О первой дамской тюменской команде СУБЛИМАЦИЯ (1992 год).
Автор: Светлана Рычкова.
Первая, с кем я познакомилась из нашей дамской банды, была Натаха Конина. Это было примерно в 1987 году.
В тусу меня привел Джимми Попов. Точно обстоятельств не помню, но помню, что однажды мы всей нефорской шаблой сидели у Натали дома на полу, Натали выглядела как истинный панк: недавно побрившаяся и отрастившая роскошные бакенбарды (! Они растут, если брить виски, у особ с дикорастущей порослью), справлявшая траур по разорванным отношениям с неким тогда мне ещё неизвестным Ником Рок-н-Роллом. Помню, что лопали кашу с тушенкой – по ложке каждому со сковородки, пили бурду и слушали крутой винил.
Как-то мы с Натали воровали стоящие на витринах суповые заправки. Хотя еда в молодости и не волновала особо: кишки к позвоночнику прилипли – повыли и успокоились. Прикид был важнее – сваять из г* конфетку. Надеть там робу или коротенькое платьице из магазина «Детский мир». Натали однажды шла по улице в таком – из грубого СССР-овского сукна, очень коротеньком и дешевеньком, но под ним – ноги от ушей. Остановился чувак на крутой тачке с крутыми прикинутыми в фирму телочками и дабы поглумиться предложил:
– Поедешь со мной? – на что Натали мгновенно выдала:
– А этих куда денем? – показывая на телочек.
У мужика отвалилась челюсть. У Натали был свой очень крутой сленг: она формулировала формулировки ровно по 12 стульям и Остапу. Была неимоверно остра на язык и стилистически выдержана. Гениально.
Ромыч Неумоев дважды звал меня замуж, но я ему отказывала. Замуж за Ромыча вышла Натали, родила ему сына, и союз распался… Ну, жгучая красотка влюбилась в некоего Женьку Шварценеггера Федотова – весельчака, балагура и, как и все мужики в тусе, – огрооомного интеллектуала и любителя всяческих искусств, и живут уже вместе долго и счастливо.
Когда я поступила в универ, оказалось, что Натали Конина-Неумоева училась курсом раньше меня на филфаке же.
Во второй группе вместе со мной училась необыкновенно красивая (тонкая, гибкая, со смуглой кожей и большой грудью – просто отвал башки фигура!) и амбициозная, с цыганскими корнями танцор, актриса, невероятная умница-отличница Натали Русакова. Бросила последний курс филфака – без б поступила в ГИТИС. В неё был влюблен Григорий Сиятвинда – чернокожий тюменец, ныне актер «Сатирикона».
После моего неудачного замужества-развода с мужем на моем третьем курсе в 1992 году в универовскую общагу на Семакова ко мне заселилась заочница филфака Маринка Соловьева. Типично северная барышня (из Сургута) с великолепными всяческими данными: лидерство, ум, роскошная фигура, кипучая энергия. И каждый день в её компании стал маленьким театром.
С утра мы по очереди наводили марафеты, курили в рубашках или тельниках на открытом окне, смущая ляхами студеозусов, крутили пластинку «Шизгары», каждый день сочиняли из общего гардероба умопомрачительный прикид. Маринка покупала офигенские колготки с люрексом – шик того времени!
Дни проводились разнообразно и весело: то марафон по Республики с «на старт-внимание-марш» – и со ржачем погнали. То лазание нагишом по столбам в Ивана Купала (я не присутствовала, но рассказов и домыслов об этом событии – отдельную книгу пиши).
…Спуск от общаги на Красина по крутой тропинке в густо заросшей крапивой и лопухами лог – подъем – и другое измерение: прямо в центре Тюмени деревянные, вросшие в землю домики утопают в первородной зелени… благодать разлиянна… И здесь, в половинке одного из домиков, обитала прекрасная семья Кочневых – барабанщика ЦГ (гр. ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ГАСТРОНОМ) Варелы и его жены Надюхи. Во дворе домика день и ночь – веселье до упаду, резко обогатившиеся нувориши накрывали поляну, чтобы их развлекли своими речами, песнями и баловством оригиналы-нефоры. На концерт не ходи! Параллельно творилось всяческое творчество. Фонтанировало.
Думается, на этих сборищах – у Кочневых – и нарисовалась первая дамская тюменская команда СУБЛИМАЦИЯ в составе из Натали, Маринки и меня (у меня было погоняло Сью). Аккомпанировали в самостийных студиях записи (ударные – пустая канистра, в которую вставлен микрофон!) члены ЦГ – Игорь Бедарев, Джаггер-Вова Медведев, Игорь Емельянов и Валера Кочнев, Сью – на клавишах.
Пели песни на слова всех троих девок и Натали Русаковой. Это был эдакий стеб над попсой с панк-саундом. Самая крутая из песен – «Крест на имя» – от Русаковой. Не менее харизматична и «Маленькая девочка с панели» Неумновой в шансонном в моем надрывном исполнении.
Были шикарные посиделки у Джаггера с последующим собиранием вокруг урн у подъездов окурков и докуриванием. Была поездка в Сургут в гости к родителям Маринки, где пошла трещина в отношениях девах... В каком-то ДК осенью того же 1992-го случился общий концерт СУБЛИМАЦИИ и ЦГ. Девоньки сделали в конце шоу – плясали канкан. Были все прекрасны. Песни наши крутили в Москве на радио, предвещали группе звездную славу…
Но Соловьевой быстро всё надоедало. Она изрекла «за нас всё сделала КОМБИНАЦИЯ, и проект захлопнулся. Ну, слово лидера – закон…
Мы оторвались тогда, конечно, круто, беспредельно, но родных душ я нашла позже, когда познакомилась с девчонками из второго дамского проекта – БЕЛОЙ ГОРЯЧКИ.
А с девчонками из СУБЛИМАЦИИ наши дороги разошлись. Маринка была звездой радио и телевидения, потом ушла в недвижимость. Вроде как есть сын.
Натали работала в газетах, нынче уже давно – в обладминистрации. Двое детей.
У Натали Русаковой четверо детей – все девчонки, был свой танцевальный коллектив – она балетмейстер. Насколько я знаю, она богата и успешна.
Я по ним не скучаю, думаю, они и по мне (расставались я и Марина, мягко говоря, прохладно), и по друг другу – тоже. С Русаковой в последний раз повидались на похоронах Миры Бакулина, остальных я не видела лет 20, если не больше…
Больше материалов читайте на канале «МАШБЮРО: сибирское сообщество рок-н-ролла». Мы ВКонтакте и в TГ-канале. Присоединяйтесь! ПИШЕМ СТАТЬИ о музыкантах и их поклонниках
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: