Персонаж славянской мифологии в знаменитой сказке Льюиса Кэрролла (настоящие имя-фамилия – Чарльз Лютвидж Доджсон) про девочку Алису, попавшую в Страну Чудес, а потом и в Зазеркалье?
Звучит как-то фантастически, не правда ли?
С другой стороны, в обеих частях «Алисы» фигурирует изрядное количество персонажей английского фольклора.
Но славяне?
Впрочем, не буду тянуть резину.
Всё дело в стихотворении, лично мне (да и многим, я думаю), знакомом под названием «Бармаглот». Большинство современников читали его в переводе Дины Орловской:
Варкалось. Хливкие шорьки
Пырялись по наве,
И хрюкотали зелюки,
Как мюмзики в мове.
О, бойся Бармаглота, сын!
Он так свирлеп и дик!
А в глу́ше ры́мит исполин –
Злопастный Брандашмыг!
Но взял он меч и взял он щит,
Высоких полон дум.
В глущобу путь его лежит
Под дерево Тумтум.
Он стал под дерево и ждёт.
И вдруг граахнул гром –
Летит ужасный Бармаглот
И пылкает огнём!
Раз-два, раз-два! Горит трава,
Взы-взы – стрижает меч,
Ува! Ува! И голова
Барабардает с плеч!
О светозарный мальчик мой!
Ты победил в бою!
О храброславленный герой,
Хвалу тебе пою!
Варкалось. Хливкие шорьки
Пырялись по наве.
И хрюкотали зелюки,
Как мюмзики в мове.
В оригинале Бармаглота зовут Jabberwocky, и в 1924 году русско-советская писательница, драматург, поэтесса и переводчица Татьяна Львовна Щепкина-Куперник адаптировала имя чудовище как... Верлиока.
Вот какой вариант предложила Татьяна Львовна:
Было супно. Кругтелся, винтясь по земле,
Склипких козей царапистый рой.
Тихо мисиков стайка грустела во мгле.
Зеленавки хрющали порой.
– Милый сын, Верлиоки беги, как огня,
Бойся хватких когтей и зубов!
Бойся птицы Юб-Юб и послушай меня:
Hеукротно свиреп Драколов.
Вынул меч он бурлатный тогда из ножён,
Hо дождаться врага всё не мог:
И в глубейшую думу свою погружён,
Под ветвями Тум-Тума прилёг.
И пока предавался он думам своим,
Верлиока вдруг из лесу – шасть!
Из смотрил его – жар, из дышил его – дым,
И пыхтя, раздыряется пасть.
Раз и два! Раз и два!.. Окровилась трава...
Он пронзил Верлиоку мечом.
Тот лежит неживой... А с его головой
Скоропясь, полетел он скачём.
– Сын, ты зло погубил, Верлиоку убил!
Обмними меня – подвиг свершён.
Мой Блестянчик, хвала!.. Урла-лап! Кур-ла-ла!.. –
Зауракал на радости он...
Было супно. Кругтелся, винтясь по земле,
Склипких козей царапистый рой.
Тихо мисиков стайка грустела во мгле.
Зеленавки хрющали порой.
Никаким достоверно фольклорным Верлиокой здесь, конечно, не пахнет, Jabberwocky стал Верлиокой по принципу созвучия – и весь фокус в вольности переводчицы.
Но факт, как по мне, занятный!
