Взгляд из прошлого. Глава 41
С приходом к власти в марте 1985 года молодого и напористого генсека, в сравнении с дряхлой верхушкой компартии, в Стране Советов стало многое меняться. Уже через месяц своего правления Горбачёв объявил о начале "Перестройки", другими словами: был взят курс на ускорение социально-экономического развития и всестороннее совершенствование социализма.
Предыдущая глава:
Ссылка на начало:
Наступила эпоха гласности и плюрализма мнений, когда каждый мог, не боясь наказания, высказаться на ту или иную тему, что привело к значительному расширению свободы слова и печати в СССР, а после принятия в 1990 году закона о печати, – к полному упразднению цензуры.
Это подразумевало развитие демократии в стране, а с нею расширение прав и свобод, укрепление законности и правопорядка, преодоление догматизма и узколобого консерватизма. Все эти слова были незнакомы простым людям.
Генсек выходил в народ и сыпал ими направо и налево, а его нарядная супруга стояла рядом и улыбалась простому люду. Чуть позже Раису Максимовну обвинят чуть ли не во всех смертных грехах, по мнению народа именно она руководила мужем, нашёптывая ему разного рода указания.
Однако, он и сам был не промах и смог задурить головы многим. С лёгкой руки Михаила Сергеевича стали срочно переписывать историю, был раскрыт культ личности Сталина и признаны репрессии 1937 года.
Советские граждане чувствовали разочарование и растерянность, если не сказать больше, тяжело осознавать, что долгое время тебя околпачивали. У них отняли веру в светлое будущее, вчерашние атеисты, плохо разбирающиеся в истинных ценностях, ринулись восполнять духовный голод.
Причём не только в Церковь, но и другие оккультные организации, которым был дан зелёный свет. Наступила эра мракобесия, по улицам ходили завёрнутые в простыни кришнаиты, тянувшие нараспев свои гипнотические песнопения, в квартиры стучались свидетели Иеговы, готовые показать путь в царство божие.
Экономические реформы привели к созданию новых рыночных отношений и вскоре появилось такое понятие, как рэкет. Бандиты крышевали торговые точки, брали под своё крыло бизнесменов, забивали стрелки, отстреливая пачками конкурентов и друг друга, благодаря чему девяностые назовут лихими.
На фоне этого в марте 1990-го внеочередной Съезд народных депутатов СССР избрал Михаила Горбачева президентом – первым и последним в истории Советского Союза, а уже в августе грянул гром, после которого перекрестились многие.
В тот день 19 августа 1991 года по телевизору с самого утра и до позднего вечера крутили балет "Лебединое озеро", признак того, что преставился кто-то из руководящей верхушки. Москвичи знали больше провинциалов, потому как находились в самой гуще событий.
Мало кто мог предугадать исход заварушки, устроенной кучкой гэкачепистов, не захотевших мириться с потерей власти. Горбачёва взяли под стражу и увезли с семьёй из Москвы. Тогда тех товарищей окрестили предателями, принёсшими в страну смуту и раздор.
Ссылка на навигатор:
Ссылка на второй канал:
По прошествии времени их станут называть едва ли не народными спасителями, пожертвовавшими своей свободой во имя сохранения СССР. Неизвестно, чем бы всё обернулось, приди они к власти, возможно, не было бы того дурдома, в котором оказались страны постсоветского пространства.
Непряхин тяжело переживал развал Союза, можно сказать, как своё личное поражение. Он не захотел оставаться на посту, хотя новое руководство его об этом неоднократно просило. Александр Трофимович ушёл вначале в отпуск, а оттуда прямиком на пенсию к явному удовольствию жены.
– Хватит, сколько можно? Отслужил своё, пора и отдохнуть, – радовалась она такому известию.
– Может всё же приткнуться куда? Сторожем например, или вахтёром, – уточнял Непряхин, накидывая варианты, но при любом упоминании о работе, Галина Сергеевна неизменно встала на дыбы, а он лишь посмеивался в ответ.
– Не волнуйся, Галчонок, я теперь заслуженный пенсионер и буду копошиться на грядках, не зря ведь мы приобрели дачу?
– Конечно, не зря, коли уж совсем худо будет, начнём торговать овощами на рынке.
– Вот это дело, знаменитый сыщик Эркюль Пуаро выращивал кабачки на пенсии, а я займусь взращиванием тыквы.
– Во-первых, Пуаро был выдуманным сыщиком, а ты реальный, Сашенька. А во-вторых, тебе нельзя перенапрягаться, поэтому я лучше поставлю тебя торговать.
– А что, я согласен, ты мне только тюбетейку купи, чтобы походил на торговца с Востока.
– Обязательно куплю, раз просишь.
Супруги Непряхины оба были в почтенном возрасте, но выглядели и держались хорошо. Да и как иначе? Младшая дочурка обрадовала хорошей новостью, сказала, что скоро подарит им внучку или внука, это известие вдохнуло в них новую жизнь.
– Мамуль, я вот думаю, как же я без твоей помощи справлюсь? Может обратно с папкой переедете? – предложила Ольга по телефону.
– Ну нет, дочь, тогда уж лучше вы к нам. Да и как я Маню одну оставлю? Она тут на работу вышла, я не могу её подвести, – отказывалась Галина.
– А может я тоже на работу хочу выйти сразу же после родов? Поеду вместе со Славой после родов в экспедицию, а вас оставлю с малышом.
– Ты это чего удумала? Ребятёнку мать нужна, в особенности в первое время.
– Да шучу я, шучу. Сразу не поеду, конечно, но через годик запросто, сплавлю вам внука и айда.
– Вот же неугомонная, успокойся и дурью не майся.
Однако, стоило Ольге родить, и она мигом забыла обо всех этих планах, готовая любоваться на своего сынишку сутками напролёт. Какая уж тут может быть работа? Дети так быстро растут, не успеешь моргнуть глазом, а они уже в школу пошли, моргнул вторым – в институт поступили, а на третий жениться надумали.
Манечка могла бы многое об этом рассказать, её мальчишки выросли быстро, Илья женился на хорошей девушке, Костик на голову обогнал мать и уже басит вовсю. Вот уже и Виолетте исполнилось три годика, бегает, лопочет на своём, щебечет.
– Мамыська, я тебя лублу, – восторженно шептала ласковая малышка, подлетая сзади и обнимая мать.
– И я тебя люблю, солнышко, – улыбалась женщина, прижимая её к себе.
Девочка всё больше становилась похожей на биологическую родительницу, это обстоятельство отнюдь не радовало. Хорошо, что уехали подальше от родного города, там бы им точно житья не дали. Сходство было слишком очевидно, тогда бы слухи точно донеслись до Кристины.
Меж тем сама Кристина Астахова жила в это время на юге, в тепле и сытости, муж обеспечивал её всем необходимым. Вовремя он подвернулся беременной женщине. Единственно, что потребовал, так это родить и оставить ребёнка в роддоме, мол, так будет лучше для всех.
Роженица даже смотреть отказалась на дочку, потребовала унести с глаз долой, потому что уже приняла решение. То, что предложил жених было гораздо круче того, что мог ей дать Илья Кравцов. Какие бы там он платил алименты? Гроши? Да ещё и неизвестно, а точно ли он отец? В общем, она сделала свой выбор.
Аида Богдан
Продолжение тут: