— Лен, я правда хочу, чтобы вы с мамой перестали ругаться, — сказал Андрей, крутя в руках ложку. — Мне надоело, что вы вечно в напряжении.
— Это не я виновата, — спокойно ответила Лена, пожав плечами. — Твоя мама слишком многого требует.
— Чего именно? — усмехнулся Андрей. — Что она такого просит? И вообще, тебе сложно ей иногда помочь?
— Ты что, решил, что я буду твоей маме готовить и убирать, как прислуга? — Лена удивлённо посмотрела на мужа.
— А что тут такого? Она же моя мама, — Андрей развёл руками. — Ты и так готовишь ужин.
— Андрей, я готовлю на нас двоих после работы. А твоя мама хочет, чтобы я с утра варила ей кофе по её рецепту, на обед делала суп с фрикадельками, а вечером пекла пирожки. И ещё недовольна, что я не так складываю её кофты!
— Лен, ну она же не молодеет.
— Не молодеет? Ей пятьдесят пять! Она младше моего директора, который руководит целой компанией. И, кстати, она каждый день ездит на йогу и сама таскает сумки из магазина.
Андрей молча достал из холодильника воду и налил себе стакан.
— Андрей, мы договаривались, что твоя мама поживёт у нас пару недель, пока у неё ремонт. Прошло уже полтора месяца. Я прихожу домой и выслушиваю, что я не так мою посуду, что диван надо переставить, а шторы вообще "из прошлого века".
— Ну а что тебе стоит её порадовать? — Андрей поставил стакан. — Она же добра хочет.
— Добра? — Лена подошла к окну. — Ты не замечаешь, что все её "добрые советы" сводятся к тому, что я должна уволиться и сидеть дома? Она каждый раз твердит, что "настоящая женщина" не работает, а ждёт мужа с горячим борщом.
— Мама просто волнуется за нас...
— За нас? — Лена обернулась. — Вчера она сказала, что мы неправильно тратим деньги. А знаешь почему? Она нашла нашу заначку в коробке под кроватью и возмутилась, что мы "скрываем от неё финансы"!
Андрей нахмурился: — Может, случайно наткнулась...
— Случайно? В коробке, под стопкой белья? И ты считаешь это нормальным?
В коридоре щёлкнул замок.
— Андрюша, ты дома? — раздался голос Светланы Ивановны. — О, и Леночка тут. Я вам супчик сварила! Правда, у вас кастрюли какие-то неудобные, пришлось свою принести. И ещё я подумала...
Лена вздохнула и посмотрела на мужа. Тот отвёл взгляд.
— Леночка, — Светлана Ивановна вошла с улыбкой. — Я тут с соседкой болтала. У неё дочка тоже в офисе работала, а потом ушла — поняла, что это не для женщины. Теперь дома, мужа балует. Вот и тебе бы так...
— Светлана Ивановна, спасибо, но мне нравится моя работа, — твёрдо сказала Лена.
— Ой, милая, что там нравится? Сидишь, глаза портишь. Вот я в твои годы...
— Мам, давай не сейчас, — вмешался Андрей.
— Почему не сейчас? Самое время сказать. Я тут зашла в вашу комнату...
— В нашу комнату? — переспросила Лена.
— Ну да, хотела полки протереть. И что я вижу? Эти ваши новомодные подушки — это что, уют? Я в магазине такие пледы видела, как у меня раньше были.
— Светлана Ивановна, мы сами разберёмся, какие подушки нам нужны.
— Вот, опять ты со мной споришь. Андрей, ты слышишь, как она со мной? А ещё я в ванной посмотрела — всё неудобно стоит. Завтра переставлю...
— Ничего переставлять не надо, — Лена почувствовала, как закипает. — Нам так удобно.
— Удобно? Вот в чём твоя беда, Лена — ты не хочешь учиться хозяйству. А ещё я подруге-риелтору звонила. Она говорит, ваш район совсем не тот. Надо продавать квартиру и брать другую...
Андрей поперхнулся водой: — Мам, мы ничего продавать не собираемся.
— Почему? Я же о вас думаю. Вот рядом с моим домом...
— Мам, мы это обсуждали.
— Ничего мы не обсуждали! Ты совсем перестал меня слушать. Это всё Лена тебя с толку сбивает. Раньше ты ко мне каждый вечер заезжал, я тебе пироги пекла...
Лена посмотрела на мужа. Тот опустил голову.
— А теперь? Живёте как попало. Готовить не умеете. Лена весь день на работе. Это что, семья? Вот у соседкиной дочки...
— Светлана Ивановна, не надо нас сравнивать, — перебила Лена. — У всех своя жизнь.
— Вот именно, что у вас жизнь непонятная! Я же вижу. Полки пыльные, занавески тусклые. А эта ваша мебель? Где уют? Вот у меня...
— Мам, ты говорила, у тебя ремонт, — вдруг сказал Андрей.
— Что? — Светлана Ивановна замялась. — Ну да, ремонт...
— Какой ремонт? Я звонил к тебе позавчера. Трубку взяла какая-то женщина.
Тишина. Светлана Ивановна побледнела.
— Андрюша, ты что-то напутал...
— Нет, мам. Я перезвонил. Мужчина ответил, сказал, что они снимают квартиру уже месяц.
Лена удивлённо посмотрела на свекровь. Та нервно теребила край кофты.
— Ну да, сдала я квартиру! И что? Моя квартира, что хочу, то делаю! А одной жить скучно. Вот я и решила к вам перебраться, помогать...
— Помогать? — Лена не выдержала. — Вы хотите сказать, что собирались остаться у нас навсегда?
— А что такого? Я мать! Имею право быть с сыном!
— Мам, но ты с нами не посоветовалась, — тихо сказал Андрей.
