Одна из не только решаемых, но даже и не замечаемых сегодня системой управления проблем частичной мобилизации - урон, наносимый ей экономике.
Последовательное уничтожение трудовой мотивации либеральной реформой образования, а также лишение граждан РФ реальных трудовых прав (с соответствующим падением оплаты труда и его престижа) привели к резкому дефициту основной части технических специалистов практически всех уровней – от механизаторов до технологов и конструкторов.
В то же время частичная мобилизация направлена военкоматами именно на предприятия: военкому проще обязать их руководителей раздать повестки своим работникам, чем делать это силами военкомата (которых у него порой нет благодаря успешной оптимизации). Кроме того, занятые на производствах просто в силу самого характера своего труда – наиболее ответственная и патриотичная часть общества, с которой при мобилизации заведомо меньше всего хлопот.
Наиболее дикие эпизоды (получение оборонным заводом с 5 тыс. занятых 800 повесток, после чего военком узнал, что его попадание в расплавленный металл в литейке лишь повысит его качество, попытки мобилизации инвалидов, а в Москве и вовсе одинокой многодетной матери) так или иначе урегулируются.
Вероятно, удастся сохранить на рабочих местах и основную часть уникальных специалистов, прежде всего технологов и специалистов по ремонту и обслуживанию сложной техники (как это вроде удалось в отношении студентов-очников госвузов и аспирантов).
Нельзя исключить, что государство все же начнет вместо гражданских мобилизовать в первую очередь военных или как минимум силовиков – по разумной и, вероятно, именно потому не услышанной рекомендации главы Чечни Р.А.Кадырова.
Можно надеяться, что как-то разрешится ситуация с работниками и руководителями предприятий, формально не включенных в реестры ОПК, но необходимых для исполнения гособоронзаказа (в Санкт-Петербурге директор одной из таких небольших частных фирм несколько дней бродит между военкоматом и администрацией, пытаясь выяснить, садиться ли ему в тюрьму на 10 лет за срыв гособоронзаказа или на те же 10 лет за злостное уклонение от мобилизации, но не в силах извлечь из «эффективных менеджеров» Минобороны и города ничего внятного).
Однако практика мобилизации специалистов, пусть даже и не уникальных, но без которых предприятия, пусть даже и не выполняющие гособоронзаказ, не могут работать нормально (например, большинства механизаторов на селе или двух третей печатников в типографии), почти повсеместна и не считается Минобороны чем-то порочным.
Между тем такая мобилизация, какой бы частичной она ни была, способна дезорганизовать (если уже не дезорганизовала) работу огромного числа предприятий и нанести России больший ущерб, чем обстрелы и действия диверсантов.
Выходом могло бы стать распространение частичной мобилизации прежде всего на тех здоровых граждан, которые не платят налогов, то есть прежде всего – на занятых «в тени».
Безусловно, большинство работает «в тени» не по своей воле, будучи вытеснены в нее людоедским «налогом на бедных» - системой обложения, при которой, чем человек беднее, тем больше забирает у него государство. Превращение страны в налоговый рай для миллиардеров делает ее налоговым адом для остальных и выталкивает ее граждан «в тень», даже несмотря на льготные режимы типа ИП и самозанятых.
Однако ясно, что занятые «в тени» в целом не работают в значимых компаниях, и их труд, за редкими исключениями, не является критически важным для экономики в целом.
В то же время налоговая, в отличие от военкоматов, работает (при всех эксцессах и протестах) достаточно понятно.
Простая интеграция данных военкоматов и налоговых, таким образом, позволит резко снизить ущерб, наносимый частичной мобилизацией экономике.