— Купила шампунь? Я не одобряю такие траты! — возмутился муж. – Ты обязана компенсировать это домашними делами.
Ирина обернулась и посмотрела на него долгим взглядом.
— Ты чего? – удивился Максим.
— Все, мое терпение лопнуло, — ответила Ирина, и что-то в ее голосе заставило мужа испугаться.
***
Анна Аркадьевна, мать Максима, удивленно замерла, подойдя к дому сына. На тротуаре валялись две пары знакомых мужских туфель, на ветке куста рядом живописно повис галстук, который она покупала собственноручно.
— Это что, вещи Максима? – вслух удивилась она.
— Ага! — отозвалась соседка Татьяна, которая с любопытством наблюдала за происходящим, стоя на безопасном расстоянии. – Евойная жена разбушевалась, довел девочку! Вот она и начала вещи швырять!
В этот момент с пятого этажа спланировали рубашки и приземлились прямиком на капот новенького «Мерседеса». Анна Аркадьевна, мать несчастного обладателя немецкого автомобиля, только вздохнула и подумала: «Прощай, номер пять».
Ирина была пятой постоянной партнершей Максима и первой, кто вышла за него замуж. Анна Аркадьевна уж подумала, что метания сына на этом окончены, и вот все закончилось, как всегда.
— Я все слышала, пока они на балконе орали, — торопилась поделиться сплетнями Татьяна. — Ирочка купила себе шампунь какой-то, так Максим ее отругал, а потом давай высчитывать, сколько она потратила за прошлый месяц.
Из окна донеслись витиеватые ругательства, и почему-то вылетел кактус в горшке.
— Ой, гляди-ка, кактус выбросила! — хихикнула Татьяна. — Чего это она?
— Это подарок Максима на их годовщину, — мрачно ответила Анна Аркадьевна. — Вместо роз, на которые Ира намекала. Максим сказал, что кактус на пятьсот рублей дешевле, а радости столько же. И даже табличку составил, сколько она сэкономит на воде за десять лет, если будет поливать его раз в месяц. Я там была, помню.
Внизу хлопнула дверь подъезда. На улицу вылетел Максим, высокий брюнет с идеальной стрижкой и в костюме, который стоил, как трехмесячная зарплата обычного офисного клерка. Его красивое лицо было перекошено от гнева.
— Ира! — заорал он, задрав голову к окнам. — Ты совсем, что ли? Это ж дорогие рубашки! Знаешь, сколько они стоят?
— Знаю! — донеслось сверху. — Три тысячи двести сорок рублей! Плюс химчистка раз в два месяца по тысяче двести! Ты же в Excel-табличке все записывал!
Татьяна зажала рот ладонью, давясь смехом:
— Господи, он и правда... Он что, серьезно вел учет, сколько стоит постирать рубашку?
— А то, — вздохнула Анна Аркадьевна, — У него там целая папка «Семейный бюджет». И подпапки: «Расходы жены», «Мои расходы», «Общие расходы» и, конечно, «Необоснованные траты Иры».
На улице тем временем театр одного актера продолжался. Максим суетился вокруг машины, пытаясь собрать вещи, и продолжал ругать жену за то, что та так неаккуратно обращается с его вещами.
— Мне теперь за химчистку отдать придется! — прокричал он, обращаясь к своему балкону. – Будет честно, если ты отдашь деньги, я посчитаю, сколько тут выйдет.
В ответ Ирина в ответ швырнула из окна рабочий портфель, который приземлился прямо у ног Максима.
— Вот жадюга, — проговорила Татьяна, не в силах оторваться от захватывающего зрелища. – В кого он такой, а?
— Без понятия, — махнула рукой Анна Аркадьевна. — В нашей семье никогда не жадничали. Правда, и не шиковали, было время бедствовали. Максим год отходил в школу в разваливающихся ботинках, фломастером их подкрашивал. Зато это мотивировало его учиться, работу нашел быстро, у меня денег просить перестал еще в институте, сам подрабатывал. Сейчас вон какую карьеру сделал, машина, квартира... Я радовалась, а зря. Бабы от него все равно бегут. Пятая уже!
Сын, не замечая наблюдателей, собирал свое имущество.
— Может, поговорить с ним? — неуверенно предложила Татьяна. — Ты же мать...
— Да пробовала я! — всплеснула руками Анна Аркадьевна. — Говорю: «Максим, нельзя так с женщинами». А он мне: «Мам, ты не понимаешь. Я их обеспечиваю, крышу над головой даю, а они только транжирят и транжирят. Вот Ирка...
