Лёва кивнул Кириллу и сунул ему под нос фотографии всех работающих врачей этой больницы.
– Теперь ты поработай!
Лицо Кирилла стало коварным, и Лёва укоризненно покачал головой. Любил Кирилл шалить над теми, кто уже почти встали на путь подлости, но ещё могли повернуть. Лёва, захватив Мишу ушёл, а Кирилл позвонил.
Встревоженный баритон, запыхавшись, произнёс:
– С кем имею честь?
– Не боитесь прогуливать рабочий день, – промурлыкал Кирилл.
– Но Александр Иванович!
– Который в отпуске уже два дня. Мне что, вызывать Ваше руководство, чтобы увидеться с Вами?! Мало того, что Вас даже полиция не может найти, теперь ещё и наш отдел подключили! – жестко проговорил Кирилл. – Зря Вы отключили телефон! Вы понимаете, с кем говорите?
Секунду в трубку тяжело дышали. Откуда-то издалека женский голос требовательно спросил:
– Что случилось, котик? С кем это ты говоришь? Я же сама отключила телефон! Как это на него позвонили? Что это за разводилово?
Кирилл наслаждался, понимая, что переживает молодой врач с невероятной фамилией Грабли, которую он сменил, взяв фамилию жены и став Сидоровым. Это имело неожиданные для него последствия – сотрудники звали его за глаза «Эскуб», ибо врач имел три буквы «С» в своем имени – Сидоров Сидор Сидорович, то есть эс в кубе. Его жена была племянницей главврача, и если бы тот узнал о его сексуальных похождениях на стороне, то жизнь Эскуба стала бы похожа на тюремное заключение.
Когда до горе-любовника, решившего поотдыхать за счет коллеги, которому наврал с три короба, дошло, как его нашли и кто, его прошиб холодный пот, и он просипел, не веря себе
– ФСБ?
– У вас полчаса.
– Позвольте?! Я же не успею, – попытался ерепениться он.
– Хорошо, звоню Вашему Главному.
– Нет! Я успею.
Кирилл усмехнулся. Ещё бы тот не успел! Горе-лекарь находился сейчас в доме соседнем с больницей, в квартире своей любовницы. Он подумал не испортить ли Эскубу жизнь окончательно, сообщив об этом романе его жене, но решил подождать встречи с этим эскулапом и только потом думать о его воспитании. Из той информацию, которую Кирилл получил, следовало, что врач-то он был неплохим, но ленивым.
Эскуб влетел в кабинет, благоухая дорогим парфюмом. Кирилл сидел и читал историю болезни «Полины Борисовны Скоковой» и хмурился.
– Представляете, забежал к приятелю, у того гипертонический криз и самого накрыло, – начал привычно врать Сидор Сидорович.
Кирилл покачал головой.
– Не стоит мне это рассказывать! Зря вы экспериментируете! В вашем возрасте, Сидор Сидорович, такие изыски в постели, очень опасны. Вы курите, располнели, к тому же вашей Эмме, эти сексуальные новшества до невозможности надоели. Она просто хотела развлечься обыденным способом, пока её супруг в командировке, – Эскуб рухнул на стул и закостенел. Он не знал, что говорить, если о нём всё знали. Кирилл выгнул бровь. – Успокойтесь и смотрите! Вот эту больную принимали Вы?
Ничего не понимая, Эскуб взял историю болезни, бегло полистал и просипел:
– Здесь ничего нет необычного! Падение с высоты собственного роста. Рана на затылке. Не я, но мой коллега очистил рану, – он опять более внимательно пролистал историю болезни, и его лицо вытянулось. – Не понял! Это не мы! Вчера же не было такого! Что там могло воспалиться? Откуда такой лейкоцитоз?
Кирилл внутренне усмехнулся – Эскуб всё-таки был неплохим врачом.
– Мне надо с ней поговорить. Так что там с воспалением? – промурлыкал он. – Оно не помешает разговору?
– Конечно! – раболепно просипел Сидор Сидорович и забеспокоился. – Ничего не понимаю, не должно быть такого! Откуда столько лейкоцитов? Пройдёмте, я заодно кое-что выясню.
Они вдвоем вышли в коридор к ним подошла медсестра и удивилась:
– Обход, так рано?
– Ничего не рано! Клара Витальевна, как там наша упавшая? Её наш Святоша видел?
Спокойная медсестра, спешащая рядом с нами, кивнула:
– Видел. Вчера чистил рану. Но результаты анализа только что пришли.
– А что сегодня, он не смотрел?
Кирилл коварно улыбнулся, и после его воздействия Медсестра искренне удивилась:
– Не поняла! Как это он посмотрел бы? Вы что забыли? Он же в отпуск ушёл! Вы же вчера торт вместе со всеми ели, отмечали, так сказать. Он сказал, что, наконец, отдохнет на полную катушку.
Эскуб несколько минут стоял, пытаясь понять, что с ним, неужели маразм раньше времени посетил его? Кирилл опять улыбнулся, и Эскуб вспомнил, что не только торт ели, но и пили какое-то сумасшедше дорогое красное вино из запасов Святоши.
