Николя Пуссен - яркий представитель строгого классицизма в живописи, последователи этого прекрасного направления, черпали свои идеалы в искусстве античной классики.
С юности Никола Пуссена интересовала культура и искусство Древней Греции и Рима и восхищала итальянская живопись, которую он изучал в Королевской Академии. В Париже он изучал полотна Рафаэля и Джулио Романо. Затем переехал в Венецию, а затем и в Рим, где увлекся историей и археологией. Его заказчиками стали интеллигенты-романтики, которые предпочитали полотна со сценами из истории Древнего Рима времен республики, когда граждане Вечного города больше своей жизни и амбиций ценили честь и долг перед народом и государством.
На полотнах Никола Пуссена оживают исторические события, а герои, словно только что сошли с пергаментных свитков с произведениями древнегреческих и древнеримских историков.
Картина «Великодушие Сципиона», написанная в 1640 году, иллюстрирует эпизод из произведения римского историка Тита Ливия «История от основания города (XXVI, 50)», повествующий о благородном поступке знаменитого римского полководца Публия Корнелия Сципиона, за свои победы прозванного Африканским, во время Второй Пунической войны (218-201 гг. до н. э.). Пунические войны были крупными военными конфликтами между коалициями, возглавляемыми великими державами Римом и Карфагеном за власть над Средиземноморьем. Не прибегая к прямой цитате, я вкратце перескажу этот сюжет из «Истории» Тита Ливия.
После взятия города Нового Карфагена (современный Картахена в Испании), Сципиону досталось много трофеев, но краше всего была прекрасная девушка, которую привели своему полководцу солдаты, зная, что Сципион большой знаток и ценитель женской красоты. Эта девушка (в некоторых источниках ее звали Лукреция) превосходила всех своей прелестью и станом, и победитель сразу влюбился в юную карфагенянку. Сципион расспросил девушку о ее семье и узнав, что она невеста знатного юноши Аллуция (по версии другого римского историка Валерия Максима юношу звали Индибилис), полководец велел привести к себе жениха и ее родителей. К удивлению всех собравшихся людей, Сципион передал девушку непоруганной встревоженному юноше и отказавшись от подарков ее отца, велел отдать их на приданное дочери. Удивленный и восхищенный Аллуций позже присоединится со своим военным отрядом к войску Сципиона. В этом эпизоде, следуя лучших традициях классицизма, Никола Пуссен показывает торжество долга и разума над чувствами и страстями. Влюбившись в красоту девушки, Сципион повел себя, как благородный победитель и стратег, своим поступком он завоевал уважение горожан, и преобрел новых союзников, подтвердив этим честь и славу Римской республики.
Этот эпизод встречается не только в «Истории» Тита Ливия, ряд других историков так же упоминает этот момент в своих произведениях повествующих о ходе Второй Пунической войны, но уже не так подробно и красочно (Валлерий Максим, Публий, Аппиан, Дион Кассий и др.).
Давайте рассмотрим внимательно каждого героя этого прекрасного полотна, как полагается, уделив справедливое внимание каждой детали. Все как мы любим.
Самым ярким персонажем картины является, несомненно, сам Сципион. Он восседает на троне, стоящем на пьедестале. На нем пышная тога в солнечном сиянии, обласканный удачей и богами, он словно светится изнутри. Возможно это не сколько сияние солнечных лучей, сколько свет его благородства и величия человека, победившего не только в войне, но одержавшего победу над собой, отказавшись от личного ради великого. Богиня Победы Ника в образе прекрасной девы в белом одеянии, венчает полководца венком победителя. За ними стоят суровые ликторы с фасциями. Ликторы выполняли роль телохранителей, расчищали путь полководцам-триумфаторам в толпе, для этого они носили фасции - густые пучки вязовых, по другим источникам, березовых прутьев, связанных ремнями. За пределами Рима в эти пучки вставлялся топор, что указывало на функцию ликторов, как исполнителей наказания по воле высшего должностного лица. На картине ликторы безмолвно взирают на происходящие события, но глаз с карфагенян не сводят, как и полагается опытным телохранителям.
