Медленно двигаясь вдоль сборочной линии, Дэвид Коновер, капрал военно-воздушных сил США, фотографировал привлекательных девушек.
"Смотрите в камеру и улыбайтесь! – говорил он, пытаясь поймать фотокамерой лучший ракурс. – Вы должны поднять боевой дух наших солдат. Самую красивую поместим на первую страницу "Янки".
"Янки" – армейский еженедельный журнал. Здесь и далее примечания автора.
Неожиданно в объектив фотокамеры попадает симпатичная шатенка, одетая в рабочую униформу: серые брюки и зеленую блузку. Дэвид машинально нажимает на затвор фотоаппарата, а только потом замечает, что лицо девушки испачкано грязью. Не отрывая глаз от видоискателя, он тихо выругался и пошел дальше. Однако, сделав всего несколько шагов, Коновер внезапно остановился, а затем резко развернулся.
Девушка смотрела на него широко распахнутыми глазами, а на ее лице сияла необыкновенная внутренняя улыбка. Держа в руках фотокамеру, Дэвид подошел к ней. Его глаза сверкали, выдавая профессиональный интерес. Фотограф увидел перед собой образ идеальной американской девушки: в глазах – невинность, на губах – страсть.
– Как вас зовут? – спросил Дэвид.
– Норма Джин.
– Я Дэвид Коновер. Фотограф. Вы работаете на сборочной линии?
– Вообще-то я занимаюсь покраской самолетов, но сегодня нам объявили, чтобы мы собрались здесь.
– У вас необыкновенная улыбка. Не согласитесь ли вы мне попозировать в обеденный перерыв?
– Хорошо.
– У вас есть с собой свитер?
– Есть, красного цвета.
– Отлично! Пожалуйста, захватите его с собой.
– О’кей.
– Только вот ваше лицо…
– А что с ним не так? – в голосе девушки послышалось удивление и легкий испуг.
– С лицом все в порядке, – улыбнулся Дэвид. – У вас очень приятное лицо и прекрасные глаза. Только вы немного запачкались.
– Запачкалась? – девушка облегченно выдохнула. – Это, наверное, когда я крепила пропеллер. Он такой грязный. Но к обеду я приведу себя в порядок.
– О’кей. Встречаемся на этом самом месте.
В обеденный перерыв Дэвид сделал несколько фотографий Нормы. Сначала в рабочей одежде, а затем в красном облегающем свитере.
– Ваше место на обложке журнала, а не на военном заводе, – произнес Дэвид, закончив съемку. – Давайте продолжим завтра.
– Вы шутите? – девушка вдруг покраснела, подумав, что фотограф заигрывает с ней.
– Не шучу. У вас есть все шансы стать профессиональной моделью. Мало того, за позирование я буду платить вам пять долларов в час. Вам надо будет только взять с собой одежду, тени и губную помаду. Согласны?
– Пять долларов за час работы! – лицо девушки просветлело, – Конечно, я согласна!
Еще бы, работая по десять часов ежедневно в цеху, воздух которого был наполнен ядовитыми испарениями от лаков и красок, Норма за неделю зарабатывала всего двадцать долларов. А тут, на фотосессии, ей предлагали целых пять долларов в час! Конечно, она была согласна на все.
– Но как быть с моим начальством? – спросила Норма, с трудом сдерживая радость.
– За это не переживайте. Если вы примите мое предложение, я договорюсь с вашим руководством. Мы здесь выполняем государственный заказ и нам обещана всесторонняя поддержка. Завтра я заеду за вами на машине. Где вы живете?
– О’кей. Только давайте лучше встретимся на заводе. Не хочу, чтобы пошли кривотолки. Я ведь замужем и живу у свекрови.
– Замужем? – удивился Дэвид. – Сколько вам лет?
– Девятнадцать. Мы уже три года как женаты.
– И где сейчас ваш муж?
– Служит на флоте.
– Так вы согласны позировать мне?
