танкового батальона 10-й ТБр старший лейтенант Яков Голубев в ночь на 12 июня вместо отдачи приказания о подготовке танков для выполнения боевой задачи лег спать. Только утром 12 июня за полчаса до начала наступления Голубев отдал экипажам распоряжение о подготовке танков, но в связи с малым для этого временем танки своевременно заправлены не были и в атаку пошли с опозданием.
Лишь в 6.06 из 685-го пехотного полка в штаб 336-й ПД доложили о начале атаки советских танков, которая, как и было задано приказом штаба Лагутина, велась вдоль дороги Вознесеновка – Волчанск. В 6.40 по танкам ударили ранее вызванные штабом 336-й ПД пикирующие бомбардировщики, однако они не смогли сорвать начавшегося советского наступления. В 7.03 из 685-го пехотного полка сообщили, что к танкам присоединилась советская пехота – 1034-й стрелковый полк.
К 7.12 для отражения танковой атаки в совхоз Плетеневка в распоряжение командира 685-го ПП были отправлены 88-мм зенитная батарея и противотанковая рота. Примерно в это же время на участке правофлангового 3-го батальона 685-го ПП был подбит и остался стоять на поле боя первый танк 10-й танковой бригады, экипаж оставил танк и отошел.
В составленном через несколько дней докладе командира 10-й танковой бригады полковника Бунтмана-Дорошкевича об этом бое сказано немного: «Танки бригады решительно опрокинули противника на рубеже: отм. 176,7 – свх. Плетеневка, но были встречены сильным противотанковым огнем более 25 орудий, были остановлены и в течение дня вели огонь, маневрируя в районе отм. 176,7, 163,7. Пехота 293 СД, достигнув указанных рубежей, залегла и дальнейшего продвижения не имела. В первые минуты боя было подбито два танка Т-34. Авиация противника непрерывно господствовала в воздухе, штурмуя и бомбардируя боевые порядки пехоты и особенно танков… Противник, применяя метод обтекания флангов, ввиду слабой активности пехоты, вклинивался частыми контратаками в расположение нашей пехоты, одновременно ведя ураганный огонь по нашим танкам».
Чуть дальше в докладе рассказываются некоторые подробности того, как в начале 8-го часа перед участком 3-го батальона 685-го ПП были подбиты первые 2 танка Т-34. Шедший головным танк Т-34 № 12117 старшины Владимира Кротова (1-й танковый батальон) вышел к высоте 184,4, где был встречен огнем сразу нескольких орудий ПТО и тут же подбит. Снарядом был пробит правый борт у сиденья радиста, сам радист младший сержант Василий Павлов и механик-водитель танка старшина Александр Павловский погибли, командир танка Кротов был ранен. Танк тут же попытались эвакуировать с поля боя силами ходового танка Т-34 № 1276 лейтенанта Онищенко (2-й танковый батальон), но он также был подбит: одним из снарядов немецкой артиллерии пробило правый борт танка, а экипаж из 3 человек был ранен.
После потери первых 2 танков танкисты 10-й танковой бригады стали проявлять больше осторожности, и в 8.00 командир 685-го пехотного полка докладывал в штаб 336-й ПД, что теперь танки атаковали небольшими группами, приближались к немецким позициями, попадали под огонь со стороны немцев, после чего отходили назад и атаковали уже на другом участке, постепенно прощупывая немецкую оборону, выискивая наиболее слабый ее участок. Однако потери танкистов продолжали расти и в 8.04 из 685-го пехотного полка докладывали в штаб 336-й ПД уже о 4 подбитых танках 10-й ТБр. Еще час спустя, в 9.00 оборонявший высоту 163,7 1-й батальон 685-го ПП отбил 2-ю по счету большую атаку танков 10-й ТБр на свои позиции, а потери танкистов на участке 685-го полка выросли до 5 подбитых танков.
Согласно советским документам, в ходе утренних атак на позиции 1-го батальона 685-го ПП 293-я стрелковая дивизия при поддержке 10-й танковой бригады смогла потеснить противника и завязала бой за высоту 180,6 к северу от Герлеговки, однако далее «пр-к, введя в бой до 10 танков, потеснил передовые части дивизии и к 10.00 овладел выс. 171,8. авиация пр-ка с 10.00 непрерывно группами до 20 самолетов бомбардировала и штурмовала передовые части дивизии. В 10.00 дивизия временно вынуждена была прекратить наступательные действия для приведения в порядок подразделений и восстановления нарушенной организации взаимодействия между родами войск». В «Боевом пути 66-й гвардейской стрелковой дивизии» говорится даже, что под ударов этих 10 немецких танков (прим. – т.е. по факту StuG III 244-го дивизиона штурморудий) и резервных пехотных подразделений 293-я стрелковая дивизия отошла на исходные позиции, таким образом наступление ее полностью провалилось.
