— Мама сказала, в отпуск мы поедем в августе, тур она сама выберет, — заявил Игорь жене. — Со скидками, ну нам же проще. Она прямо мастер находить все подешевле.
— Мы разве в детском саду, где мама выбирает, какие колготки тебе надеть? — поинтересовалась у мужа Юлия. — С каких пор мой отпуск стал обсуждаться со свекровью?
Юлия всегда была сторонницей совместных решений. И в браке с Игорем тоже хотела принимать в них равное участие. Но вместо этого чаще просто приходилось соглашаться с тем, что им навязывала свекровь. Которая точно знала, как будет лучше.
— Мам, мы тут думаем новую плиту купить. Юля говорит, индукционная лучше. А ты как считаешь? — голос Игоря звучал неуверенно, словно он собирался подписать документы на сделку с недвижимостью, а не выбрать способ подогрева кастрюли.
Юлия закатила глаза. Она стояла у окна с чашкой чая и наблюдала, как муж ходит по кухне, зажав телефон между плечом и ухом. Вот уже минут пятнадцать он подробно, со всеми возможными характеристиками пересказывал Алле Аркадьевне содержание статьи о сравнении плит, которую они вместе читали прошлым вечером.
— Ну да, — кивал Игорь в трубку, — но ведь газовая надежнее... А, ты тоже так думаешь? А как же эти модные сейчас... Понятно.
Юлия со стуком поставила чашку на подоконник, она уже выбрала модель. Ту, что с сенсорным управлением и быстрым нагревом, давно мечтала о такой. Почему нельзя просто купить?
— Ладно, мам, спасибо.
Игорь закончил звонок и повернулся к жене.
— Знаешь, мама говорит, что газовая все-таки практичнее. Она в магазине недавно разговаривала с продавцом техники, и он...
— Игорь, — перебила Юлия, скрестив руки на груди, — мы же вчера решили. Индукционная безопаснее, эффективнее и проще в уходе.
— Ну да, но, понимаешь... — Игорь потер переносицу. — Мама столько лет готовит, у нее опыт.
— А я что? Первый день у плиты стою? — Юлия почувствовала, как внутри закипает раздражение. — Ты обязательно должен каждый раз звонить ей и советоваться?
Игорь нахмурился, его лицо приняло обиженное выражение.
— Ну это же нормально — посоветоваться, — он отвернулся к холодильнику, словно пытаясь скрыться от ее взгляда. — У нас в семье... Ну, так принято.
Эта фраза снова застучала в голове у Юлии. Она слышала ее уже сотни раз. Когда выбирали диван, Алла Аркадьевна советовала бежевый. Планировали отпуск — Алла Аркадьевна предупреждала, что в Карелии холодно и сыро. Когда обсуждали, где праздновать Новый год, прозвучала фраза:
— У нас в семье принято собираться вместе.
Фраза означала только одно, окончательное решение — за Аллой Аркадьевной.
Юлия посмотрела на мужа, который старательно искал что-то в недрах холодильника. Тридцать семь лет. Солидный айтишник. А теряется, как мальчик перед строгой училкой, когда дело касается выбора.
— Знаешь что? — тихо сказала она. — Мне нужно пройтись.
Юлия резко развернулась, схватила куртку и вышла из квартиры, оставив Игоря в недоумении смотреть ей вслед.
На улице моросил мелкий дождь. «У нас в семье так не принято — уходить от разговора», — вспомнились слова Аллы Аркадьевны. Но сейчас Юлии было плевать, что там у них принято. Она поняла, что больше не может каждый день жевать эту жвачку и делать вид, что все нормально.
Район, где жили Юлия с Игорем, был типичным кварталом новостроек, еще не обжитым, с нелепыми названиями улиц и отсутствием нормальной инфраструктуры. Юлия шла быстрым шагом, лавируя между лужами и припаркованными как попало машинами.
Телефон в кармане завибрировал. «Наверное, Игорь», — подумала она, но доставать не стала. Вместо этого Юлия направилась к небольшому скверу, который недавно разбили между домами.
Присев на мокрую скамейку, она наконец позволила себе выдохнуть. Все время замужества она терпела, уступала, принимала правила, потому что... А почему, собственно? Потому что боялась повторения первого брака с его скандалами и выяснениями отношений? Да еще Игорь был таким заботливым, когда они только познакомились. Или она просто устала быть одна?