– Да, – ответила Норма, убирая за спину руку с обручальным кольцом.
– Тогда до завтра!
– До завтра!
На следующий день Норму Джин освободили от обязанностей по покраске самолетов, и она вместе с Дэвидом отправилась на главную улицу Беверли-Хилз – бульвар Сансет. Там в районе ночных клубов у Коновера имелась собственная студия.
Вскоре автомобиль мчался по автостраде к извивающейся улице, спускающейся к бескрайнему океану. Трудно передать настроение девушки в этот момент. Разглядывая в окно выстроившиеся вдоль дороги дома, Норма думала о том, что вот наконец-то настал тот момент, который способен изменить ее жизнь. И она не ошиблась. Эта фотосессия превратила ее в энергичную и целеустремленную молодую женщину.
Будучи репортером, Дэвид был знаком со многими людьми из шоу-бизнеса и имел репутацию человека с чутьем на "стоящий" материал. Он показал цветные фотографии Нормы коммерческому фотографу Поттеру Хьюту и тот согласился сделать несколько снимков при условии, что заплатит, если для них найдется покупатель. Через несколько недель фотографии Нормы были напечатаны в самых популярных на тихоокеанском побережье журналах.
У девушки уже не было никакого желания возвращаться к своей обычной жизни и работе в удушливом цеху. Все разрешилось само собой. Руководству надоело выслушивать по телефону ее отговорки о плохом самочувствии, и 15 марта 1945 года Норму уволили.
Свекровь негативно отнеслась к ее выбору стать фотомоделью. Она была недовольна поздними возвращениями своей невестки и тем, что по утрам и вечерам под окнами сигналят из модных автомобилей. В письмах к сыну она все описывала в самых ярких красках, призывая его приструнить свою жену. В ответ Джеймс Догерти слал жене гневные письма, в которых требовал от нее быть примерной супругой, но Норму уже мало смущали нотации мужа и свекрови. В конце концов, она переехала от свекрови к тетушке Анне.
Она продолжает сниматься у разных фотографов, а с июня до середины лета принимает участие в фотосессиях Дэвида Коновера. Вместе с ним она разъезжает по всей Калифорнии. Дэвид фотографировал ее на фоне живописной природы – в Долине Смерти, на склоне горы Витни, у водопадов и у подножия гигантских деревьев. Некоторые фотографии были напечатаны в армейских журналах, остальные он подарил своей фотомодели на память.
Спустя сорок лет Коновер опубликует свои воспоминания, в которых признается, что у него с Нормой Джин был яркий и страстный роман.
Вернувшись из поездки по Калифорнии, Дэвид уговаривает Норму стать моделью на постоянной основе, устроившись в какое-нибудь агентство.
Выбор пал на Школу очарования и моделирования Blue Book, размещавшуюся в гостинице "Амбассадор" на бульваре Сансет. Здесь также располагался ночной клуб "Кокосовая роща", который на протяжении десятилетий был главным ночным клубом Лос-Анджелеса, а также местом проведения шести церемоний вручения премии "Оскар".
5 июня 1968 года в отеле, во время предвыборной компании, был застрелен сенатор США Роберт Френсис (Бобби) Кеннеди, младший родной брат 35-го президента США Джона Кеннеди.
Владельцем модельного агентства была невысокая, приятная женщина по имени Эммелайн Снивели. Она никогда не появлялась на людях без шляпки и сочетала деловитый цинизм с безупречной порядочностью. Мисс Снивели было немного за сорок, а в управлении бизнесом ей помогала семидесятилетняя мать, имевшая богатый жизненный опыт.
2 августа 1945 года Норма переступила порог гостиницы "Амбассадор", и ее немедленно провели в офис мисс Снивели. Как только Джин вошла в комнату, бойкая женщина вскочила из-за стола и энергично принялась трясти ее руку. Поздоровавшись, Норма хотела уже сесть, но Эммелайн попросила ее пройтись до двери и обратно.