Перейдя к обороне, 293-я стрелковая дивизия к 16.00 закрепилась на следующем рубеже:
1032-й СП – 1 км восточнее дома отдыха – отметка 1,2 (у южной окраины Шебекино);
556-й СП – отметка 135,6 в 2,4 км юго-восточнее Титовки – совхоз Шебекинский;
1034-й СП – 1 км юго-западнее совхоза Шебекинский – отметка 157,6 – отметка 163,7;
1036-й СП (2-й эшелон) – северные скаты высоты 163,7 – отметка 156,2 – сараи к северо-западу от высоты 163,7.
1-й танковый батальон 10-й танковой бригады расположился на северо-западных скатах высоты 163,7, а главные силы бригады сосредоточились на южной окраине Вознесеновки.
В целом единственным достижением наступавших стало то, что 1-й батальон 685-го ПП был выдавлен со своих позиций на высоте 163,7 и к вечеру оборонялся несколько южнее – на высоте 176,7. Также в журнале боевых действий штаба 336-й ПД упомянуто, что немцы потеряли 75-мм пехотное орудие уничтоженным.
Уже в ночь на 13 июня 293-я стрелковая дивизия вновь атаковала позиции немецких 685-го и 686-го пехотных полков, т.ч. танки 10-й ТБр атаковали позиции 685-го полка. Все эти атаки немцам удалось отбить и повсеместно удержать свои позиции, при этом немцы насчитали еще 7 уничтоженных танков 10-й ТБр.
В целом в дневных и ночных боях 12 июня 10-я танковая бригада, по подсчетам немцев, потеряла 12 своих танков. Согласно же оперативной сводке штаба Юго-Западного фронта, она потеряла 45 человек личного состава (6 – убитыми, 39 – ранеными) и 10 танков (7 Т-34, 3 Т-60). 3 танка Т-34 эвакуировать с поля боя так и не удалось и они составили безвозвратные потери. Прежде всего это были вышеупомянутые танки Т-34 № 1276 и 12117 лейтенанта Онищенко и старшины Кротова, подбитые перед высотой 184,4. Днем их не удалось эвакуировать из-за сильного огня противника, а ночью оба танка были сожжены немцами. Третьим танком был Т-34 № 147150 младшего лейтенанта Тимофея Завизиона (2-й танковый батальон). Как и 2 предыдущих, танк Завизиона был подбит огнем орудий ПТО, у него были полностью разбиты ведущие колеса, 3 поддерживавших катка и левая гусеница. Позже прямым попаданием авиабомбы снесло башню и заднюю буксирную серьгу, причем башня воткнулась пушкой в землю. Позади танка были глубокие воронки от авиабомб, а вся местность простреливалась противником из минометов и артиллерии, из-за чего эвакуировать полностью разбитый танк не стали.
В то время, как 293-я стрелковая дивизия вместе с 10-й танковой бригадой отказалась от контрнаступления во 2-й половине дня, соседняя слева 301-я стрелковая дивизия предприняла несколько попыток отбить обратно Титовку и лес к югу от нее. Согласно журналу боевых действий штаба 21-й армии, она, «введя в действие б-н второго эшелона, в 12.00 овладела сев.-вост. частью Титовка и прилегающим лесом. Противник силою до 2-х б-нов под прикрытием сильного пул. и мин. огня начал производить окопные работы южн. и юго-зап. Титовка». Впрочем, в оперативной сводке штаба 301-й СД нет ни слова, что в 12.00 удалось овладеть северо-восточной частью Титовки, и говорится, что только в 17.00 3-й батальон 1050-го стрелкового полка с 4-й ротой 1052-го стрелкового полка атаковал с севера на Титовку и рощу к югу от нее. «Противник, оказывая сильное огневое сопротивление, задерживал продвижение батальона, батальон, ломая огневое сопротивление, медленно продвигается вперед». Из журнала боевых действий штаба 336-й ПД следует, что тем вечером 3-й батальон 1050-й СП смог все-таки занять Титовку и даже на время занял лес возле этого села. В ходе последовавшей затем контратаки 686-й пехотный полк отбил обратно лес, но Титовка осталась занятой советскими войсками. Бой юго-западнее и южнее Титовки продолжался до поздней ночи, до 22.00 12 июня. Примечательно, что общие потери 301-й стрелковой дивизии 12 июня были небольшими и составили всего 25 человек личного состава (6 – убитыми, 19 – ранеными). Потери 293-й стрелковой дивизии 12 июня не известны. Противостоявшая им 336-я пехотная дивизия за день 12 июня потеряла 50 человек личного состава (10 – убитыми, 40 – ранеными).