Вспомнилось, как поначалу она даже умилялась этой крепкой связи между матерью и сыном. Тогда это казалось признаком хорошего воспитания и семейных ценностей. Но сейчас Юлия чувствовала себя лишней в этом дуэте, третьим колесом у велосипеда, где все роли давно распределены.
Вернувшись домой вечером, Юлия обнаружила, что Игорь сидит на диване, уткнувшись в ноутбук. Он поднял глаза, когда она вошла. Юлия сразу заметила этот его виноватый взгляд исподлобья.
— Мы купили газовую плиту, — сказал он. — Мама нашла хорошую модель со скидкой, говорит, сейчас такие акции...
— Вы купили? — Юлия замерла на пороге, сжимая в руке связку ключей. — То есть пока я гуляла, вы с мамой успели все решить?
Игорь сглотнул, его кадык дернулся.
— Ну она позвонила, сказала, что заказала, свои доплатила... В общем, привезут послезавтра, — он попытался улыбнуться. — Знаешь, она предложила нам скинуться на нормальную, качественную вещь, которая прослужит годы. Это же здорово, да?
Юлия медленно повесила куртку, не веря, что все вот так решили без нее. Вычеркнули из уравнения семьи.
— Игорь, — она заставила себя говорить спокойно, — мы же договаривались еще на неделе посмотреть все варианты.
— Ну да, но мама сказала, что акция закончится к понедельнику, поэтому нужно...
— Ну, конечно, — повторила Юлия, медленно разжимая кулаки. — Всегда одно и то же. Что еще мама сказала?
Она подошла к дивану и встала напротив, скрестив руки на груди. Игорь поежился, словно пытаясь стать меньше.
— Юль, ну почему ты так? — он закрыл ноутбук и отложил его в сторону. — Мама хочет нам помочь. Она опытный человек, она всю жизнь...
— Игорь, — Юлия глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться, — я не против твоей мамы. Правда. Но я против того, что каждое наше решение проходит через нее. Мы два взрослых человека. Нам тридцать пять и тридцать семь лет. Неужели мы не можем сами выбрать плиту?
— Но это не просто плита! — Игорь вскочил, его лицо покраснело. — Это... Традиция! Мама всегда помогала мне с выбором важных вещей. У нас так принято. Семья — это поддержка.
— Семья — это мы с тобой, — тихо сказала Юлия. — А твоя мама — это уже… Близкие, но родственники, как и мои родители. Да, она может советовать. Но решать должны мы.
Игорь смотрел на нее так, словно она только что предложила выбросить семейные фотографии.
— Знаешь что? — он лихорадочно взъерошил волосы. — Ты просто не понимаешь, как важна семья. Ты из-за этого и с первым мужем разошлась, потому что не хотела считаться ни с кем, кроме себя! Мама так сказала. И… Я думаю… Может, она права?
Юлия отшатнулась, словно ее ударили. Вот так, значит? Голова закружилась от злости и обиды. Сейчас, значит, он повторяет слова Аллы Аркадьевны, той самой, которая при первой встрече деликатно расспрашивала о причинах расставания с первым супругом.
— Ты женат на мне, Игорь, — тихо сказала Юлия, нащупывая в кармане телефон. — Или все еще на мамином мнении?
Она развернулась и пошла в спальню, оставив мужа стоять посреди гостиной с раскрытым ртом. Руки дрожали, когда она закрывала дверь. Нет, не так она представляла себе семейную жизнь. Совсем не так.
Юлия проснулась в одиночестве, Игорь, видимо, спал на диване. Она села на кровати, потирая глаза и прислушиваясь. Из кухни доносилось тихое бормотание, муж с кем-то разговаривал по телефону.
«Ну, конечно», — подумала Юлия, чувствуя, как ее затошнило от злости. Даже сейчас он не мог решить ничего сам.
Она тихо вышла из спальни и замерла у дверного проема кухни. Игорь стоял спиной к ней, прижимая телефон к уху.
— Да, мам... Нет, она... Ну не очень обрадовалась из-за плиты, — он говорил тихо, словно боялся быть услышанным. — Говорит, что мы сами должны решать... Нет, ну она не против тебя конкретно... Просто, ну... Традиции наши ей как-то...
