Наступило тревожное время. Из-за событий, произошедших за последние полгода, атмосфера повсюду накаляется. Сейчас очень легко впасть в депрессию, в панику и в состояние сильного стресса.
Но, как часто говорят, история циклична, и многое в ней повторяется. И сегодня я предлагаю мысленно переместиться на сто лет назад и посмотреть, как жили люди в 1922 году.
Машиной времени нам послужат мемуары поэтессы Ирины Одоевцевой: книга «На берегах Невы», которую я недавно перечитала и нахожусь под сильным впечатлением. В книге говорится в основном о том, как жили в те времена поэты и писатели. Но жили они так же, как все остальные: голодно и холодно и, как писала Одоевцева, весело.
Обстановка в стране
Итак, мы находимся в Петербурге (а точнее, в Петрограде) в начале 1920-х годов. Не так давно произошла революция, ещё не везде закончилась гражданская война. К тому же всего несколько лет назад Россия с огромными потерями вышла из Первой мировой войны, и совершенно не успела от неё оправиться. Конечно, всё это привело страну в плачевное состояние.
Голод
Когда я, ещё в детстве, впервые взяла в руки книгу «На берегах Невы», чтобы её полистать, она открылась где-то посередине, на вот таком диалоге Одоевцевой с Мандельштамом:
— Где моя каша? Где?
— Я же вам объясняю, что съел ее. Понимаете, съел. Умял. Слопал.
— Как? Съели мою кашу?!
Должно быть, в моем голосе прозвучало отчаяние. Он покраснел, вскочил со стула и растерянно уставился на меня.
— Вы? Вы, правда, хотели ее съесть? Вы, правда, голодны?
Я, чувствую, что у меня начинает щекотать в носу, — о, Господи, какой скандал: я — Одоевцева, я — член Цеха и плачу оттого, что съели мою кашу!
Я тогда совершенно ничего не поняла: какая каша? И зачем из-за неё плакать?
А плакать было из-за чего! В то время в стране свирепствовал голод. Поэтому поэтов и писателей в Доме Литераторов подкармливали бесплатной кашей, и для многих это было спасением.
«Я страшно боюсь голода, страшно», – признавался Мандельштам.
Холод
Дров для растопки тоже было не достать, и зимой люди отчаянно мёрзли. Одоевцева вспоминает, как, чтобы принять в гостях Гумилёва, ей пришлось занять четыре полена у соседей (с обещанием отдать на будущей неделе целых шесть), а ещё пустить в ход сломанный стул и два ящика.
Многие поэты спасались в Доме Искусств: это было одно из немногих мест, где уже поставили центральные отопление.
«Сочинять стихи в ледяной комнате было немыслимо. Ноги коченели и руки отказывались писать», – пишет Одоевцева в своей книге.
Темнота
Из-за нехватки свечей, дефицита керосина и отсутствия электрического освещения в квартирах по вечерам многим приходилось сидеть в темноте. Или, опять-таки, отсиживаться в Доме Искусств, Доме Литераторов и других общественных помещениях.
Репрессии
В угаре борьбы за власть коммунисты не разбирались, кто прав, кто виноват. Пострадать мог кто угодно. Мандельштам, например, попал в ссылку, заболел там и умер. Гумилёва расстреляли. Многие уезжали в эмиграцию, где чувствовали себя чужими и ненужными.
Так, Марина Цветаева писала:
«Из страны, где мои стихи были нужны, как хлеб, я в 22-ом году попала в страну, где ни мои стихи, ни вообще стихи никому не нужны».
Искусство и веселье
Вот таким было это время. И тем не менее, жизнь продолжалось. Наступил Серебряный век – расцвет искусства. На поэтические представления приходили толпы народа, поэтов носили на руках.
«Нет, пожалуй, на этот раз Цветаева не преувеличила, а скорее преуменьшила — стихи тогда многим были даже нужнее хлеба», – вспоминает Одоевцева.
А ещё она не устаёт повторять, что это были очень весёлые годы. Постоянно устраивались мероприятия, лекции, цирковые представления. В Доме Искусств повсюду раздавались смех и шутки.
«Блажен, кто посетил сей мир в его минуты роковые», – писал когда-то Тютчев. И с ним соглашался Мандельштам:
«Блажен вот как, например, мы. Блаженны — иначе не назовешь!»
Несмотря на холод, голод и все лишения, наши предки находили в себе силы заниматься своими делами, встречаться с друзьями, писать стихи, ходить в цирк и веселиться.
Они верили: всё наладится. И всё действительно наладилось. Потому что история циклична. Давайте будет верить и мы!
Если нравится статья, ставьте лайк и подписывайтесь на канал. Будем дружить! Ваша Елена Пальванова