Но есть и еще один пласт смыслов «Весны», не менее интригующий. Кроме того, полагаю, кому-то из читателей будет интересна и дальнейшая судьба этого брака.
Прежде всего, «благородная нимфа» Семирамида Аппиани должна была выйти замуж совсем не за семнадцатилетнего Лоренцо ди Пьерфранческо Медичи. Её мужем должен был стать вот этот человек.
Соправитель своего старшего брата Лоренцо, любимец всей Флоренции, красавец, острослов, блестящий участник неоплатонического кружка, возглавляемого самыми известными философами и писателями республики, победитель рыцарских турниров, романтический герой, влюбленный в Симонетту Веспуччи, чье лицо, увидев один раз на любой из картин Боттичелли, уже никогда не забудешь. Кстати, если вам кажется, что Грация, которую считают воплощением невесты, Семирамиды, все равно, похожа на Симонетту, то вам не кажется: невеста приходилась рано умершей Несравненной племянницей, так что сходство вполне могло существовать.
Почему же на такой важной и блестящей свадьбе женихом стал не Джулиано, ведь помолвка уже состоялась?..
Все просто и довольно страшно: за несколько лет до этого бракосочетания и написания «Весны» Джулиано был жестоко убит в результате знаменитого заговора Пацци.
Когда ты должен много денег кому-то могущественному, например, королю или папе, - ты в неудобном положении. Но когда король или папа должен тебе — ты в смертельной опасности. Клану Медичи были должны слишком многие, чтобы можно было спокойно жить. Ещё за несколько поколений до Лоренцо его предки, вопреки своей фамилии (Медичи — «медик»), начали заниматься ростовщичеством. Козимо Старый, дед Лоренцо, достиг вершин экономического и политического (тогда это было примерно одно и то же) могущества. Хитроумный и жёсткий банкир Козимо, родоначальник банкирского дома Медичи, долго и упорно воевал с конкурентами, завистниками и должниками, в итоге поднявшись на самую высоту власти. И внук, Лоренцо, делал все, чтобы упрочить положение семьи. Но наступил момент, когда сразу несколько могущественных должников пришли одновременно к выводу, что проще и дешевле вложиться в заговор - и уничтожить дом Медичи, если повезет, до последнего человека, чем отдавать долги с процентами, накопившимися за десятилетия. А ставку сделали на конкурентов Медичи, - знатное, невероятно богатое и рвущееся к власти семейство Пацци (и их банкирский дом). Поводом для заговора стал скандал из-за города Имолы, который имел стратегическое расположение на дороге между Флоренцией и портами Адриатики. Герцог Миланский (Лодовико Сфорца по прозвищу Мавр) согласился продать его Лоренцо, но потом отказался от соглашения и вместо этого решил продать его папе, что было частью сделки, по которой дочь герцога и папский племянник поженятся.
Лоренцо, который все еще был папским банкиром, отказался финансировать покупку. Папа Сикст дал отставку банку Медичи и обратился к альтернативным кредиторам, в том числе, к семье Пацци.
Кто же они, эти Пацци, яростные конкуренты и враги хозяев Флоренции?
Дом Пацци в итальянской истории носит забавное прозвище «одна реликвия, одна капелла, один заговор». Дело в том, что Реликвию привел из Первого крестового похода рыцарь по имени Паццино Пацци. В 1099 году он первым перелез через иерусалимскую стену при штурме города. За это, помимо благодарности и почета, он получил от Готфрида Бульонского, предводителя похода, два куска кремня из храма Гроба Господня. Флорентийцы, конечно, такой честью страшно гордились, а кремни использовали исключительно по самым большим праздникам - на Пасху и на День святого Иоанна, городского покровителя. Реликвия до сих пор хранится в церкви Сантиссими-Апостоли.
В 1442-60х годах великий архитектор Брунеллески построил для Пацци прославившую их капеллу, идеальное воплощение архитектуры Ренессанса. Это эталонное произведение искусства, чьи конструкция, композиция и интерьер входят в базовую программу всех архитекторов, художников и искусствоведов, где бы они ни получали свое образование.
Строил ее Брунеллески по заказу банкира Андреа Пацци.
Заговорщики клеймили Лоренцо Великолепного как тирана и апеллировали к прежним свободам республики, но на самом деле, целью Пацци было просто занять экономически и политически место дома Медичи (а целью должников, соответственно, - не платить кредиты и поучаствовать в дележе казны банка Медичи). Идея и основная организация принадлежали, впрочем, не Пацци, а папе Сиксту IV, но исполнителями стали именно они и их круг, а также, что особенно поражает воображение, - священники, близкие к Святому престолу: например, архиепископ Пизанский Франческо Сальвиати и его приближенные.
Поначалу жертв собирались отравить поизящнее, но некстати захворавший Джулиано Медичи спутал потенциальным тираноубийцам все карты, не явившись подряд на два обеда.