Юлия кашлянула, Игорь резко обернулся, его лицо побледнело.
— Мам, давай я перезвоню, — пробормотал он, поспешно нажимая отбой.
Они молча смотрели друг на друга. Юлия видела, как на шее мужа пульсирует жилка. В эти мгновения она понимала, что бы она ни сказала сейчас, это уже донесут до Аллы Аркадьевны, пропустив через фильтр страха и чувства вины.
— Доброе утро, — наконец произнесла она, проходя к кофеварке. — Жалуешься маме на злую жену?
Игорь потер лоб, снова отвел глаза.
— Ты все не так поняла, я просто... Хотел объяснить ей, что...
— Что я сопротивляюсь вашим семейным традициям? — Юлия налила себе кофе, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Что я плохая невестка, которая не уважает авторитет старших?
— Юля, ну ты чего? — Игорь сделал шаг к ней, но остановился, наткнувшись на ее холодный взгляд. — Я просто не знаю, как быть. Мама всегда участвовала в моей жизни. Помогала, направляла.
— А я теперь кто для тебя? — Юлия сделала глоток горького кофе. — Помеха этой прекрасной связи?
Прежде чем Игорь успел ответить, по квартире разнеслась трель домофона. Они оба вздрогнули. Звук прозвучал снова, настойчиво и требовательно.
— Кто это в такую рань? — нахмурилась Юлия, глядя на часы.
Было всего девять утра, суббота. Игорь виновато опустил глаза.
— Я... Возможно, это мама. Она сказала, что заедет... Поговорить...
Юлия медленно поставила чашку. Вот значит как. Скорая родительская помощь уже мчится на спасение блудного сына от злой невестки, которая не уважает семейные традиции.
Домофон затрезвонил в третий раз, еще настойчивее. Игорь бросился открывать, а Юлия осталась на кухне, судорожно вцепившись в чашку. Сердце колотилось, как перед важным экзаменом.
— Юлечка! — голос Аллы Аркадьевны, медовый и звонкий, разнесся по квартире. — А я к вам заскочила, пирожки принесла! Знаю-знаю, ты на работе целыми днями, не до готовки.
На кухне появилась Алла Аркадьевна — подтянутая, с идеально уложенными седеющими волосами и ярко-красной помадой. В руках — большой пакет.
— Утречко доброе! — Она улыбнулась так приветливо, будто не было никакого раннего звонка Игоря. — И я вот решила, дай, думаю, порадую детей свеженькой выпечкой!
Юлия выдавила из себя улыбку.
— Доброе утро, Алла Аркадьевна. Какой... Сюрприз.
За ее спиной маячил Игорь, бледный и растерянный. Юлия перевела взгляд с него на свекровь, чувствуя, как внутри нарастает решимость.
— Да, хочу, потому что пользоваться этой плитой потом мне, — она выпалила это и умолкла.
— Какие вы самостоятельные, — Алла Аркадьевна раздраженно отмахнулась. — Нет бы сказать спасибо.
— Я просто хочу чувствовать, что у нас семья, — Юлия ущипнула запястье, чтобы не сорваться в скандал. — А не быть частью странного симбиоза. Особенно при выборе плиты в нашу квартиру.
Алла Аркадьевна театрально вздохнула и посмотрела на сына:
— Игорь, ты слышишь? Твоя жена против моей помощи, советов, заботы.
Игорь стоял, переводя растерянный взгляд с матери на жену, явно не зная, на чью сторону встать.
— Мам, Юля... Она не это имела в виду, — наконец произнес он неуверенно. — Просто... Ну, иногда нам нужно самим...
— Самим что? — Алла Аркадьевна повысила голос. — Набивать шишки? Выбрасывать деньги на ветер? Я, между прочим, за столько лет опыта...
— Алла Аркадьевна, — Юлия почувствовала, как сжимаются ее кулаки. — Я ценю ваш опыт. Но у нас с Игорем своя жизнь и...
— Своя жизнь? — свекровь горько усмехнулась. — А кто тебе, дорогая, помог эту жизнь устроить? Кто Игорю разрешил жениться, а? Я могла бы сказать «нет», но промолчала. А ты… Неблагодарная…
Юлия открыла рот, но закрыла его, не сказав ни слова. Это был бой, в котором не может быть победителей. Только проигравшие. 2 часть рассказа