Тут Анна Аркадьевна перешла на комичную пародию баса сына:
— Опять стричься ходила! Зачем, если женщина может просто волосы в хвост собрать.
— А на себе, похоже, не экономит? Сколько у него этих туфель? — хихикнула Татьяна.
— Восемь пар, — мрачно сказала Анна Аркадьевна. — И это не считая кроссовок для спортзала, ботинок на зиму и шлепанцев для бассейна. Но это, видите ли, оправданные мужские расходы, выгодная инвестиция в образ надежного человека.
За окном что-то грохнуло.
Обе женщины дружно высунулись наружу. Ирина, видимо, окончательно рассвирепев, сбросила вниз напольные весы – подарок мужа на 8 Марта вместо сертификата в салон красоты, который она просила. Те эффектно разлетелись на пластиковые осколки, едва не задев Максима.
— Вот! — заорал он, указывая на обломки. — Вот оно! Тысяча восемьсот рублей коту под хвост! А говорила, что худеть собралась!
— Сам худей! — раздалось сверху, и окно с грохотом захлопнулось.
— Ой, кажется, брак тоже того... Приказал долго жить, — протянула Татьяна.
Анна Аркадьевна только кивнула. Тут Максим заметил мать и спросил, тыча пальцем в балкон:
— Мам, ты видела?! Ира просто взбесилась! А главное, с чего? Я просто сказал, что тратиться меньше надо.
Анна Аркадьевна вздохнула и сказала:
— Идем-ка в дом, сынок, хватит сор из избы выносить. Может, удастся склеить твою любовную лодку.
Однако ее планам не суждено было осуществиться. Расправившись с вещами мужа, Ирина побросал собственные в чемодан, заявила, что больше не будет жить с этим жмотом, и ушла. Дав при этом соседям материал для сплетен на пару недель.
Жизнь в подъезде потекла своим чередом.
Максим выходил на работу ровно в восемь, неизменно в безупречном костюме. Сосед Саша, его приятель и бывший одноклассник, частенько сталкивался с ним на лестничной клетке. От него Анна Аркадьевна, у которой с другом сына сложились теплые отношения, и узнала, что жизнь Максима вернулась в колею. И что сплетни не утихают.
Соседи уже давно привыкли к регулярной смене женщин в квартире Максима. Более-менее постоянных было пять, и каждая в итоге уходила со скандалом, ругая бывшего. Бабушки у подъезда даже делали ставки, сколько продержится очередная «новенькая».
Рекорд поставила пятая, Ирина, протянувшая с Максимом почти два года и вышедшая за него замуж. Экономность мужа ей поначалу нравилась, она видела в этом признак надежности, думала, что с таким мужчиной не страшно заводить детей. Но постепенно она поняла, что с детьми Максим не спешит, а сам он не экономный, а скупой.
Причем это распространялось только на нее. Муж считал, сколько пар колготок она купила, как тратит жидкое мыло, а себе покупал дорогую одежду, парфюм, аксессуары, объясняя это так:
— В бизнесе встречают по одежке, так что все это инвестиция в мое будущее.
Ее зарплату муж требовал себе, а потом распределял, вот столько Ирине на проезд, столько на обеды в офисе, столько отложить в общую копилку… За превышение трат критиковал часами. А потом и вовсе завел специальный блокнот для фиксации, сколько туалетной бумаги расходуется в день, и заставлял ее отчитываться о каждом листочке.
Но сломалась Ирина именно на шампуне, причем взяла самый дешевенький… Но когда муж заговорил о компенсации, у нее будто пелена на глаза упала. Она и сама не поняла, как начала бросать на улицу вещи мужа, те самые, которые он позволял себе, но в которых отказывал ей.
***
— Как ваш Максимушка? Переживает из-за развода? — интересовались соседки у Анны Аркадьевны, делая вид, что просто так спрашивают, а не сгорают от любопытства.
Анна Аркадьевна только вздыхала и мысленно готовилась к знакомству с очередной невесткой. В девушках у Максима недостатка не было, хороший автомобиль и костюм работали как магнит.
«И ведь опять на те же грабли наступит», — подумала она и решила искать помощи.
***
— Саш, ну серьезно, поговори с ним, а? По-мужски, — Анна Аркадьевна со вздохом протянула соседу тарелку с пирожками. — Я специально напекла. С капустой, как ты любишь.
Они сидели на кухне у Саши, невысокого лысеющего мужчины с добродушным лицом и внимательными глазами. В отличие от своего успешного друга, он не блистал внешностью и не разъезжал на дорогом автомобиле. Зато уже пятнадцать лет был женат на Оле, которая сейчас, судя по звукам из ванной, умывала сына перед сном.