"Походка не Бог весть что – очень неровная, – думала мисс Снивели, наблюдая, как девушка, покачивая бедрами, шла к двери, – волосы просто плохие. Типичная блондинка по-калифорнийски – верх светлый, низ темный. Нужен хороший парикмахер. Коротко постричь и обесцветить. Но улыбка обворожительная, изумительные ноги и вообще от нее веет свежестью. В белом она серьезна, точно херувимчик в церковном хоре".
– Поттер Хьют наговорил мне о вас много лестного, – произнесла Эммелайн, когда Норма вернулась к столу, – и я вижу, что это справедливо. Хотите быть моделью?
– Я не знаю… Я думаю, я могла бы… то есть я хочу сказать, когда я видела все эти фото с натурщицами… Не знаю, достаточно ли я красива. Но если бы вы дали мне шанс, я… я попыталась бы.
– Попытаться! – прервала ее Эммелайн. – Вот-вот! Именно! Если у вас будет желание, как следует работать, успех обеспечен, ибо вы обладаете, милочка, редчайшим даром в мире – шармом! Шарм – вот что у вас есть.
Норма Джин скромно потупилась.
– Так, мисс Догерти…
– Миссис Догерти, мэм, – поправила ее Джин.
– Хорошо, миссис Догерти. Итак, позирование сегодня – целая наука. Не то что бы вы просто шли по улице без всякой подготовки и ничего об этом не зная. Нет, милочка, вы должны получить знания.
– Я полагаю, вы простите меня, – заметила Норма, – но у меня нет денег.
– Миссис Догерти, не беспокойтесь, это ровным счетом ничего не значит. Сейчас вам ничего платить не придется. Вы заплатите из того, что заработаете позируя. Вы ведь хотите всерьез заняться этим делом?
– О да!
– Только вам предстоит серьезно потрудиться. Вы неправильно улыбаетесь: вы поднимаете улыбку, вместо того чтобы опустить ее, в результате нос делается слишком большим. Волосы вам следует выпрямить и обесцветить, и вы станете изумительной блондинкой.
Диалог воссоздан на основе интервью мисс Эммелайн Снивели в 1966 году.
Норма внесла двадцать пять долларов за размещение в каталоге агентства, после чего на нее завели портфолио: рост – 165 см (здесь и далее используется система мер, принятая в нашей стране), вес – 53,6 кг, размеры – 91,5-61-86,5 см, размер одежды – 46-й, цвет волос – средняя блондинка, "волосы чрезмерно вьются, перед укладкой нуждаются в осветлении и перманенте", глаза – голубые, зубы – идеальные, с небольшим дефектом прикуса (верхние резцы и клыки слишком выступают над нижними), умеет немного танцевать и петь.
В течение несколько недель Норма посещала занятия по демонстрации одежды, макияжу и по искусству позирования, которое преподавала сама мисс Снивели.
Второго сентября в отеле "Ambassador" сделали несколько пробных снимков Нормы и еще восьми других девушек, а пятого сентября мисс Снивели нашла ей работу.
Джин поручили демонстрировать металлические шкафы Holga Steel и раздавать листовки на промышленной выставке, проходящей в концертном зале Пан-Пасифик. Девушка блестяще справляется со своими обязанностями и за десять дней зарабатывает девяносто долларов, которые тут же передает мисс Снивели. Поняв, что она имеет дело с порядочной и честной девушкой, Эммелайн решает давать ей как можно больше работы.
Норма начинает сниматься в рекламных компаниях, однако ее фотографии постоянно подвергаются критике. Одни заказчики жаловались на ее длинный нос, другие на то, что, когда она улыбается, на ее лице появляется некрасивая тень. Последнее было связано с тем, что улыбаясь, девушка слишком высоко поднимала верхнюю губу, и возле носа появлялись глубокие складки. Чтобы избежать этого, Норме приходилось приоткрывать нижние зубы и улыбаться не так широко.