– Проклятье, витамины, что ли пропить?! Просто едва вспомнил! Что творится? – он грустно вздохнул и вошёл в палату, где, как и положено, стояли только четыре кровати, потому что Святоша настоял на этом, и лишние кровати убрали.
В связи с тем, что праздники ещё не начались, в палате была только одна больная, потому что всё было ещё впереди: пьяные драки, обжорства и гололеды.
Клара Витальевна вдруг, пискнув, сползла по стене и впала в счастливое беспамятство. Эскуб, выскочив в коридор, и закричал постовой медсестре
– Скорее у неё давление, наверное! Девочки, скорее нашатырь и воду для начала!
Какое-то время все суетились вокруг медсестры. Кирилл молча смотрел на это и ждал. Медсестра пришла в себя и трясущимися губами пролепетала нечто несообразное:
– Как это? – и стала тыкать пальцем в палату и всхлипывать.
Все повернулись в указанном направлении, а Кирилл немедленно стал звонить Иону:
– Скорее, у нас ЧП! Как чувствовал!
Все сначала смотрели на него, но он молчал, поэтому все хором повернулись к окну, где на кровати лежала древняя старуха, которая пыталась что-то сказать.
Эта мумия была такая страшная и высохшая, и совершенно непохожая на ту девушку, которую привезли вчера с вокзала, что Эскуб попятился и, потеряв голос, пропищал не хуже Клары Витальевны:
– Как это?
По лицу старухи сползла слеза, и она прошептала.
– Не хочу! – стала махать иссохшей кистью с красным лаком и сложным орнаментом на ногтях.
Почти минуту все молча смотрели на неё, потом, уж непонятно почему выбежали из палаты, стали заглядывать в неё из-за двери, как опоздавшие на первый урок первоклассники. Так всем было страшно.
– Что это? Как это возможно? – хватая за руки Кирилла, прошептал Эскуб, переживая ужасное желания завизжать, сесть на корточки и закрыть глаза. Он никак не мог во все поверить, хотя запахи говорили, что все происходит в его больнице, привычно пахло антисептиками, и вокруг были в основном знакомыке лица.
– Розыгрыш, – немедленно сообщил ему Кирилл. – Никого не впускать! Мы ищем этих шутников уже неделю.
Простое слово, но всем легче стало дышать. Все стало понятно, что это натворили какие-то хулиганы, и совсем не страшно. В современности, что только не придумывают для розыгрышей.
Спустя пятнадцать минут у палаты сидел полицейский, а двое других опрашивали свидетелей.
Эскуб, мечтая только одно, чтобы его ни о чём не спрашивали, сидел в ординаторской и пил рюмку за рюмкой коньяк. После третьей, он опомнился и, бодро покачиваясь, подошёл к Кириллу и прохрипев:
– Врёте! Я был и всё видел.
– А что именно? – поинтересовался Ион.
– Эта та же, что нам привезли. Я не говорю про одежду и серьги. Просто, когда мы её осматривали на случай повреждений, я тогда ещё заметил у неё на плече родинку. Не говорите мне про совпадение! Такие родинки редкие, она похожа на крошечную ладошку. Я ещё тогда удивился. И ещё! Вы посмотрите! У неё маникюр с молодёжной инкрустацией на руках и ногах. Не могли её так загримировать! И подменить не могли, потому что эта родинка на месте.
– А вчера Александр Иванович её осматривал? – Кирилл остро взглянул на врача.
– А как же! Он и рану очищал, потом убежал кофе пить, потому что ему очень поплохело… Вдруг поплохело! Стоп! ФСБ? Это что, какое-то новое изобретение? Это что вирус что ли? Он сильно заразный? – Эскуб затравленно огляделся. – Слушайте, я и подписку дам о неразглашении. Можете не сомневаться!
Кирилл так засмеялся, что Эскуб испугался.
– Ой, меня и не было здесь! Я вообще ничего не видел! – он пошёл было в коридор, но вдруг увидел, как из воздуха возникла рука, и его чем-то уколола.
Кирилл извиняюще улыбнулся ему.
– К сожалению укол останется в памяти, господин Эскуб.
Ион покачал головой, усаживая мгновенно заснувшего врача на кушетку.
– Ну, не можешь ты без своих шуточек! Он ведь всё время будет мучиться, почему и зачем его укололи?
– Да ладно тебе! Не всё коту масленица! Меньше налево будет бегать в рабочее время! Что там с документами и с местом жительства?
Ион фыркнул.
– Да все нормально! Девица сняла квартиру на три месяца, официально. Представь, даже договор заключила. Заплатила заранее, кругленькую сумму. Квартира на Челюскинцев, двухкомнатная. Хозяйка ей оставила ключи у соседки, сегодня должна была зайти и всё проверить. Мы ей сообщили, что жиличка попала в аварию, лежит в больнице. Хозяйка сообщила, что ей все рано. Квартира оплачена, а остальное её не колышет.
– И кто это? Я про девицу!
– Полина Борисовна Скокова, двадцати пяти лет, как и значится по бумагам этой мумии. Кстати, родом из Сызрани.
Кирилл горько нахмурился.
– Как чуял…
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: