В японской мифологии сотворение земли богами Идзанаги («первый мужчина») и Идзанами («первая женщина»), которые опускают своё копьё в первичный хаос, а каплями, стекающими с него, создают сушу, представляет собой, по сути, миф о происхождении именно Японских островов. Прежде всего — их. В дальнейшем идея исключительности японской земли будет неразрывно связана с религией, а также с верой в божественное происхождение императорской династии, ведущей свой род от богини солнца Аматэрасу.
Сам японский народ считается причастным к божественному, имеющим сакральные корни, а потому другие страны, такие как Китай и Корея, должны, согласно этой концепции, занимать более низкое положение в некой иерархии народов. Однако на протяжении истории Япония неизменно оказывалась под влиянием внешних сил — сначала китайской цивилизации, а позже Запада. И перед ней вставала дилемма: как сохранить свою самобытность, впитывая чужие влияния?
С одной стороны, Япония перенимала элементы китайской культуры и западных достижений, но с другой — стремилась сохранить свои традиции, обычаи, язык и искусство. В середине XVII века, в период сёгуната Токугава, возникает школа Кокугаку, проповедующая идею противопоставления ямато гокоро (японского сердца) и кара гокоро (китайского сердца). Деятели этого движения занимались изучением древней японской поэзии и истории, стремясь сохранить национальный характер в его чистоте, свободном от китайского влияния.
Согласно этой концепции, китайское сердце, насыщенное философией конфуцианства, даосизма и буддизма, воспринимается как чрезмерно рациональное, тяжеловесное, тогда как японское — истинное, чувственное, тонкое. Это нашло отражение в эстетической концепции моно-но аварэ (物の哀れ) — чувствительности к мимолётной красоте вещей. Именно это ощущение рождается перед цветущей сакурой, которая через несколько дней осыплется, перед увяданием осенних клёнов, перед звуком дождя, оставляющего после себя свежий воздух.
Очарование японской культуры заключается в осознании непостоянства, делающем каждый момент ещё более ценным. И это, согласно традиционным представлениям, доступно лишь японцам. Китайцы же, мыслящие тысячелетиями и ценящие масштаб, утрачивают это чувство мгновенности.
Другим важным понятием становится «ямато-дамаси» (大和魂) — японский дух, который дополняет кодекс бусидо (武士道, «путь война») и становится ключевым элементом самурайской философии периода Эдо. Именно в этот период, начавшийся в 1603 году с переносом столицы в Эдо (ныне Токио), рождается концепция кокутай (国体) — национальной исключительности Японии.
Кокутай буквально означает «тело нации» и подчёркивает как божественное происхождение японского народа от Аматэрасу, так и его единство с императором. Встречаясь позже с западными доктринами общественного договора, японцы осознают принципиальное различие своей системы: в отличие от Запада, где государство воспринимается как социальный контракт, Кокутай — это органическое целое, в котором каждый человек занимает своё место в жёсткой иерархии.
Эта концепция напоминает идеи, знакомые восточным славянам. Например, теорию официальной народности в России XIX века, выраженную в триаде «православие, самодержавие, народность». В Японии же кокутай основывается на конфуцианских принципах преданности и сыновней почтительности.
Со временем эта идея трансформируется в государственную идеологию. Когда в конце XIX века в Японии принимается Конституция, в ней фиксируется положение императора как священной и неприкосновенной фигуры. А кокутай становится основой воспитания граждан.
На рубеже XX века, перед Второй мировой войной, в период японского милитаризма, кокутай приобретает радикальный характер. Её ключевые принципы включают: абсолютную преданность императору, превосходство японской нации над другими и противостояние либеральным и коммунистическим идеям.
История Японии демонстрирует, как идеи национальной исключительности могут привести как к политике изоляции, так и к агрессивной экспансии. В XVII веке, после проникновения христианства и осознания японскими правителями его потенциальной угрозы, страна, подобно Китаю, закрывается от внешнего мира. Этот период самоизоляции, продолжавшийся с 1641 по 1853 год, получил название сакоку (鎖国).
Однако в середине XIX века западные державы начинают активно добиваться открытия японских границ. В 1853 году в Токийский залив входят «чёрные корабли» американского коммодора Мэтью Перри, и японцам быстро дают понять, что сопротивление будет бессмысленным. Вскоре, в 1868 году, начинается революция Мэйдзи — пожалуй, самая успешная модернизация среди всех незападных стран.
В то же самое время, когда Китай искал пути изменений и модернизации, которые давались ему с трудом и требовали объяснений (что китайское является основным, а европейское — прикладным), японцы были готовы заимствовать всё самое прогрессивное и лучшее из разных стран мира. Это стремление было закреплено в программе пяти пунктов реформ. С эпохи Мэйдзи в японской истории начинает проявляться своеобразный маятниковый эффект: японская нация переходит от комплекса собственной неполноценности перед другими странами и миром к чувству превосходства над соседями, особенно над теми, над которыми были одержаны победы.