После провальных проб для каталога одежды "Montgomery Ward" мисс Снивели убедилась, что сильной стороной Нормы является не столько демонстрация костюмов и платьев, сколько публикация ее изображений в журналах. Она отправляет девушку к издателям, чтобы та позировала для обложек иллюстрированных журналов. Эффект оказался ошеломляющим. Фотографии Нормы были напечатаны более чем в тридцати популярных журналах.
В ноябре месяце Эммелайн представляет Норму молодому фотографу Андре де Дьенесу, специализирующемся на съемках обнаженной натуры.
Настоящее имя фотографа Андор Дьердь Икафальви-Диенес. Он родился в 1913 году в Трансильвании, в небольшом городке Кездивасархее. В наше время это румынский город Тыргу-Секуйеск. После кончины матери пятнадцатилетний мальчик пешком отправился в путешествие. Пройдя всю Европу, Андор добирается до Туниса, где покупает свою первую фотокамеру – 35-миллиметровую "Ретину". Искусство фотографии настолько увлекло юношу, что он решает возвратиться в Париж. Там он меняет свое имя на более благозвучное – Андре де Дьенес, после чего начинает карьеру фотографа. Через четыре года его работы попадают на стол главного редактора мужского журнала Esquire, и он предлагает Андре переехать в США.
Во время фотосессии на пляже, где девушка позировала в купальнике, Норма признается Андре о своем желании стать актрисой. Это признание оказалось весьма кстати – Андре планировал отправиться в путешествие и искал модель для натурных съемок. Восхищенный внешними данными девушки, он предлагает ей отправиться с ним в поездку, пообещав заплатить двести долларов. Понимая, что эта фотосессия будет очередной ступенью в ее карьере, Норма согласилась.
В то же время в Лос-Анджелес в кратковременный отпуск прибывает Джеймс Догерти. Норма сообщает мужу, что планирует отправиться в поездку с де Дьенесом, на что Джеймс справедливо устраивает скандал.
Джин пытается объяснить мужу, что отказ от поездки грозит ей не только потерей двухсот долларов, но и будущих перспектив, однако Джеймс остается непреклонным. Тогда Норма уходит из дома. Она едет в гостиницу к Андре, и на следующий день они вдвоем на автомобиле отправляются на юго-восток Калифорнии, в пустыню Мохаве.
После фотосессии у водопада Дарвин-фолс они уезжают в Лас-Вегас. Во время путешествия Андре так увлекся Нормой, что даже передал ей деньги, чтобы оплатить судебные издержки за развод с Джеймсом. Вернувшись в Лос-Анджелес, Андре делает Норме предложение, но новое замужество не входит в планы девушки.
Тем временем, отгуляв отпуск, муж Нормы уходит в плаванье. Когда их корабль прибывает в Китай, Джеймс получает от жены письмо с бумагами для оформления развода.
В феврале 1946 года мисс Снивели убеждает Норму заняться своей прической. В салоне Фрэнка и Джозефа ей выпрямляют волосы и осветляют их по всей длине. Результат превзошел все ожидания, и увенчался успешной работой в рекламе шампуня.
Теперь Снивели решила, что Норму Джин необходимо "открыть заново" и шестого марта она направила девушку на пробную съемку к Джозефу Джазгуру. Сделав несколько фотографий с Нормой на улице за бульваром Беверли, Джозеф повел ее пообедать.
В 2011 году фотографии Нормы Джин будут проданы наследниками Джозефа на аукционе Julien за 352 тысячи долларов.
Появление Нормы в журналах для взрослых не осталось незамеченным. Среди прочих мужчин, листающих модные журналы, оказался глава крупной кинокомпании, эмблемой которой была Эйфелева башня.
Его звали Говард Хьюз, а кинокомпания называлась "РКО Pictures". В тот момент миллионер находился в клинике голливудских знаменитостей "Cedars-Sinai" после авиакатастрофы.
Продолжение: Мэрилин Монро в сетях Говарда Хьюза
Благодарю за лайк и подписку!
© 03.04.2025г.