В конце концов, нервы у заговорщиков не выдержали, и они решили прибегнуть к более радикальной тактике: заколоть Джулиано и его брата Лоренцо кинжалами на пасхальной мессе в соборе. Один из конспираторов самолично привел неуловимого Джулиано, приобняв за плечи, чтобы убедиться, что под одеждой нет доспехов. Братьев, согласно плану, оттеснили друг от друга, и, в момент, когда юный кардинал поднял Святые Дары, а все преклонили колени, Франческо Пацци ударил тяжелым предметом Джулиано по голове, а потом нанес ему 19 ударов кинжалом - с такой яростью, что серьезно поранился сам. Зато старшему, Лоренцо, удалось спастись: быстро сориентировавшийся поэт Анджело Полициано (тот самый, написавший поэму «Турнир», программа которой легла в один из сюжетов «Весны») впихнул его в ризницу и оттеснил нападавших мечом. Тяжелые двери ризницы стали непреодолимым препятствием для убийц.
Медичи тогда были невероятно популярны, и собравшийся на мессу народ, сообразив, что к чему, набросился на Франческо Пацци с товарищами. Тех, кого удалось поймать, растерзали на куски прямо на месте; сбежавших повесили на площади Синьории; дальше началась охота на родственников (даже кости ни в чем неповинного Андреа, заказчика капеллы, выкопали из могилы и выкинули в реку). Резня продолжалась три дня, и по окончании ее от рода Пацци ничего не осталось: членов семьи поубивали, собственность конфисковали, а фамильный герб (дельфина) запретили. Бежавшего Бернардо деи Барончелли, заговорщика из флорентийских купцов, вместе с Франческо Пацци убивавшего Джулиано, через какое-то время выдал Константинополь, и его привезли во Флоренцию, где и повесили 29 декабря 1479 года в Палаццо дель Барджелло. В тот момент Леонардо да Винчи находился во Флоренции, наблюдал за этой казнью и оставил знаменитый жуткий набросок.
Судя по тому, с какой беспристрастной точностью Леонардо записал цвета одежды, которую носил Барончелли в момент смерти, аккуратным зеркальным почерком, он, вероятно, планировал писать большую картину с этим сюжетом.
Хотя Лоренцо спасся и это спасение стало для дома Медичи абсолютным аргументом права на власть, но события эти имели тяжелые политические последствия. Заговор Пацци угрожал дестабилизировать весь итальянский полуостров, который на протяжении почти двух десятилетий после османского завоевания Константинополя в 1453 году находился в состоянии непрочного мира (никакой единой Италии, напоминаю, в помине нет, и еще много сотен лет не будет).
Когда Лоренцо преследовал заговорщиков, в том числе Франческо Сальвиати, архиепископа Пизы, разъяренный папа выступил против Медичи. Была реальная перспектива войны, состоялось уже несколько вооруженных столкновений, но большой беды удалось избежать, и только благодаря впечатляющей личной дипломатии: Лоренцо фактически стал заложником короля Неаполя Фердинанда, и ему удалось убедить его заключить союз и, в конце концов, в марте 1480 года вернуться во Флоренцию и к власти. Великий итальянский историк Франческо Гвиччардини: «Репутация, рассудительность и одаренность» Лоренцо помогли сохранить «долгий и надежный мир» в Италии. «Если бы Флоренцией правил тиран, – писал Гвиччардини несколько десятилетий спустя, – никогда не было бы лучшего или более восхитительного тирана».
Далее все силы были брошены на установление важных дипломатических и экономических союзов во имя и во славу процветания Флоренции и дома Медичи во главе нее. И брак юного Лоренцо Младшего, послушно (и вполне счастливо, как показали годы) заменившего убитого и оплаканного флорентийцами Джулиано, и Семирамиды- это один из важных шагов к восстановлению прежнего влияния и богатства Флоренции.
И в этом аспекте, «Весну» Боттичелли называют произведением, символизирующим возвращение цветущей, богатой, счастливой и блистательной Флоренции, Флоренции, в которую возвращены надежный мир и благополучие.
Таким образом, многие историки и искусствоведы считают картину Боттичелли «Весна», по сути, политическим памфлетом - аллегорией расцвета Флоренции под руководством Лоренцо Великолепного после ликвидации последствий ужасного заговора Пацци, о котором мы сегодня вспоминали. Возможно, точно так же считывали этот сюжет и современники.
У нас получилось много политики и не очень много искусства, но я непременно должна была рассказать вам и об этом толковании «Весны», к тому же, вы увидели ренессансный идеал - капеллу Пацци - и жуткий рисунок великого Леонардо с натуры. А это чего-нибудь да стоит.
А у меня на сегодня все, спасибо за уделенные время и внимание, дамы и господа!