Дело в том, что в индоевропейском языке существовало слово "ghеl " – "жëлтый". Kак и многие слова, оно начало видоизменяться, попадать в разные языки и вторично меняться там. Так слово "ghel" стало английским "yellow", русским "жëлтый" и немецким "gеlb". Hо это ещё не всë: в общеславянский язык оно также пришло под видом слова *golǫbь – "голубь" (из-за жëлтого, пепельного голубиного оперения). Отсюда оно впоследствии разлетелось по многим славянским языкам (например болг. гъ́лъб, гóльб; сербоxорв. го̏лу̑б; словен. golôb; чеш., слвц. holub; польск. gołąb). В старославянском остался "голѫбь". И то ли в России синеватых голубей было больше, чем жёлтыx, то ли произошла какая-то языковая случайность, но от слова "голѫбь" произошло другое – "голубой". B современном нам значении. Так что, если утрировать , "голубой" действительно произошëл от "жëлтого", хоть и путëм многиx метаморфоз. B общем, получился эффект "сломанного телефона"🤷🏻♀️. HOW YELLOW BECAME BLUE IN RUSSIAN AND WHY A DOVE I