Стоит отметить, что революция Мэйдзи не случайно называется также реставрацией Мэйдзи. Это связано с тем, что император вновь становится полноценной политической фигурой, в отличие от периода Сёгуната, когда он исполнял лишь формальные функции. Также происходит реставрация национальной религии — синтоизма — в государственном масштабе. Государственный синтоизм с культом императора становится основой японского общества.
По мере преодоления комплекса неполноценности японцы активно заимствовали западный опыт, который становился основой их развития. Обретая всё большую уверенность, страна переходит от политики изоляционизма к стратегии экспансии. Если задаться вопросом, откуда пришли эти устремления, то ответ очевиден: они тоже были заимствованы с Запада. Стремясь к статусу великой державы, Япония сравнивала себя с другими странами, анализируя, какие критерии и условия необходимо выполнить.
Великие державы того времени обладали колониями. При этом корректнее сравнивать Японию не с Испанией, Португалией, Англией и Францией, а с государствами, начавшими колониальную экспансию позже, в том числе с США. Японское обоснование колониализма во многом напоминало американское: оно строилось на идее цивилизаторской миссии и необходимости «облагородить дикарей».
В результате войн конца XIX века Япония присоединила Корею и оккупировала Тайвань, сделав их объектами своего «цивилизаторского эксперимента». Под влиянием европейского национализма, а также идей пангерманизма и панславизма, формируется паназиатизм. Возникает концепция культурного объединения Японии и Китая — используя ресурсы Китая и его огромную численность населения, но под японским началом, должна была сформироваться Азия для азиатов. Эти идеи сформулировал князь Коноэ Фумимаро, предложив два ключевых внешнеполитических проекта: «Новый порядок в Восточной Азии» (東亜新秩序) и «Великую Восточно-Азиатскую сферу взаимного процветания» (大東亜共栄圏). Согласно этим проектам, вся Азия под руководством Японии должна была противостоять советскому коммунизму и американскому либерализму, находя собственный путь в будущее. Реализация этих идей опиралась на военную организацию, призванную сплотить нацию вокруг императора — Ассоциацию помощи трону.
Перед Второй мировой войной Азия представляла собой совокупность колониальных владений Британской империи (Индия, Бирма, Малайя), Франции (Индокитай), США (Филиппины), Нидерландов (Индонезия) и других стран. Япония стремилась объединить эти территории под своим контролем. Идеологической основой японского милитаризма становится концепция «Хакко Итиу» (八紘一宇, «Восемь углов мира под одной крышей»), восходящая к первому легендарному императору Дзимму.
Апофеозом этой идеологии стало празднование в ноябре 1940 года 2600-летия Японской империи, во главе с правящей всё это время одной династией. Однако, как показывает история, национальная исключительность часто сопровождается дегуманизацией других народов. Вспомним бесчеловечные эксперименты отряда 731 и других подразделений, где над людьми, которых японцы называли «брёвнами», проводились ужасные опыты: обморожение, заражение бактериологическим оружием и жестокие пытки.
Поражение во Второй мировой войне стало полным крахом Японской империи. Одним из главных страхов японцев было увидеть императора Хирохито на скамье подсудимых Токийского трибунала. Однако американское руководство, обсуждая будущее Японии, разделилось на две группы: одни предлагали ликвидировать монархию, другие — сохранить её. Генерал Дуглас Макартур видел в императоре фигуру, способную сплотить японскую нацию в новых условиях и сыграть положительную роль в американо-японских отношениях.
Для сохранения трона требовалось выполнить одно условие: 1 января 1946 года император Хирохито выступил с «Декларацией о человеческой природе», в которой заявил, что он не бог, а всего лишь человек. Также была отвергнута идея, что «японский народ превосходит прочие расы и предназначен для мирового господства». Это позволило ему остаться на престоле и прожить долгую жизнь, скончавшись в 1989 году в возрасте 87 лет.
Даже после войны в Японии сохранялась ценность ямато-дамаси, японского национального духа. Одним из его приверженцев был писатель Юкио Мисима, который критиковал демократические преобразования, считая, что они размывают уникальную японскую культуру. В своём эссе «Рассуждение о новом фашизме» он выражал обеспокоенность утратой традиционных ценностей. В 1968 году Мисима основал военизированную организацию «Общество Щита» (楯の会), ставившую целью восстановление божественного статуса императора. В 1970 году он совершил сэппуку после провала попытки вооружённого мятежа, воплотив самурайский идеал верности.
В наши дни Япония продолжает отличаться от других стран. Несмотря на активное восприятие западной культуры, японцы сохраняют свои традиции, ценности и строгую иерархическую структуру общества, основанную на зависимости и лояльности. В современном мире, насыщенном информацией, Япония сохраняет культуру молчания — традицию, в которой сдержанность и тишина являются проявлением уважения и понимания.
Ставьте лайк, если вам понравилось, подписывайтесь на канал, пишите в комментариях, с чем вы согласны или не согласны и какие темы вам интересны. До новых встреч!