Егор вернулся к своей привычной жизни. Всю первую неделю он находился в какой то эйфории, даже гордился своим поступком, вспоминая растерянные лица Киры и Инны во время его разоблачительной речи. Но дальше стало происходить что -то ему самому непонятное, похожее на раскаяние и стыд. Он пытался гнать эти мысли, которые, как змеи заползали в его мозг, но они вновь и вновь лезли в голову.
Как видение, всплывало лицо Инны; всплывала картинка, как во время встречи она прижималась к нему, радуясь его приезду. А он, исполняя роль судьи, был суров и холоден. " Судья? А кто сказал, что я имею право судить и наказывать? Разве я слушал, что мне хотели сказать Кира и Инна? Нет, я, выплеснув им в лицо кучу обвинений, просто хлопнул дверью. Отомстить хотел? - спрашивал он у себя - Отомстил! Но только девчонке, которая к тому, что со мной произошло, не имела никакого отношения" -от бессилия он заскрипел зубами.
-Тогда чем моя подлость отличается от подлости матери?
Совесть говорила ему: "Ты должен всё исправить". Гордыня шептала: " Ты поступил правильно" И Егор не находил себе места. Он уже проклинал тот день, когда увидел документ об усыновлении, дико сожалел о том, что вообще возникла такая мысль о мести, ведь, по большому счёту подлым и мстительным он не был.
Говорят, преступников тянет а место преступления, а Егора неудержимо тянуло вернуться туда, откуда совсем недавно он уходил с гордо поднятой головой, уверенный в своей правоте. Неделю он не мог думать ни о чём другом, кроме своей "свершённой мести"; Ему до боли захотелось увидеть Инну. Было стыдно посмотреть ей в глаза, но в конце концов, он решился. Всю дорогу сердце просто выпрыгивало из груди и всю дорогу он продумывал: что ей скажет. Но, позвонив в дверь, все придуманные слова вылетели из головы - на пороге стояла Кира. Она молча смотрела на Егора и он, не выдержав её взгляда, опустил голову
-Мне нужно поговорить с вами -выдавил он из себя
-С этого и надо было начинать. Проходи - и Кира посторонилась, пропуская Егора в квартиру.
Разговор получился трудный.
-Я не знаю, с чего начать? Поверьте, я чувствую свою вину перед сестрой. Но когда я узнал, что Вы меня бросили, в голове у меня всё словно помутилось. Я представлял себе Вас бездушной и холодной. Мне хотелось сделать Вам больно и я подумал: что может быть больнее страданий любимой дочери? Тогда у меня и родилась эта шальная мысль.
Теперь то я понимаю, что поступил со своей сестрой как последний негодяй. наверное, я не заслуживаю прощения
-Егор, Инна сказала тебе, что она не твоя сестра. 16 лет назад умерла моя любимая подруга, у неё осталась дочка, которой в то время было 2 года. Родственники не захотели забирать девочку; и тогда её удочерила я. Мои родители тоже были против. С тех пор я не поддерживаю с ними отношения.
Они говорили долго. Кира рассказывала и рассказывала, а Егор слушал, обхватив голову руками.
-Но ты вернулся, значит совесть твоя не потеряна. Вижу, что ты хотел бы всё исправить, но сделать это будет трудно. Хотя теперь это только в твоих силах.
Кира посмотрела на Егора с жалостью: " Мальчишка, натворил бед, теперь кается -сидит вон, чуть не плачет. Как дальше всё сложится?" Ей и радостно было, что её сын оказался жив, и горько, что их знакомство было омрачено такими жуткими событиями.
Инна вышла из дверей техникума и медленно пошла в сторону остановки. Она шла, глядя себе под ноги. Вдруг дорогу ей преградил человек. Она подняла голову -перед ней стоял Егор, вид у него был виноватый.
-Инна, если сможешь - прости меня. Я вёл себя, как полный идиот. Если ты простишь, я постараюсь всё исправить. Я много передумал и понял, что хотел бы быть с тобой и с нашим малышом. Я не хочу ему такой судьбы, как моя. Только прости! - он взял её руки в свои, с надеждой заглядывая в её лицо.
Глаза Инны заблестели от выступивших слёз. Она слишком его любила, чтобы оттолкнуть.