Но положенное время поспать Артюше не удалось. Варька любовно будила его, зажимая ему рот и нос, и шептала, чтобы он просыпался, потому что у них гости. Артюша откинул Варькину руку от своего лица и прошептал в ответ: « Какие, к черту, гости? У меня эфир через два часа».
- В том-то и дело, что там Филл пришел, говорит, что вы прервались на середине очень важного разговора. Он думал сначала, что перемается, да не смог.
- Что значит перемается? Что он имеет в виду? Мы, вроде, как и не маялись. Где он сейчас?
- У дверей тебя ждет. Куню трогает и гладит.
- Нашу Куню?
- Нет, он со своей пришел… Арт, не будь идиотом. Иди и поговори с человеком.
Филипп Андреич и в самом деле стоял около дверей и робко поглаживал хозяйскую кошку Куню. При появлении Артюши он одернул руку и сказал, что он, буквально, на пару слов – но очень важных именно сегодня. Артюша смотрел на него недоуменно: « Что-то случилось после нашего ухода? Вилочек не досчитались?»
- Да нет, я просто подумал – почему не попробовать прямо сегодня ночью?
Артюша тянул с ответом, потому что не понимал, о чем шла речь. Теперь он был расстроен по двум причинам: его разбудили, во-первых, во-вторых, у него явные провалы в памяти. Варька права – ему надо бы попить Ашвагандхи. Но нельзя же откровенно показывать себя Филлу таким дебилом, и он плавно так спросил: «Ну и как вы себе это представляете – сегодня ночью?»
- Вы, должно быть, спали, так давайте пойдем ко мне. У меня свежий кофе заварен. Там и поговорим.
Артюша понял, что доспать ему все равно не дадут и, молча, пошел за Филлом. Между тем Филл прямо на ходу начал развивать сценарий действий предстоящей ночной программы по радио. Неожиданно для Артюши, он уже предварительно дал свое согласие на участие Филла в ночном вещании – они просто не уточняли, когда именно. Артюша решил не перебивать, а просто слушать. Оказалось, что он пропустил рассказ Филла о том, как тот стал обладателем богатства, найденного годы назад в печном патрубке. Именно это богатство дало ему возможность безбедно жить и считаться «в законе». Вместе со своими комнатами, которые приватизировал, как и все, он еще откупил часть чердака между двумя брандмауэрами, но мансарды там строить не стал, чтобы не платить налогов. Он просто врезал в крышу мансардное окно и устроил там комнату, в которой держал и слушал свой винил. Они уже какое-то время сидели у Филла в комнатах и пили кофе. Артюша, хоть убей, не помнил или не слышал всего этого, когда они с Алексанжем некоторое время назад сидели здесь, а теперь он просто придерживал нижнюю челюсть рукой, чтобы не выглядеть удивленным через край. Только теперь ему вроде бы стало понятным, что имел в виду Филл относительно сегодняшней ночной трансляции, и он на удалую спросил: « Так вы хотите быть гостем шоу?»
- Ну да. Я же говорил, что принесу диск и расскажу его историю в моей коллекции, если вы не против.
- Это неплохая идея для дневного шоу, я думаю. Особенно, если шоу имеют определенную тематику. Ночью все иначе. Если я вас понял правильно, вы предложили Алексанжу свою поддержку?
- Предложить то я предложил, но в объятия он ко мне не бросился. Это пока застыло в воздухе. А вы бы пошли к нему работать ди-джеем?
- Не знаю. Мы с ним всего день как знакомы. Он, вроде, уже и контракт со станцией подписал, но 48 часов на размышления еще не прошло. Я не очень понимаю, сосед, зачем вам все это надо? Если только что для веселой компании. Давайте, позвоним Алексанжу прямо сейчас и обсудим наш следующий ход.
- Давайте.
На другой день примерно в полдень пополудни в кабинете Штольца было сказано и выслушано много горьких, но правдивых слов. Артюша подумал, что совсем как у Гоголя в финальной сцене Ревизоре. Филипп Арсеньич дожидался в Мерсе своих новых компаньонов и предвкушал работу на радио.
Автор - писатель Илья Либман
#из жизни в питере