Перед Сципионом в благоговейном поклоне стоит Аллуций, знатный карфагенянин и жених, подаренной Сципиону девушки. Что ему, казалось бы, представителю побежденных, можно было ожидать от завоевателя? И он не верит своему счастью и благодарит полководца. Его повернутые кверху ладони словно принимают благородную волю победителя. Вся его поза горит о неуверенности, но в то же время его красный плащ выдает его благородную натуру, и он достойно ответит на великодушный жест Сципиона.
Между мужчинами стоит молодая девушка, в ее взгляде читается благодарность, а робкий взгляд и прижатые к груди руки словно передают чувство нечаянной радости, которую подарил ей замысел римского полководца. Можно только представлять сколько эмоций пережила девушка в тот день, когда ее город пал, а она оказалась перед молодым победителем в качестве трофея. Надеялась ли она вновь увидеть родителей и возлюбленного? Позади молодой карфагенянки стоят женщины зрелого возраста. Они, наверное, самые эмоциональные героини картины, если эмоции мужчин сдержаны, их чувства и мысли выдают лишь позы и жесты, то эти две госпожи передают свои эмоции живой мимикой и взглядом, возможно это мать девушки и ее престарелая кормилица. Матушка в желтом покрывале, кажется даже поддерживает дочь за спину, пытаясь даже в этот удивительный миг окружить дочь своей материнской заботой.
Теперь обратим внимание на группу солдат на противоположной от Сципиона стороне полотна. Там стоят солдаты Сципиона, именно они, желая порадовать своего любимого и уважаемого полководца, привели ему в дар юную карфагенянку. И они не могут скрыть изумления от неожиданного решения их полководца отдать девушку другому. Римский историк Полибий в своем произведении «Всеобщая история» рассказывает, что Сципион горячо поблагодарил солдат за девушку, пожелавших его порадовать. Он сказал им, что для него, как простого человека, нет более прекрасного дара, как любовь к прекрасной деве, но это лишь в мирное время, однако ему, как полководцу, занятому военным делом, она отнимет много телесных и душевных сил, в то время как они понадобятся чтобы трудится и заботится о благе и победе Рима. С этими словами он распорядился позвать отца и жениха девушки и передал карфагенянку жениху.
Не сумев разгадать стратегические рассуждения Сципиона солдаты удивляются его решению. Они переглядываются между собой. А солдат в красивом шлеме и гармонирующим одеянию Сципиона плащом, даже разводит руками. Они словно противопоставлены друг другу. Полководец, который поднялся над своей страстью и чувствами, ради снискания уважения и чести, и простой солдат, который не отказался бы от трофея во взятом городе. Никола Пуссен, помещая этих героев с разной стороны полотна, выстраивает линейную композицию и предлагает нам сравнить два разных типа человеческой натуры.
Общение главных героев картины происходит на переднем плане, но задний план не менее интересен. Новый Карфаген в руинах, столбы черного дыма понимаются к небу. Пострадавшее от штурма здание порта в зареве пожарищ. В трудах некоторых исследователей биографии Никола Пуссена встречаются упоминания, что художник вдохновлялся пейзажем из окон своей квартиры в Риме, чтобы написать виды нового Карфагена, и в этом нет ничего удивительного, центр Рима, с античными руинами времен Империи в XVIII был весьма в плачевном состоянии. На древних форумах паслись козочки, а жители растаскивали мраморные остовы на хозяйственные нужды. Ценность наследия древней империи видели только образованные, увлеченные историей и искусством люди.
Картины Пуссена нередко называли «замерзшими скульптурами», сдержанные на эмоции персонажи, даже немного холодные и умозрительные композиции, для которых образцом послужила античная пластика. На лицах Сципиона, Аллуция и других персонажей мы не увидим мимики, которую предавал своим героям Караваджо, или томность Рубенса, но мы увидим осмысленность и благородство сдержанных чувств, но от этого не менее красноречиво передающих психологизм сюжета.
В настоящее время полотно «Великодушие Сципиона» Никола Пуссена можно увидеть в Государственном музее изобразительных искусств имени А. С. Пушкина в Москве.
А хотите узнать о характерах и жизни героев «Илиады» Гомера? Переходите по ссылочке, мы там рассматриваем потрясающую по накалу страстей и эмоций картину Мишеля Мартена Дроллинга «Гнев Ахилла».