— А зачем? Я же для вас стараюсь! Вы молодые, ничего не понимаете. Кто вам подскажет, как надо? Вот я и решила...
— Что решили? — спросила Лена. — Занять нашу спальню, управлять нашим домом и указывать, как нам жить?
— Не смей так говорить! — крикнула Светлана Ивановна. — Андрей, ты слышишь? А я ведь добра вам желаю!
— Мам, а как правильно жить? — вдруг спросил Андрей.
— Что?
— Как надо? Так, как ты придумала?
— Сынок, я же мать, я знаю, что лучше.
— Знаешь что, мам. Я тебя люблю. Но мы с Леной женаты три года. У нас своя семья. Ты не можешь просто взять и решать за нас.
— Но я вижу, что вы всё делаете не так! Вот твой отец...
— Папа ушёл от тебя двадцать лет назад, потому что ты всё за него решала.
Светлана Ивановна замерла: — Как ты смеешь так говорить?
— Мам, я долго терпел. Но сейчас ты делаешь то же с нами. Контролируешь, вмешиваешься.
— Я не вмешиваюсь! Я забочусь!
— Нет, мам. Ты не заботишься. Ты хочешь, чтобы всё было по-твоему. Ты даже не спросила, хотим ли мы, чтобы ты жила с нами. Придумала ремонт и переехала.
— Я думала, ты обрадуешься! Мама рядом, помогает...
— А ты спросила, чего хочу я? Чего хочет Лена? У нас своя жизнь, свои привычки.
— Но они неправильные! Вот я...
— Мам, стоп. Нет правильного или неправильного. Есть наша жизнь. И мы сами выбираем, как её строить.
— Значит, ты выбрал её, а не меня? — Светлана Ивановна всхлипнула.
— Я не выбираю. Я прошу уважать наши границы. Мы с Леной любим тебя. Нам нравится, когда ты в гостях. Но жить ты должна у себя.
— У себя? Одной?
— Мам, ты сама сдала квартиру и приехала к нам, не спросив. Это было нечестно.
Светлана Ивановна села: — Я просто хотела быть с тобой, сынок. Мне одиноко...
— Мам, мы можем чаще видеться. Приезжать к тебе. Но не так, как сейчас.
Лена смотрела на этот разговор, затаив дыхание. Впервые Андрей так чётко обозначил их позицию.
— Светлана Ивановна, — мягко сказала она. — Мы правда вас любим. И хотим общаться. Но давайте с уважением друг к другу.
— С уважением? — свекровь покачала головой. — Я думала, сын будет рядом на старости. А ты...
— Я рядом, мам. Но я взрослый. У меня семья.
— И что теперь? Выставите меня?
— Никто тебя не выставляет. Но тебе надо вернуться домой.
— А квартиранты?
— На сколько они сняли?
— На два месяца.
— Значит, есть время их предупредить.
Светлана Ивановна посмотрела на кухню: — А если вы совсем забудете про меня?
— Не забудем, — твёрдо сказал Андрей. — Но ты тоже должна постараться, мам. Перестать указывать и критиковать. Принять, что у нас свои правила.
— Я не знаю, как иначе, — тихо сказала она.
— Научишься. Ради нас.
— Ладно, — после паузы ответила она. — Я поняла. Можно ещё пару дней у вас пожить, пока с жильцами разберусь?
— Конечно, мам. Но без советов и перестановок, договорились?
— Попробую, — она встала. — Пойду спать.
Когда свекровь ушла, Лена посмотрела на мужа: — Спасибо.
— За что?
— За то, что сказал ей всё. Я знаю, как тебе это тяжело далось.
Андрей обнял жену: — Прости, что тянул. Не хотел её расстраивать. Но ты права — так дальше нельзя.
Через неделю Светлана Ивановна изменилась — не ворчала, не трогала вещи, не комментировала еду Лены. Она стала тише, будто обдумывала что-то.
В субботу Андрей отвёз маму домой. Квартиранты согласились съехать раньше.
— Андрей, — сказала Светлана Ивановна, когда он занёс её сумки. — Приедешь на выходных?
— Приеду. И Лену привезу. Пообедаем вместе.
— Честно? — в её голосе мелькнула радость.
— Честно. Только без замечаний, ладно?
— Постараюсь.
Через неделю они приехали. Светлана Ивановна встретила их с супом и пирогами.
— Заходите, — она казалась смущённой. — Лена, а можешь показать, как по видеозвонку общаться? А то по телефону неудобно.
Лена улыбнулась: — Конечно, с удовольствием.
— И ещё. Я записалась на танцы. Давно хотела, да всё боялась. А тут решилась. Будет чем заняться.
Андрей обнял маму: — Классно, мам.
— А ещё соседка зовёт на прогулки. Представляете?
За столом Светлана Ивановна вдруг спросила: — Лен, а чем ты на работе занимаешься? Расскажи. Я ведь всё ругала, а даже не знаю, что ты делаешь.
Лена рассказала про свои задачи. Свекровь слушала, задавала вопросы. Андрей смотрел на них и улыбался.
— Знаете, — сказала Светлана Ивановна, — я ведь думала, что помогаю. Хотела, чтобы всё было по-моему, потому что считала это правильным. А теперь вижу — у вас свой путь. И он не хуже моего. Просто другой.
Она замолчала и добавила: — Спасибо, что не оттолкнули меня. Я больше не буду лезть.
— Мы не оттолкнём, мам, — сказал Андрей. — Просто будем общаться иначе. Как взрослые, которые ценят друг друга.
С тех пор всё изменилось. Светлана Ивановна занялась своей жизнью — танцы, прогулки, новые знакомства. А по выходным они встречались — не по долгу, а по желанию.