Любой кошатник знает – нет двух одинаковых котов. Вот Мотя, например, – пупусечка. Был бы он человеческим мужиком, его бы, конечно, называли жирным лентяем или еще как-то похуже. Но ему повезло – он кот. Поэтому он может себе позволить быть идеальным. В том числе и в геометрическом смысле, да.
А Зёма – это трагическая ответственность. Именно в таком тандеме. Почему трагическая – это и так понятно, достаточно взглянуть на его лицо.
Нет, в нём, конечно, и дури хватает, и шило не помещается, поскольку для него просто нет места. Но всё-таки – ответственность. Очень ответственный кот. Исключительно, я бы сказала.
И основной зоной своей ответственности Зёмушка выбрал лотки.
Ещё крошечным котёнком Зёма чётко понял, что это за корыта, для чего они нужны и ни разу не промахнулся. Хотя в силу возраста уже, конечно, мог бы себе позволить. Но он просто не помнит про возраст, вероятно, склероз. Но это и хорошо, пусть так подольше будет. Главное, он помнит, для чего лотки. И прицел ещё не растерял.
Да, так вот. Раз есть лотки, считает Зёма, то они должны выполнять свою функцию. Постоянно!
Я стараюсь мыть лотки незаметно. Пока Зёма спит или нарывается в комнате на леща. Потому как если Какангел видит, что лоток только вымыт и поставлен на место, он с тяжёлым вздохом лезет в него.
- Зёма, ёклмн! - с сердцем говорю я, - ну только же вымыла!
- Это же лоток, - смотрит на меня Зёма. – Он же для этого..!
- Для этого, но он же воняет! Его надо помыть! Дай я помою.
- Это лоток, - упрямится Зёма. – Он для этого!
И снова тяжко вздыхает. И умащивает свои мощи в свежевымытый лоток. Старательно сидит. Хоть каплю, да выдавит. Ответственный.
Эту каплю я вымываю тайком, через полчаса.
Особенно Зёма оживляется, когда лотки подвергаются генеральной мойке. То есть замачиваются в растворе и тщательно промываются щёткой. Это же какое поле для работы! Буквально непаханый край, уверен Зёма.
И бодро лезет в лотки, которые сушатся в ванной. Сначала в один, а потом в другой. С третьим уже сложности, но он старается. Использует предметы по назначению. Так положено.
- Зёма! Да что ж это такое, - ругаюсь я. – Ну на пять минут нельзя отвернуться!
- Лотки. Должны. Работать. – четко сигнализирует Зёма.
Но самое страшное произошло, когда я организовала Зёме подставу. Да, так получилось, хотя я, честное слово, не хотела!
Просто я, наслушавшись исключительно мудрых-премудрых советов от комментаторов… поставила ещё один лоток. В прихожей. Потому что разные умные люди сказали: «Пуня делает большие дела на пол потому, что ей не хватает лотков!» Ну да. Трёх лотков мало. Наполнитель не подходит. Место неудобное. И ей не нравится общество!
Ну, общество я ей поменять не могу, сорян, Пунечка. А лоток, так и быть, поставлю ещё один. В том самом месте, которое Пуня считает гораздо более удобным, видимо. На полу в прихожей. И её не смущает ни простор, ни зрители, ни отсутствие наполнителя. Но я всё равно поставила – хуже-то не будет.
Ну что я могу сказать… Пуня пожала плечами и… перешла в угол, противоположный от дополнительного лотка. На пол – значит, на пол! Она вам не какая-то вертихвостка, чтобы каждый день мнение менять.
Мотя тоже подошёл, оценил, постучал лотком по полу. Не понравилось:
- Неустойчивый он какой-то. Мой лучше.
И ушёл.
А вот Зёма… Зёма пришёл в ужас:
- Ещё один лоток?!!! Ты с ума сошла, женщина! Я не потяну!
И, горестно глядя на меня, подошёл к лотку, и… умостился в него. А шопаделать? Лоток должен работать, вы же помните?
Словом, теперь у Зёмы началась ещё более тяжёлая жизнь. Его утро начинается с обхода туалетного хозяйства: отметиться нужно везде. Иногда Зёма работает ночью, ибо днём просто не остаётся никаких сил, понимаете? И не только сил – вообще ничего не остаётся! Изверги…
Поэтому иногда Зёма по ночам громко жалуется, видимо, Баст:
- Оу-у-у-у, оу-оу-оу! Лото-о-о-ок мой пустой! Оу-уоу, так быть не должно!
- Зёма! – раздаётся громкий злобный шёпот с разных сторон.
Зёма замолкает. После этого в тишине начинает громыхать об пол лоток. Работает. А шопаделать – Зёма очень ответственный.