— Анна Аркадьевна, вот что я ему скажу? — Саша неловко почесал затылок. — Слушай, дружище, прекрати считать туалетную бумагу и колготки своей жены? Он же меня пошлет. И правильно сделает.
— Он тебя уважает, — настаивала женщина, — Прислушается, может, поймет, что нельзя заставлять жену копейки высчитывать. И что брак – это вообще не про деньги, а про любовь и уважение.
— Ага, послушает, — хмыкнул Саша, откусывая от пирожка. — Как в десятом классе, когда я сказал, что Светка ему не подходит, а он назло встречался с ней еще полгода? Или как на выпускном, когда я попросил его не пить, а он специально пошел и...
Он осекся, виновато глянув на Анну Аркадьевну.
— Ну вы помните, чем это закончилось.
Анна Аркадьевна помнила. Максима тогда забирали из отделения, куда он попал после стычки с охранником ночного клуба.
— Вчера опять прихожу к ним, — тихо сказала она, — а там скандал. Ирочка купила себе новый шампунь за триста пятьдесят рублей, а старый еще не закончился. А Максим...
Она прерывисто вздохнула.
— Достал из шкафа коробку, где хранит все чеки за два года, нашел чек от предыдущего шампуня и высчитал, что тот прослужил бы еще пять дней.
— И что? — Саша недоуменно пожал плечами.
— А то, что он заставил ее отрабатывать эту разницу! — в сердцах воскликнула Анна Аркадьевна. — Она мыла посуду, пока он считал в уме, сколько это в переводе на ее почасовую ставку на работе. И прикинь, он даже не видит в этом ничего странного! Будто так и надо!
Саша помрачнел.
— А помнишь четвертую Юлю? — продолжала Анна Аркадьевна. — Так она ему, когда уходила, сказала: «Макс, я после тебя к психотерапевту записалась. Знаешь, почему? Потому что в детстве отец контролировал каждый мой шаг и каждую копейку. Думала, избавилась от этого ада, а тут на тебе, то же самое, но с калькулятором и в Excel-таблицах».
Саша задумчиво потер подбородок, отложив недоеденный пирожок.
— Я не могу, Анна Аркадьевна. Правда. Это... Как бы сказать. Это выбор Максима, так жить. Я, конечно, не психолог, но понимаю простую вещь, не поменяется человек, пока сам не захочет. А он, видите ли, считает, что все делает правильно.
— Ну хоть попробуй, — в глазах женщины блеснули слезы. — Он же один останется! С его-то характером...
— Нет, — Саша был непреклонен. — Не буду я лезть, только поссоримся. Ничего не выйдет. Вы же знаете Максима, у него гонор, упрямство и полная уверенность в своей правоте. Ему не нужны советы. Ему нужно, чтобы все плясали под его дудку. На работе ему это удается, там он начальник, а дома... Ну сами видите.
В этот момент дверь распахнулась, и в кухню влетел пятилетний Мишка, сын Саши, с мокрыми после купания волосами.
— Папа, папа! Мама сказала, что ты обещал сказку!
Саша улыбнулся и подхватил сына на руки.
— А разве я когда-нибудь нарушал обещания? — он подмигнул Анне Аркадьевне. — Ладно, поговорю с Максимом, но будет ли толк - не знаю.
— Ой, спасибо! – обрадовалась Анна Аркадьевна. – Может, он посмотрит на твою счастливую семью и себе такого же счастья захочет!
— Очень в этом сомневаюсь, — вздохнул Саша.
Когда Анна Аркадьевна ушла, он тряхнул головой, будто отгоняя тяжелые мысли, и отправился рассказывать сыну обещанную сказку. О принце, который никак не мог найти себе принцессу, потому что был слишком привередлив.
***
Максим стоял посреди своей идеально прибранной квартиры и чувствовал, как внутри все кипит от несправедливости. Перед ним лежали документы, которые он готовил к разводу. Главным образом, чеки, подтверждающие, что он имеет право… Да почти на все.
Он достал телефон и открыл приложение с семейным бюджетом. В графе «Расходы на Ирину» за последний месяц красовалась внушительная сумма. Максим провел пальцем по экрану, просматривая список. На маникюр та потратила две семьсот, на стрижку три с половиной тысячи рублей. На туфли… Тут Максиму стало больно. Аж пять тысяч рублей!
— Она на эти деньги могла бы... — он замолчал. — Да что угодно могла бы сделать, намного полезнее.
В дверь позвонили. На пороге стояла мать с контейнером, от которого исходил аппетитный запах домашних котлет.
— Поешь хоть, — вздохнула она, проходя в квартиру. — А то знаю я тебя, сейчас закажешь пиццу за тысячу рублей, хотя мог бы на эти деньги...
Она осеклась, поняв, что почти в точности повторяет фразы сына.
— Спасибо, мам, — Максим рассеянно взял контейнер, не заметив ее иронии.
Анна Аркадьевна огляделась.
— Значит, ушла Ира? — осторожно спросила мать.
— Да, представляешь? — Максим всплеснул руками. — Из-за какого-то шампуня! Я только сказал, что прежний сначала использовать надо, а она...
— Сынок, — перебила его Анна Аркадьевна, — а может, дело не в шампуне?
— А в чем тогда? — он недоуменно поднял брови.
— Ну... Может, в том, что ты каждую копейку считаешь? Каждый шаг своей женщины контролируешь?
— Да брось, мам, — отмахнулся Максим. — Любой нормальный человек должен знать, на что он тратит деньги. Это называется финансовая грамотность.
— Да, но...
— Ире просто нужен был спонсор, а не муж, — жестко продолжил он. — Как и всем предыдущим. Им лишь бы транжирить чужие деньги.
Анна Аркадьевна поджала губы.
— Максим, милый, но ведь Ира работала и неплохо зарабатывала.
— А толку? На всякую ерунду тратила. Я ей говорил, давай откладывать, давай инвестировать. А она то помаду купит, то на выставку билеты...
— Но, может, это делало ее счастливой? — осторожно предположила мать.
Максим только фыркнул.
— Счастливой ее сделало бы финансовое благополучие, а для этого нужен контроль расходов.
Анна Аркадьевна на секунду прикрыла глаза, словно собирая все свое терпение.
— Знаешь, сынок, я тут недавно с Сашей разговаривала...
— Знаю, в курсе, — нахмурился Максим. – Он приходил, рассказывал, как правильно финансы делить. Не хочу его слушать, если бы я делал, как он говорил, по миру пошел бы. И вообще, зачем ты его ко мне послала?
— Думала, опытом поделится, — уклончиво ответила мать. — Он ведь пятнадцать лет женат, пока ты женщин меняешь. И жену в своих тратах не ограничивает, значит, работает его схема.
Максим хмыкнул.
— Да какие там траты? Посмотри на него, мам. Ездит на старой «Тойоте», живет в обычной двушке, ходит в самый дешевый супермаркет. У них просто денег нет, вот и весь секрет. Нечего тратить, нечего и считать.
— Зато они счастливы, — тихо сказала Анна Аркадьевна.
— А я нет? — раздраженно отозвался Максим. — У меня все есть! Квартира, машина, карьера. Не хватает только нормальной женщины, которая бы понимала ценность денег.
— Да разве в деньгах счастье?
— А в чем же еще? — удивился Максим. – Вспомни, как мы жили, когда я был маленький, отца уволили, тебя на полставки перевели. Помнишь эти ботинки, которые я подкрашивал каждое утро? Или наше меню, завтрак – пшенка, обед – пшенка, ужин – пшенка с кусочком масла. Я тогда себе поклялся, что никогда в такой нищете жить не буду. И вот теперь, когда у меня все есть, а я тебе могу деньги подкидывать, я счастлив! А еще знаю истинную цену денег благодаря своему детству.
Мать тяжело вздохнула.
— Хорошо, милый. Как скажешь. Только... Может, сходишь к психологу? Просто поговорить.
— К психологу? — Максим даже засмеялся. — За восемь тысяч в час? Чтобы мне рассказали, что нужно больше тратить на женщин? Нет уж, спасибо, сам разберусь.
Он достал телефон и снова открыл приложение с бюджетом. Создал новую графу: «Расходы на потенциальную жену № 6».
— Видишь, мам? Я все продумал, у меня четкий план. Ира думает, она единственная женщина на свете? Ну уж нет, я сейчас же найду другую жену.
Анна Аркадьевна посмотрела на сына долгим взглядом и подумала: «А ведь Максиму все же тяжело дался развод, вот он и храбрится. Может, однажды он поймет, что люди не вещи, нельзя просто купить новое, когда потерял старое».
Объяснять это она не стала, поняла, что бесполезно. До таких вещей человек должен дойти сам. Поэтому молча развернулась и пошла к двери.
— Не забудь поесть котлеты, пока теплые, — сказала она, уже выходя из квартиры.
Максим кивнул, не отрываясь от телефона. Он как раз подсчитывал, сколько можно сэкономить на обручальном кольце. Может, заказать его через интернет? ЧИТАТЬ 2 ЧАСТЬ